Чтение онлайн

Армейские сапоги, длинный охотничий нож на поясе и серое кевларовое пальто со вставками металлических пластин в корпусе и плечах. Все это были трофеи, доставшиеся ей от прошлых и непродолжительных по времени рейдов в южные пустоши. Свои темно-красные дреды она обычно убирала в хвост, а для уверенности, как ободком, укрепляла их тактическими очками-сканером. «Кошачий глаз», так эту старую, но надежную модель называли гвардейцы дома Маркуса. В землях к западу от Ядовитого моря их было очень трудно достать, все-таки армейская разработка. Свои очки-сканер она получила два года назад в подарок от бывшего напарника, с которым когда-то давно совершила первый в своей жизни рейд за стены Свободного города. Они были дороги ей и как память, об этом значимом для нее человеке, но и как надежный прибор, много раз спасавший ее в трудных ситуациях. В рабочем состоянии очки закрывали половину лица и автоматически подключались к нейропоту, в левом виске. Задавая мысленные команды, она могла управлять ими, легко меняя кратность изображения или переключаясь между двумя дополнительными режимами: ночное виденье и тепловизор.

Уже около получаса она грелась у костра, разведенного в дырявой ржавой бочке, автомат болтался на плече, периодически сползая и оттягивая локоть. Если не обращать внимания на длину волос и немного выступающие под толстым свитером груди, то по комплекции, ее можно было бы легко спутать с парнем. Изображать из себя женщину в таких условиях становилось бессмысленно, хотя и в городе она ни разу не появлялась на улице в юбке или на каблуках. Так уж повелось, что с ранних лет мужской одежде она отдавала большее предпочтение, хотя при этом и не старалась выглядеть не женственно.

Из-за баррикады осколков кирпичной стены и металлического хлама, высотой не меньше трех метров, показалась еще одна фигура. Хотя природой ее напарница тоже задумывалась как женщина, всем своим существом Кошка опровергала это глупое упущение своего организма. Она была высокой, ширококостной, с длинными жилистыми руками и грубым голосом. По своим габаритам она легко могла сойти за крупного мужчину, весом под девяносто килограммов. Хотя Кошка всегда красила голову в ядрено-оранжевый цвет, она никогда в жизни не носила длинные волосы, с юности предпочитая коротки мужские прически. В их маленьком тандеме мужеподобная Кошка была и снайпером и главной по переговорам с покупателями. Она лучше своей подруги владела преступным жаргоном, сказывалась тяжелая юность, проведенная в трущобах красного сектора, также она казалась более серьезным переговорщиком с точки зрения рядовых контрабандистов.

Была ли Кошка при всем этом лидером в их маленькой группе? Вот это по-прежнему оставалось загадкой. Ни Кошка, ни Радуга не стремились к четкому разделению ролей. Просто Кошка в виду своего нелегкого прошлого быстро находила новые заказы и покупателей. А Радуга оставалась у нее на подхвате и постоянно прикрывала спину своей боевой подруге, привнося долю сдержанного рационализма в их действия. При этом четкого доминирования или вассальной иерархии в их отношениях, сложившихся за последние пять лет, не прослеживалось.

Кошка подошла к огню и, перекинув винтовку через плечо, принялась усердно отогревать руки, лаская кончиками пальцев языки пламени. Она была одета в старый армейский камуфляж, грязно-серого цвета, предназначенный для действий в городе и черный разгрузочный жилет, набитый патронами.

– На дороге стоит броневик гвардии, я насчитала шестерых солдат возле него, - безучастно и не отрывая взгляда от огня, отчиталась Радуга.

– Да, через квартал на юг тоже броневик и пара грузовиков с ним. Там где-то двенадцать гвардейцев и шесть наемников. Они постоянно трутся возле заводского барака на углу, думаю, там у них временный штаб. Всего восемнадцать мужиков в паре сотен метров от нас, - задумчиво произнесла Кошка.
– А ведь нормального мужика у меня уже давно не было, месяца два, а то и три.

Она скривилась в улыбке:

– А если подумать, то нормального мужика у меня вообще никогда не было.

Кошка не была наивным человеком, жизнь не позволяла, и прекрасно оценивала свои внешние данные. При всем этом она постоянно пыталась найти себе хоть какого-нибудь спутника жизни, хотя бы на несколько дней. Но, как правило, все ее романы заканчивались уже на следующее утро.

– Что делать будем? – не отреагировав на грязную шутку, осведомилась о дальнейших планах Радуга.

– А ничего, посидим здесь пару часиков, погреемся. Главное чтобы огонь не было видно. Долго они тут не задержатся и к вечеру двинут назад. Кажется, я знаю, зачем они приперлись в такую даль от города.

– Думаешь, это продолжение истории с тем караваном, – Радуга перевела вопросительный взгляд от огня на свою подругу

– А чего тут думать, все же очевидно, стандартная зачистка местности. Причем такое не первый раз уже происходит. В последние месяцы эти мутанты совсем озверели. Уже нападают даже на охраняемые конвои. В этом было целых четыре машины сопровождения и десяток наемников. Я даже пару раз пересекалась с их караванщиком, тот еще засранец. Хотя, о покойниках конечно так не говорят… Но при этом, он был классным контрабандистом, мог танк под носом у гвардии ночью протащить. И я не представляю, чтобы он, после стольких лет проведенных в северных пустошах, смог попасть в лапы к обычным тупым мутантам. Как они только смогли всю охрану перебить?

– Может это не мутанты были, а кто-то другой?

– Кто? Бандиты? Они же трусливые, на север по доброй воле не сунуться, привыкли только южную мелочь на дорогах грабить. Те, кто это совершил, вымели все подчистую, не осталось ни машин, ни товара. Хантер рассказал мне, что поисковики даже тела караванщиков и пассажиров не нашли, скорее всего их сожрали, забрав даже кости. Я никогда не поверю, что это были люди. Кто кроме мутантов такое могли совершить?

– Ладно, ну допустим, часа два мы здесь проторчим, а дальше что?
– Рассудительная Радуга вновь вернулась к их основной проблеме.
– Они за три часа весь район не зачистят, а вот сюда могут и заглянуть. Место здесь конечно укромное, но долго прятаться не получится, нас могут обнаружить.

– Это тоже верно, - отогрев руки, Кошка начала потирать ими холодные щеки.
– Что предлагаешь?

– Я предлагаю идти как можно дальше на север, сумеем проскочить закоулками, пока они здесь штаб разворачивают и вглубь района еще не двинулись. Я думаю, лучше пойти через «железную нору», туда они, скорее всего вообще не заглянут, лень будет по ржавым трубам ползать. А мы сможем пройти тихо и прямиком на мост двинем.

Радуга отошла от горящей бочки и достала из нагрудного кармана портативный компьютер, легко умещавшийся в ее ладонь. Быстрыми движениями большого пальца она двигала джойстик управления экраном, перелистывая странницы электронной карты местности, которую много лет назад составил ее бывший напарник.

– Судя по всему, мы здесь, - она показала напарнице дисплей, - а надо нам вот сюда. Если успеем проскочить за пару часов до моста, то дальше можно уже и не спешить, в «некрополисе» они нас уже не достанут.

Щелкнув кнопками на пластиковом корпусе, она выбрала необходимый ракурс изображения и, проскользнув пальцем по голубому экрану, вычертила извилистый путь их дальнейшего путешествия. Для начала предстояло миновать пару бывших жилых кварталов, последние жильцы которых на самом-то деле умерли более столетия назад. Это было самым рискованной частью их путешествия, так как на открытой местности они были легкой мишенью. Затем еще нужно было пролезть около километра по огромной системе ржавых труб, диаметром чуть больше человеческого роста. Там было легко заблудиться, не будь у них карты, но эти «норы» были самым безопасным путем через руины. Затем их дорога вела на мост, через промышленные останки древних заводов, в глубины заброшенного сотни лет назад города. Все руины, что лежали по ту сторону моста, перекинутого через высохшую реку превратившуюся в огромную песчаную канаву, назывались «некрополисом» - основная часть мертвого города. Конечная же цель их долгого и опасного путешествия лежала еще дальше на севере, там, где по карте проходила тонкая линия уже не действовавшей железнодорожной ветки, уходящая в страшные земли непроходимых пустошей.

Разобравшись с картой и засыпав уже догорающий огонь песком, они направились вглубь разрушенного здания, бывшего им временным укрытием. Шли след в след, молча продвигаясь по мрачному пыльному коридору к еще сохранившейся лестнице, огибая огромные просветы в рушащейся от времени кирпичной стене и стараясь не подходить к пустым окнам.

Вскоре на улице уже начали слышаться голоса десятков людей и рев моторов армейской техники. Пытаясь не шуметь и осторожно ступая по обрушенной лестнице, они быстро пробирались вниз. Под сапогами скрипели куски стекла, камня и толстенные слои пыли с песком. Выбравшись на улицу, небольшими перебежками, согнувшись пополам, девушки быстро проскочили через пару обугленных остовов домов.