Чтение онлайн

— Тогда поторопимся! Армагеддон не увидит конец Мироздания, пока моя рука еще сжимает меч, а сердце бьется в груди!

Лукиус взмахнул руками, загоревшимися белым пламенем, мелькнувшая вспышка света поглотила тела его и Избранного.

Извилистый межпространственный тоннель, подойдя к своему завершению, вывел Избранного прямо в Зал Правосудия. Правда из-за возрастающей всепоглощающей силы Армагеддона телепортация была нарушена и посадка вышла не очень удачной — со всей скоростью, развитой в момент перемещения с одной сферы на другую в субпространстве, Нигаэль вылетел в реальность, врезавшись в обломки стола заседаний. Лукиус же, будучи более сильным существом, вдобавок высшим, сумел вовремя задержаться.

Помещение ничуть не изменилось с момента, когда Нигаэль его покидал после боя с Императором Теней, кроме того, что в углу зала привычно темнела высокая фигура короля Гано. Заметив Избранного, божество тантов медленно выплыло на середину зала.

— Как протекают ваши поиски? — безразлично поинтересовался король, словно того просто требовал некий этикет.

— Замечательно, — Нигаэль встал с пола и хотел отряхнуться, однако вспомнил что на нем доспехи. — А вы все не можете найти себе места, король?

— Я нахожусь там, где хочу и когда хочу и не обязан ни перед кем отчитываться. Вы могли бы меня поблагодарить за то, что я запретил вашим людям начинать уборку после вашей потасовки со Зверем. Вы ведь, насколько я понимаю, не хотите раскрывать своей связи с Высшими Силами и рассекречивать тайну Вечной Битвы, — Гано поднял длинный палец с четко разграниченными фалангами и указал на Лукиуса.

— Тогда, спасибо, — размяв шею, непринужденно ответил Избранный. — Интересно, как быстро расползаются слухи. Я сам только недавно узнал об истинной личине Бэрона, а теперь об этом все в курсе.

— Я всегда в курсе последних событий, — Гано сложил похожие на ветви длинные руки на груди. — У меня масса знакомых в Междумирье, а они-то узнают обо всем, что случается в Мироздании первыми.

— И вы хотели мне что-то сказать, король? — Нигаэль исподлобья взглянул в глазки божества.

— Я хотел сказать — ну и семейка у вас…

В этот момент дверь зала распахнулась, и в помещение вошли генералы. Эландра, позабыв обо всех мыслях, тревоживших ее до возвращения, подбежала к Нигаэлю, обняла и принялась целовать. Вондар тоже не смог сдержать радости при виде «вернувшегося к жизни» Избранного, окончательно отделавшегося от губительных идей, лежавших тенью на его душе даже еще на Плеоре. Подойдя к молодому воину, которому повелитель ветров буквально заменил отца, он крепко обнял его и похлопал по спине.

— Снова в строю, — улыбнулся Ксандор, опершись о завалившуюся на бок половину разрубленного стола, рядом с расположившимся там ранее Акуаном. — Боюсь спрашивать, но все же, как там с этой чертовой башней? У меня есть повод для радости?

— Мы нашли башню, то есть Лукиус знает к ней дорогу и переправит нас прямиком туда. Так что мы сейчас скоренько переведем дух и снова в дорогу. Осталось терпеть уже немного, — кратко ответил Нигаэль.

И опять-таки, стоило разговору завязаться, как дверь зала вновь резко распахнулась с каким-то очень неприятным в этот раз звуком, заставившим всех обернуться в сторону зашедшего человека. На пороге появился мужчина в серой спецодежде, обязательной для членов персонала дворца и наушниках. Лукиус, разумеется, заблаговременно исчез, став невидимым, только почувствовал приближение непосвященного смертного.

— У нас первая за все время передача с Нианоси, — взволновано протараторил тот. — Некий пожилой мужчина в бронекостюме Альянса запрашивает немедленную поддержку флота от имени высшего генерала Грома, и он переслал нам координаты точек, в которые якобы обязательно должны быть высланы корабли. Мы полагаем, что это ловушка, но, узнав о вашем прибытии во дворец, — радист оборотился к Нигаэлю, слегка поклонившись, — мы решили сообщить вам и предоставить выбор дальнейших действий.

— Это не ловушка, — уверенно сказал Избранный. Разъяснять солдату о грядущем Апокалипсисе, отбрасывающем необходимость всяких засад и ловушек, он, конечно, не стал бы. — Данные о численности вражеских сил имеются?

— Да, Лидер. В сообщении была озвучена информация о точном контингенте войск противника на планете и количестве кораблей на околопланетарной орбите. Похоже, там собрался ударный кулак Союза, способный без труда прорваться к Валару и стереть его в порошок целиком. Да, еще этот мужчина сказал, что они захватили базу берсеркеров и чуть ли не убили генерала Смертельное Око. Это меня совсем смутило, вот я и…

— Если работает Гром, тогда удивляться нечему, — удовлетворенно покачал головой Нигаэль. — Значит так, я со своими генералами немедля опять отбываю по чрезвычайно важному делу и, следовательно, операцией будет руководить король Гано. Вы же ведь не будете возражать, король? — тант кивнул. — Отлично помощь тантов будет нам просто необходима. И соедините меня с резиденцией Грока «Великого».

Грок, раскинув телеса, возлежал на криво сколоченном орочьими «мастерами», у которых руки растут из того же места, которым они привыкли думать и служащим другим существам седалищами, широком ложе, а может быть диване. Из-за его отвратительного оформления разница была почти незаметна, а королю объединенных кланов это было и вовсе безразлично. Ложе это располагалось на открытом просторном балконе дворцовой пристройки, приколоченной к нескольким опиленным деревьям.

Орки любили жить в лесах, но при этом всегда превращали их в жуткую помойку, сплошь застраивая их фабриками и заводами по переработке природных ископаемых или по производству бронетехники, изрывая грязевыми ямами Матери Угуд, богини дающей жизнь «зеленокожим», и активно спиливая и употребляя в строительство деревья. Если бы не украденная орками у одной из разоренных ими цивилизаций во время Третьей Орочьей Войны технология ускорителя прироста биомассы — прибора, разгоняющего естественные процессы и единственного достойного изобретения гоблинов-инженеров, идущего на ряду с, например, «монстр-танком» и нейтронно-световыми торпедами, то леса Огарид-Гура — родной планеты объединенных кланов, давно вымерли бы.

Король орков небрежно пожирал жареную оленью ногу, клочья от которой летели на пол вокруг ложа или же оставались на нем, и скучающим взглядом следил за своими подчиненными, копошащимися на площади перед дворцом. На самом деле, это нельзя было назвать площадью, скорее земляной площадкой, очищенной от деревьев. Не имея каких-либо важных дел, Грок просто наблюдал, чем занимаются его подданные: кто-то прикручивал колеса к танку, неизвестно почему оказавшемуся тут, а не на заводе, кто-то готовился отвесить пинка под зад роющемуся в кустах собрату, который что-то обронил туда. А орки не упускали подобных случаев. Вообще междоусобные драки были нормой в орочьем «обществе» и скорее поощрялись, нежели подвергались наказанию со стороны правителя. По мнению орков, созданий примитивных и недалеких, такой образ жизни мог сделать будущих, или настоящих, воинов сильнее и выносливее.

Решив не дожидаться удара по выставленному заду, Грок повел взгляд дальше. Вот огр волочет здоровенный ствол зенитного орудия, великан мог бы водрузить его на плечо, но видимо ему было лень. Грок понимающе кивнул. В отдалении трое орков нацепляют панцирь на гигантского боевого тролля с гротескными пропорциями тела. Неподалеку от них кучка гоблинов испытывает новую ручную пусковую установку, ухватившись за нее все вместе и фактически повиснув на ней. Развернувший свою лавку прямо возле входа во дворец могучий «мастер стали» пока отложил тяжелый молот и с пронзительным лязгом точит свои топоры, которые перед битвой должны быть в идеальном состоянии.

Вздохнув, король орков откинулся на диване, подняв глаза к небу. Грок, давно не вступавший в сражение, изнывал от скуки. Его разобрала такая лень, что даже не хотелось сгонять муху, ползающую по разъетому за время правления пузу. Заслышав стук шагов по деревянным ступеням, ведущим из дворца в пристройку, король оживился, предвкушая хоть какое-то разнообразие. На балконе появился рослый орк, виновато потупивший глаза и чешущий шею.

— Э-э-э, король, — пробасил «зеленокожий», предчувствуя возможную оплеуху. — У нас возникли трудности с испытанием метателя бомб. Мы почти закончили уничтожать мишени, как вдруг Башуг говорит: «спорим на твою секиру, что я вот этого гоблина из вот этой штуки в вонючий ручей запущу»…