Вечные 1. Хранитель
Шрифт:
– Вот как… – произнес я, размышляя.
– Прости, Сэм, – произнес Николай, – я должен был тебе рассказать.
– Все нормально. Я понимаю.
Не смотря на волнения Николая, никакого негатива я не испытывал, потому что прекрасно знал, что такое столкновение с крупными мутантами. Хорошо еще, что Леха вообще остался цел. Ворон мог бы разорвать его на части всего одним прикосновением.
Меня волновало другое: зачем Стерв вообще куда-то поперся? Вояк он на дух не переносит, а после тяжелых ран сразу идти на новую ходку не стал бы даже я. Не говоря уже о том, что всего неделю назад на дело Леху было бы не вытащить.
Хотя ответ я все-таки предполагал: возможно он делал это не ради Альянса. А ради родной станции. Потому что лично увидел, насколько могут быть опасны псы.
– Ладно, – Николай неловко посмотрел на часы, – Я бы сопроводил тебя до жилого сектора, но у меня есть еще несколько важных встреч с верховным руководством. Нужно доложить о том, что ты пришел в себя. Так что вынужден вас оставить. Любовь сопроводит тебя до твоей комнаты, – он достал небольшой ключ и передал его Колючке. – И кстати, Люба, заведи гостя также в наш кафетерий. Я распоряжусь, чтобы все было за счет заведения.
– Ого! – удивился я. – Спасибо вам за такое гостеприимство. Но я думаю, что смогу заплатить.
– Не стоит. Это вам с Алексеем стоит сказать спасибо. Увидимся завтра!
Николай пожал мне руку и поспешил удалиться.
– Ты явно заставила его понервничать, – заметил я, когда он скрылся из вида.
– Потому что я считаю, что ты обязан был это знать. Мы с ним даже немного поцапались из-за этого – он попросил меня тебе об этом не говорить. Все переживает, как будет выглядеть репутация Альянса.
– Почему-то я не удивлен…
– Ай, тут все так работает, – отмахнулась Колючка. – Думаю, если бы не вся эта бюрократия и забота о репутации, мы бы решили проблему с псами еще до первого нападения. Давно же было понятно, что с ними что-то не так. Ладно, это не важно. Давай проведу тебе экскурсию. Ты, наверное, голоден?
* * *
Про экскурсию Колючка не соврала. Оказалось, что база Альянса гораздо более сложная и продуманная, чем я себе представлял. Когда я бывал здесь раньше, то, во-первых, я думал прежде всего о предстоящем заказе и не заходил дальше гостевой зоны, а во-вторых, вряд ли бы меня вообще кто-то выпустил за ее пределы. Поэтому все это время я был уверен, что военные живут в палатках и самостроях среди цехов, а несколько руководителей, может быть, обитают в подземных убежищах, как тот госпиталь, где я очнулся.
С цехами я оказался почти прав: во многих из них действительно находились жилые палатки. Но вот подземная часть… оказалась куда больше, чем я ожидал. Ведь завод, который существует уже больше века и пережил две мировые войны, буквально пропитан сетью подземных сооружений – бункеров, технических помещений и складов. Все цехи соединены сложной паутиной коридоров, через которые можно безопасно перемещаться по территории без противогазов и защиты. Именно так мы и добрались до «кафетерия», который по уровню не уступал лучшим ресторанам Торгового Города.
– Правда, в некоторые туннели без защиты все равно лучше не соваться, – пошутила Колючка, ковыряя цезарь с рубленой рад-креветкой, – потому что раньше это были канализационные коллекторы.
При этом она всё равно отметила, что военные проделали огромную работу по налаживанию этой инфраструктуры. Настолько огромную, что даже в цехах на поверхности можно ходить без противогазов, если, конечно, это не открытый транспортный ангар.
– Знаешь, я провела тут пятнадцать лет своей жизни из тридцати пяти, и честно скажу, такого комфортного уровня жизни я не видела даже когда жила в своей новостройке в Дзержинском! – она взяла свой бокал с довоенным вином и легонько стукнула им по моему стакану, наполненному виски. – Так что ты сейчас в одном из лучших мест Мертвого Города.
Мы выпили, я спросил, разливая ещё:
– Кстати, как ты попала в Альянс?
– Дошла сюда спустя пять лет после Катастрофы.
– А до этого?
– Ох, это долгая и очень болезненная история… – она на мгновение ушла в себя, вспоминая, но быстро вернулась в реальность. – Хотя нет… уже не настолько болезненная, поэтому расскажу…
– Если не хочешь, я не настаиваю.
– Нет-нет, всё окей. В общем! Под моим домом был небольшой торговый комплекс, ну знаешь, наверное, такая подвальная пародия на торговый центр? – я кивнул в ответ. – Ну вот. Продуктовый магазин, магазин трикотажа, аптека, один строительный закуток и сувенирная лавка. Вот мы туда с мужем и спустились… Не только мы, кстати, было ещё несколько соседей и самих продавцов магазинов, само собой… Сначала всё шло нормально, – Люба усмехнулась, – если, конечно, вообще можно назвать нормальным выживание в не герметичном подвале после ядерного апокалипсиса. Потому что у нас было очень много ресурсов, а за тем, чего не хватало, мужики выбирались до «Парк Хауса» неподалёку. Много чего обустроили…
Она сделала небольшую паузу.
– А потом? – спросил я осторожно.
– После первой же зимы нас стало в два раза меньше. Мой муж сгорел практически сразу, ведь именно он был инициатором всех вылазок, в общем-то… идиот упёртый, – последнее она произнесла не грубо, а немного любя и с лёгкой скорбью в голосе. Затем взяла свой бокал и залпом выпила его всё содержимое. – Фух… За вторую зиму сгорели все оставшиеся участники частных экспедиций. В основном это были мужчины. Нас осталось две девушки и одна шизанутая тётка. Ну такая, у которой и в мирное время явно были беды с башкой, и она исписывала мелом двери соседей, обвиняя в том, что они облучают всё вокруг своим вай-фаем, и у неё вянут из-за этого фикусы.
– Почему-то именно такие живут дольше всех.
– Вот-вот! Ну в общем, на третий год она окончательно поехала, и по весне у неё началось очередное обострение. Она начала постоянно на нас орать, что, так как у нас осталось очень мало запасов, мы непременно хотим её сожрать. Хотя на троих консервов и сухпайков нам бы теперь хватило на годы вперёд. Юлька, ну вторая девочка, пошла её успокаивать, а эта шизанутая ей заточку воткнула между рёбер, представляешь?!
Конец ознакомительного фрагмента.