Чтение онлайн

Это надёжный способ выведения из строя любой техники, потому что взорванную трансмиссию, в наших реалиях, вообще никак не починить. Можно, конечно, найти где-нибудь БМП-3 и переставить с неё трансмиссию на «Спрута», но, как бы, БМП-3 тоже вещь в себе и тоже очень нужна. Да и где ты её найдёшь? Всё, что можно было найти, уже давно найдено и приватизировано заинтересованными лицами.

Всё так же ненавязчиво удаляюсь от «Спрута» и начинаю продумывать варианты, как мне приблизиться к технике. Но рядом слишком много народу.

Нет, кажется мне, что мы перемудрили в нашем углубленном планировании. Надо было отрабатывать изначальный вариант, без отвлекающей атаки.

Мне было бы сложнее перемещаться по парковке, потому что не было бы суеты, но теперь я вижу, что эта суета больше навредила, чем помогла…

Ну, у меня нет выбора — надо сближаться с танками и пробовать подгадить. Осталось не более двадцати семи минут до подрыва «Спрута».

Не хотелось бы повторять прошлый опыт с диверсией — надо съебаться заблаговременно…

А для этого надо поставить взрывчатку незаметно, чтобы её никто не обезвредил. Там же не шарада с красным и синим проводами, а просто выдёргивание взрывателя из гнезда — и всё, бомб хас бен дифьюзед. (1)

«Получается, что я — террорист?» — спросил я себя.

Вообще, нет, потому что сегодняшняя диверсия не ставит целью напугать кого-то. Это конкретная акция для подрыва боеспособности врага и принуждения его к переговорам. Но тогда получается, что это, в том числе, и для того, чтобы напугать его…

«Нет, всё-таки, между терроризмом и диверсией очень зыбкая грань», — подумал я, приближаясь к крайней БМП-1, стоящей справа от чёрного Гелика.

Обслуживающий персонал загружает в Бэху снаряды и пулемётные ленты, а мне надо как-то ненавязчиво подсунуть шашку в уязвимое место.

«Может, установить её под гусеницу?» — пришла мне идея. — «Если раздолбать ленивец и порвать траки, то они точно не смогут восстановить это в разумные сроки».

Достаю из кармана пачку сигарет.

Вообще-то, я не курю, но Ронин посоветовал срочно начинать, потому что вариант, что мне удастся смешаться с толпой, предусматривался. Из-за этого я скурил по дороге двенадцать сигарет и перестал кашлять от дыма — притерпелся.

А нужно это потому, что курящий человек вызывает меньше подозрений, если стоит и курит — нет ничего более обычного в военной среде, чем боец, стоящий и смолящий отравленную никотином палочку.

Обхожу БМП-1 и со значением киваю парню лет двадцати, возящемуся с ящиками.

— Я сам здесь всё сделаю, — сказал я и забрал у него цинк с патронами.

— Хорошо… — легко согласился он.

Приоткрываю цинк и, ожидаемо, вижу, что там патроны 7,62x54 миллиметра в лентах.

Мельком оглядываюсь по сторонам, поднимаюсь на крышу БМП и, будто бы случайно, помещаю в цинк тротиловую шашку со взрывателем. Это капец какое пидорство, конечно, но это нужно сделать…

Передаю цинк бойцу, высунувшемуся из люка, после чего спрыгиваю с БМП и иду к следующей машине.

«Нет, нахуй, не вариант…» — решил я. — «Я больше не могу…»

Нервы натянуты, как гитарные струны, поэтому я ухожу с парковки и направляюсь к крайней левой шестнадцатиэтажке. Надо уходить.

К тому моменту, когда я дошёл до двери подъезда, началась новая суета — похоже, что был обнаружен мёртвый КДшник.

Держу себя в руках из последних сил и максимально спокойно поднимаюсь по лестнице на шестой этаж.

Проверяю двери на предмет открытия, но все они на площадке заперты. Не беда, поднимаюсь на следующий этаж.

Тут обнаруживается какой-то тип, в боевой экипировке, с ПК на ремне. ЭМ-зрение показывает, что это не КДшник.

Он курит дерьмовые сигареты, скорее всего, просроченные — у них особенный запах.

— Эй, дядя, а что у тебя с глазами? — невежливо спросил он.

Пробиваю ему апперкот и подхватываю, чтобы не гремел.

Приватизирую ПК, а также два цинка с лентами, стоящие на полу. Сразу же прячу их в рюкзак, а затем шмонаю подсумки и карманы этого типа.

Он начал очухиваться, но я почти мгновенно шарахнул его с ноги по башке, после чего продолжил экспроприацию.

Забрал у него пистолет Макарова, три магазина к нему, хороший импортный штык-нож непонятной модели, а также три гранаты РГД-5.

Захожу в дверь квартиры, сходу сшибаю пожилого мужика в трусах и майке, шедшего по межкомнатному коридору с подносом, после чего врываюсь в гостиную и разбиваю окно.

Далее я закрепил карабин к держателю отопительного радиатора и выпрыгнул в окно, на ходу разворачиваясь.

Верёвка обожгла мне руки, но это ерунда, потому что гораздо важнее съебаться побыстрее.

Оказавшись на земле, я сразу же рванул в частный сектор, но меня увидели наблюдатели с крыш шестнадцатиэтажек. Они открыли по мне огонь, а я начал активно петлять, чтобы усложнить им прицеливание, на конечном отрезке и вовсе применив рывок.

По левому бедру очень больно стукнуло, а затем я рухнул в кусты за забором из профлиста.

Раздался звон перфорируемого пулями металла, а также треск разбиваемых кирпичей.

Они дубасят по мне из всех стволов, поэтому надо срочно разрывать дистанцию.

«Не возьмёте, суки…» — подумал я, влетая в одноэтажный кирпичный дом.

Раздался до боли знакомый «ш-ш-шурх», а затем что-то очень мощно взорвалось на крыше дома.

Возникло ощущение, будто кто-то с силой воткнул мне мокрые пальцы в уши, а затем с оттяжечкой выдернул их, со звуком «чпок!»

Глаза налились кровью, которая существенно подпортила картинку ИК-зрения, но я не изменил курса и прорвался сквозь поднявшуюся пыль, выскочил из дома и побежал изо всех сил.

По мне продолжили стрелять, но я пёр с упорством бронепоезда, лишь разгоняясь до предельной скорости.

Уже стало как-то насрать на конспирацию, поэтому я выскочил на Грузинский переулок и помчал по нему.

На пути встретилась Школа № 82, в которой Ронин и Нарк ожидали опорник Бороды, но эти данные не подтвердились при предварительной разведке.

Пробегаю школу насквозь, а затем бегу дальше, но зачем-то оглядываюсь и вижу, что ко мне приближаются сразу три дрона.

— Ох, блядь… — изрёк я и ощутил, как спина покрывается испариной, которая сразу же стекает на уже давно вспотевшую жопу.