Чтение онлайн

– Над куполами храма парят голуби в синеве... И снова не здесь?

– Нет...

Трамвай поворачивает на улицу, когда-то названную Амурской.

Может быть этот диалог - лишь воображение? Или слуховые галлюцинации? Чем бы он ни был, таких телепатических диалогов никогда ни с кем еще не бывало.

Тебе, наверное, очень хочется жить, вдыхать с наслаждением этот весенний воздух, радоваться Солнцу, синеве, теплу? А мне? Когда-то немыслимо давно, под многотонными залежами памяти, весь мир казался пронизанным Солнцем, радостью, любовью... Таинственная благодать была разлита во всем вокруг, и люди казались исполненными каким-то светлым и таинственным значением... Весь мир любил меня, и я любил весь мир...

Но сколько воды утекло в Вечной Реке...

Можешь ли ты понять это, девочка с доверчиво-насмешливым взглядом? Видимо, ты такая, каким был сам в до-Истоминскую эпоху. Но ведь это прекрасно правда?
– все повторить на новом витке спирали времени.

Вот уже виден из окна и театр, где когда-то играла Элен... И на нем афиша, "Фауст"...

Фауст... Он устал от жизни. Как вся Европа. Как и сам устал. Он чертит на полу пентаграмму, знак Микрокосмоса - внутренней Вселенной, что в каждом из нас.

Внутренняя Вселенная... Сотни людей связаны в ней между собой причудливыми переплетениями, сотни событий... Каждый день, каждый час случается нечто между ними, и влияю явно и неявно на эти переплетения... Но ничего неожиданного не происходит ни в Микрокосмосе, ни в Макрокосмосе - все идет изначально установленным чередом. И уже всякий раз ясно до боли: какие-то похожие книги, фильмы, спектакли, музыку уже слышал, видел, читал... И чем больше ищешь нового, тем меньше находишь.

Но уже начинается время новых тембров и нового мышления, новой мистики и трансфизического реализма...

Новое Средневековье, оно уже наступает...

И скоро начнутся новые сюжеты и новые персонажи - рыцари новых мистерий. И люди будут подражать им: королю Артуру и Лоэнгрину, апостолам и Парсифалю, чудотворцам и пустынникам, пророкам и мученикам молитв... Трехмерное искусство с трехмерными героями уже исчерпало себя и уходит...

Назад, в будущее!

А ты все смотришь на меня, девочка-женщина.

И снова наш беззвучный диалог:

– Мост... А те, кто его построил, погибли давным-давно...

– А как все красиво - синяя река, стройный мост, белые корабли...

– И эту остановку пропускаем?

Ты киваешь.

Это уже за гранью вероятного. Едем почти полчаса. Какой силы должны быть твои чувства? Какою же ты в любви должна быть? Или совсем людей не знаю? Что это - вызов? Или просто бесстыдство? Или - любовь с первого взгляда?..

– И вокзал?

Ты киваешь.

...ты сейчас то же самое думаешь обо мне, уверен. Но я не знаю, что это. Значит, и ты, наверное, не знаешь...

А трамвай уже разворачивается на кольце рельсов. Дальше пути нет, словно это край света. Мы приехали, наконец? Салон пустеет, пустеет... Ты идешь к двери позади всех, словно выжидая, чтобы толпа схлынула, медлишь, чтобы мы с тобой остались одни.

Голос водителя в динамиках:

– Студгородок. Конечная.

Резкие темные тени оконных рам на полу. Эхо уличного шума резонирует среди металлических стен. Уже в который раз... И неужели это знакомство снова впустую... Несколько шагов вниз по ступеням.

Вот уже все вышли и словно тут же куда-то исчезли.

И медленно идет эта странная девочка-женщина. И оглядывается на меня, привлекая к себе, предлагая подойти с фотомодельной улыбкой Ким Бессинджер. До чего же она уверена в себе, независима как американка и вместе с тем покорна мужчине с такой ангельской кротостью, будто ее с детства воспитывали для жизни в гареме - невероятно, как это может сливаться в одной женщине.

Медленно идет.

Медленно...

Вдруг ты оглядываешься. Пора.

– Извините, с Вами можно познакомиться?

– Можно. А сколько Вам лет?

Вот и первые слова вслух.

– Несколько тысяч... Я бессмертен.

– Такой старенький... И чем Вы занимаетесь все эти тысячи лет?

– Учусь нечеловеческим языкам.

– Значит, в ин-язе.

Что тут сказать? Какая обезоруживающая доверчивость...

– И потому у Вас такой пронзительный взгляд - от старости? Вы видите все и всех насквозь?

– Лучше бы иной раз и не видеть...

– Что же Вы увидели во мне, интересно?

– Вам семнадцать. Верно?

– Да. А еще?

– Вы учитесь вот в этом огромном политехническом институте.

– Верно. А еще?

– И сейчас Вы не знаете, как провести этот весенний день, пока не начались лекции. А потому не прочь поехать ко мне в гости, послушать музыку и выпить кофе или сухого вина.

– Великолепно! Вы ясновидящий!

Да, очень странная ты... И что-то есть в тебе такое... Рядом с тобой отчего-то сердце щемит какой-то сладостной болью...

Словно какое-то воспоминание о будущем...

– Кстати, Вы еще не представились.

– Андрей Александрович Орлов, по происхождению князь Мещерский, а сейчас неизвестно кто...

– Неплохо! Вероника Светлова. Просто Вера, если Вам так нравится. Без титулов и прочего. Всего лишь факультет кибернетики, первый курс. А куда мы идем, кстати говоря?

– Мне все равно. Мы в некотором роде напротив Вашего колледжа. А уж зачем мы здесь? Мне некуда спешить, я ехал сюда лишь ради Вас.

– Какой Вы романтик, Орлов! Вы всегда изъясняетесь таким высоким штилем? Ну, не смущайтесь, пожалуйста. Просто я такая... Ах, такая, такая... Все, стоп. Сколько сейчас?

Берешь мою руку с часами как свою и смотришь на электронные цифры:

– Одиннадцать сорок? Чудесно! Итак, Вы меня приглашаете?

– Да. Я живу в Солнечном. Пятнадцать минут на такси. Другой берег Реки.

– Вы знаете, я живу в Новом Городе, мне это ничего не говорит. Ладно, едем. Так и быть, первую лекцию я прогуляю ради Вас.

– Я так Вам понравился?

– Представьте себе. Очень. Сама не знаю чем. Вы удивлены? Не стоит. И бросьте называть меня "на Вы".

– Хорошо. И ты брось тоже. В отцы я тебе ведь все-таки не гожусь.