Чтение онлайн

– Кажется, ты и сам наломал дров. – Доктор подошел так близко к Мал’Ра, словно бросал ему вызов. Он ткнул по металлической пластине, закрывающей глаза богу теней. – Тебя лишили зрения. Изгнали.

– И все же мне достанет сил, чтобы изорвать тебя на куски. – Мал’Ра оттолкнул от себя Доктора. – Боги нынче мрут, как мухи, и я не хочу стать следующим. Тот, кто их убивает, куда сильнее меня, а долго прятаться мне не по силам. Однажды он найдет меня, и мне нужно, чтобы рядом стоял мой ученик.

– Я не стану сражаться за тебя ни с кем.

– Вздорный глупец. – В голосе Мал’Ра не чувствовалось обвинений. Скорее, покорность. – Иди, куда знаешь.

– Спасибо.

Доктор накинул на плечо сумку и наполовину ушел в тень, но его окликнул Мал’Ра. Бог теней несколько секунд молчал, а затем прошептал:

– Я дал тебе силы не от эгоизма. Просто увидел в тебе изгоя, неугодного обществу, каким был и я. Не отказывайся от своей цели, иди к ней. Плевать, что будет со мной, я умер в тот момент, когда от меня отвернулись сестры и брат. Время богов подошло к концу, так сделай же так, чтобы все остальные выжили. – Мал’Ра вздохнул. Его плечи опустились, бог поник. Он стал таким несущественным и слабым, что едва не растворился. – В конце концов все сводится к этому. Выживание – основная цель существования. Ведь поэтому ты ищешь лекарство? Поэтому убиваешь? Ты сам стал жертвой ради других, зная, что даже в случае успеха на тебе будет клеймо чудовища.

Доктор не ответил. Он долго смотрел на бога, словно выжидая чего-то. Словно рассчитывал, что Мал’Ра скажет что-то еще или, быть может, попытается его остановить. Но он ничего не сделал. И Доктор ушел через тень.

Ллир аккуратно разложил хворост кругом и осмотрелся. Тихий ночной лес, угрожающие очертания деревьев, мрачные тени, заросшие тропы. В воздухе пахло приближающимся дождем, словно вот-вот должна была начаться буря.

На небе сверкнула молния. Вокруг Ллира в мгновение появились странные фигуры, будто ветви деревьев сплелись в нечто человеческой формы, но тут же исчезли. Ллир хмыкнул. Он обмакнул два пальца в красную краску и дважды провел ими по лицу от глаз к подбородку.

– Хэ-я! – крикнул Ллир.

Он вошел в круг из хвороста и ударил рукой по земле. Невесть откуда взялся огонь и стал пожирать почву и траву, как изголодавшийся пес. Ллир поднял руку к небу. С его ладони по руке текла кровь.

– Харья! Дабу!

Поднялся ветер. Он не мог затушить огонь вокруг Ллира, но срывал с ветвей деревьев крепкие листья. Юноша оглянулся. Молния вновь рассекла небо, и в лесу опять появились фигуры. Только теперь ближе.

– Экири! Снив!

Начался дождь такой сильный, что тут же размыл землю. Настоящая стена из воды, бьющая по мягкой почве. Но и он не смог погасить огонь, а сам Ллир оставался сухим, словно вокруг никакого дождя и не было. Молния ударила в третий раз, и теперь фигуры показались совсем близко к кругу огня, но они так же быстро исчезли.

– Рафаду! Бариса!

Луна стала солнцем. Света было все еще мало, но сомнений не оставалось, впервые на ночном небе взошло солнце. Его лучи не могли пробиться сквозь стену дождя, зато смогла молния. Она ударила прямо перед огненным кругом, и на опаленной земле появился Талуриан. Дождь за секунду смыл с него кровь и грязь, и перед Ллиром предстал истинный бог-олень. Статный, высокий. Его мышцы были напряжены, словно у бегуна, а рога заточены получше многих мечей.

– Так вот какой ты, Талуриан, – сказал Ллир. – Истинный бог Нэннии. Тиран, убивающий других богов.

– Может, и тиран, но не узурпатор. – Талуриан поднял голову. – Меня еще не призывали. Дважды лучшие шаманы древнего мира пытались, но им не доставало сил и голоса. Кто ты?

– Мое имя Ллир.

– Полукровка. Нечистый. Зачем ты призвал меня, Ллир?

– Посмотреть на твое лицо. Теперь я вижу, что оно не очень-то отличается от нашего. Тот же нос, разве что ровнее. Глаза, хоть и пылают первобытным гневом, самые обычные. Кожа, пальцы. Ты весь напоминаешь обычного человека.

– Наглость. Наглость наказуема, Ллир.

– За наглость ты убил моего наставника, бывшего мне и отцом? Наша королева тоже была наглой?

– Ты сказал достаточно. Твои старания поразили меня, я подарю тебе быструю смерть, а твоя душа даже найдет покой на Туманном острове.

Талуриан наклонил голову и разогнался, но словно врезался в невидимую стену, попытавшись перейти линию огня. Бог дотронулся до нее. Почувствовал странную силу, сдерживающую все, что намеревалось пройти внутрь круга.

– Ты не убьешь меня, Талуриан, бог-олень, – сказал Ллир. – И твои кровавые всадники тоже, пусть даже не стараются. Туманный остров? Ты живешь там? Я найду тебя. Найду и изрежу на такие мелкие кусочки, что тебе легче будет выпить море, чем собрать свое тело вновь. Я открыто бросаю тебе вызов, бог-олень! Чем ты ответишь мне?

Талуриан поднял руки. Закрыл глаза.

Ветер успокоился. Солнце сменилось луной. Буря ушла, и на небе больше не было молний. Но дождь не прекратился. Нет. Он стал кровавым.

Талуриан тяжело дышал. Его грудь вздымалась, как у молодого оленя. Он поднял подбородок, тоже бросая вызов, а кровь стекала по его телу, впитываясь в шкуру на бедрах. Теперь он совсем не напоминал человека. Лишь чистейшую ярость. И силу.

– Твой вызов – оскорбление, – сказал Талуриан. – Но я приму его лишь затем, чтобы показать всем и каждому, что случается с наивными наглецами, которые осмелились перечить мне. Говоришь изрежешь меня на кусочки? Можешь попробовать. Но прежде я сожгу тебя на алтаре во славу самому себе.

Бог-олень отступил. Он пятился к лесу, пока не скрылся в тенях. Ллир не смог рассмотреть, куда именно ушел Талуриан, но ему показалось, что тот просто превратился в ветви деревьев, на которых вновь появились целые крепкие листья.

Гуинед осталась у гномов на несколько дней. Ей сшили новую одежду, хотя эльфийка все равно оставила одеяние жреца, и даже подарили хорошенькие сапоги взамен износившихся. Девушка была почетным гостем в городе, ее кормили лучше прочих, а дети то и дело приставали к ней с глупыми играми и расспросами.

Но на пятый день эльфийка ушла. Рано утром, еще до восхода эльфийка собрала вещи, взяла свои лук и стрелы, немного припасов, и тихо ушла из города. Ее не заметили даже стражники.

Гуинед шла полторы недели, прежде чем почувствовала, что степи кончились. Ветер был не таким суровым, деревья стали толще и крепче, а животные встречались куда чаще. Эльфийка с радостью охотилась, пила свежую воду из родников, если те попадались по пути. Ей вдруг показалось, что она оказалась дома, хотя над головой не нависал каменный потолок, а Священный маяк не освещал все своим белым светом.