Чтение онлайн

— Даже ты? — несколько удивился я.

— Даже я, — кивнула Аура. — Могу лишь помогать советами, но не прямыми действиями.

— А как же угроза минутой ранее? — подколол я.

На мгновение повисла тяжёлая тишина. Кицунэ явно задержала дыхание… после чего устало-раздражённо выдохнула.

— Ал, дорогуша, я не могу помогать тебе в тренировках и прямыми воздействиями на твою ментальную составляющую, — ласкова протянула лиса, едва ли не словами погладив по голове. — Зато могу помочь опосредованным влиянием на твой ход мыслей. Поймаю за ушко и буду шептать всякое-разное, чтобы одна дурёха поняла, насколько она не права. Не поможет — хвост накручу. Будут слёзки и сопельки, но зато действенно. Если и это не окажет воздействия, найду в своих закромах когда-то давно упомянутый ошейник и надену на тебя, — тихо пророкотал голос Ауры. — Даже цепочку красивенькую подберу, чтобы тебе, девочка, было приятно. Вспомню молодость, и ты у меня быстро станешь белой и пушистой — с рук будешь кушать, тапочки в зубах носить, выпрашивать ласку и радоваться, что я уделила тебе время и не стала наказывать. О свободе забудешь, как будто её и не существует. Этого хочешь? — под конец натурально пригвоздила взглядом она.

Умиротворённый тон лисы, впрочем, ни капли не вязался с теми ощущениями, которые меня посетили в процессе монолога. А уж глаза кицунэ… Глаза — зеркало души. И в этом зеркале я ясно увидел, как сижу возле Ауры в ошейнике и, подобно собачке, вылизываю ей ножки…

Самое страшное, что я буквально хвостом чувствовал, насколько кицунэ серьёзна в своих словах: ошейник наденет и будет дрессировать, как собачку… помня же о развязности кицунэ, вполне возможно — сучку…

Передёрнув плечами, я попытался съехать с неудобной темы и с трудом, но выдавил из себя:

— Понял-принял… В таком случае, первый вопрос: как понять, что я приручил зверя? — поинтересовался я, но услышал лишь насмешливый фырк в ответ. — Что? Ну, попробовать же стоило!..

— Ха-х, я и не собираюсь упрекать за поиск короткого пути, но и отвечать в полной мере не стану. Лучше задам вопрос, касающийся нашей темы, — усмехнулась краешком губ Аура. — Стражи. Раз они у тебя есть, то должен понимать, почему они у тебя появились. Но можешь ли сказать, на страже чего они стоят? Ответив, найдёшь путь к ответу на свой вопрос.

— Стражи…

— Не торопись, лапочка. Подумай, как следует, — уже чуть сильнее улыбнулась лиса.

Подозрительно прищурившись, разглядывая лицо кицунэ перед собой, я вскоре всё же отвернулся и задумчиво уставился на арену — бои тем временем набирали обороты, и на красный от крови песок выходили очередные бойцы.

Впрочем, вопрос, заданный Аурой, не выходил из головы…

— Насколько я понял разъяснения самих Стражей, они должны заботиться о моей сохранности, — наконец сформулировал я свои мысли. — После же твоих слов, подозреваю, Стражи как-то взаимодействуют с моим разумом.

— Ты на верном пути, — кивнула лиса и продолжила, видно, удовлетворившись моим ответом. — Вот только суть Стражей заключается не столько в твоём физическом благополучии, сколько в эмоциональном и психическом. Стражи — это якоря твоего разума, не дающие оному разуму развалиться. Однако, чем больше стражей, тем больше с твоим разумом имеется потенциальных проблем.

— Эм-м… — не нашёл я, как отреагировать. — То есть, если у меня много Стражей — то я псих?..

— Ха-х, — хохотнула Аура. — Потенциальный, Ал. Любой долгожитель — потенциальный псих как с людской точки зрения, так и всеобщей. Разуму с людским воспитанием, на которое ты, к слову, до сих пор «опираешься» по старой привычке и всё никак не отбросишь в сторону, вообще крайне сложно оставаться адекватным более века. Не заточены обычные люди под столь долгие сроки жизни: долгожителей необходимо воспитывать в другом ключе с пелёнок, — хмыкнула кицунэ. — Возвращаясь же к нам… Страж появляется, когда у кицунэ, во-первых, достаточно сил для его формирования, а, во-вторых, когда происходит какая-то психоэмоциональная встряска, с которой лиса справиться не в состоянии. Собственно, поэтому и появляется якорь в виде Стража, не дающий разуму кицунэ пойти по наклонной. Страж, по сути, живое воплощение того, что люди привыкли называть «тараканами в голове» — будь то комплексы, страхи или сожаления. Страж вбирает в себя эти стороны и, как бы, создаёт прослойку, буфер между основной личностью и её условными страхами, не позволяя в полной мере влиять тем на кицунэ. Со временем прослойка исчезает, врастает в разум и сливается с ним… но страж остаётся. И если понадобиться, вберёт в себя ещё один страх. Однако лишь один.

— И как с такими «потенциальными проблемами» кицунэ вообще не вымерли, как вид? Мор упоминала, что Стражи появляются только на десятом хвосте… — вставил я.

— Ал, дорогой, Стражи не будут вбирать в себя, например, боязнь высоты, которую можно вылечить, если задаться такой целью. Не тот уровень. Вот, если бы кицунэ, например, каким-либо образом потеряла бы своего ребёнка, который упал с высоты, причём сама бы кицунэ не смогла бы никак помочь или же являлась первопричиной падения… — помрачнела лиса, после чего продолжила. — Короче, ты понял. Что же касается десятого хвоста, то, как правило, да, Стражи появляются именно тогда, — согласилась она. — Это происходит как раз из-за психоэмоциональной встряски — переход на новую ступень существования крайне сильно влияет на разум кицунэ. Когда-то положительно, когда-то отрицательно, но, как правило, осознание приобретённого бессмертия и раскрытия благодаря чувствительности некоторых тайн мироздания влияет достаточно, чтобы разуму потребовались якоря для своей стабилизации…

— Подожди, в смысле «бессмертия»? Разве кицунэ по своей природе не бессмертны? — не смог скрыть я удивления. — Мне казалось, что мы… эм…

— На фоне людей, да, мы — бессмертны, — кивнула Аура. — По факту же, кицунэ из-за своего полуматериального существования может прожить приблизительно до двух, может, трёх тысяч лет. Весь этот срок они молоды, активны и сильны, но на пороге смерти крайне быстро «сгорают». Буквально за несколько месяцев. Десятихвостые же в принципе от старости умереть не способны, так как с биологическими потребностями и слабостями не связаны от слова «никак». В какой-то степени мне, например, даже воздух для жизни не обязателен. Желателен, но не обязателен. Как и пища.

— Это много объясняет… — протянул я, но погрузиться в думы не успел, так как голову прострелила другая мысль. — Подожди, а если Стражи сейчас заперты в каких-то клетках? Как это воспринимать?

— Именно клетках? — уточнила Аура, хмуро посмотрев на меня.

— Ну, теоретически — это кристалл, а по факту да, клетки, — поспешил уточнить, так как уже понимал, как кицунэ может отреагировать на милые комочки меха и счастья в виде лисят.

— Хм-м-м… Интересно… — задумчиво отвернулась лиса к арене. — Могу сказать, что случай интригующий: так как Стражи сформировались у тебя до моего лечения и хоть небольшой, но стабилизации разума, то и после лечения они остались. Однако, похоже, стабильность твоего разума всё-таки превысила критический минимум, и «прослойка» «срослась» с твоим сознанием. Стражам, грубо говоря, нечего стало защищать… однако они не должны были впасть в спячку или быть погруженными в твои «клетки».

— А разве зверь не выступает… дестабилизирующим элементом? Может, он и заставил Стражей заснуть? — поинтересовался я. — Разногласия, как ты говоришь, между моим подсознанием и сознанием… разве стражи не должны выступить буфером? Ну, может, им сил не хватило, вот они и погрузились в спячку?

— Ал, повторяю, зверь — это инстинкт, — устало, но терпеливо пояснила Аура. — База. На нём, по сути, держится вся сущность кицунэ. Потому и нельзя его «победить» и избавиться от него — это всё равно что у обычного человека заставить остановиться сердце. Он из-за этого просто умрёт. В нашем же случае ты умрёшь как личность — банально рухнет фундамент, на котором «ты» стоишь. Стражи же появляются из-за эмоциональных встрясок, то есть внешних раздражителей, вызывающих внутренние проблемы.

Ничего не понимаю. Если Аура говорит, что стражи — показатель стабильности моего разума, а зверь — не является дестабилизирующим фактором… но при этом у меня не просыпаются стражи. То есть я здоров? Или нет, потому что стражи всё же есть!? Однако также кицунэ намекает, что стражи как-то связаны со зверем и показывают степень его «сознательности»… или нет!? А-а-ар, я только больше запутался!

Впрочем, не к месту подумалось, что армию из лисичек-стражей создавать не есть хорошо. Зная, что они «защищают» как-то страшновато становится… Тем не менее… сука, ненавижу загадки «по разминированию», когда у тебя уже полыхает «фитиль»!

— Ты меня сейчас больше запутала, — сознался я.

— Со временем, пережив этот опыт, поймёшь, — отмахнулась Аура. — Главные «установки» я обрисовала.

Мне даже не нашлось, что сказать на такую короткую отповедь! А пока придумывал, чем бы «ответить» — да так, чтоб «Ух!» — на арене началось какое-то нездоровое шевеление: в центре поля арены о чём-то громко вещал распорядитель боёв, а на зрительских местах наблюдалось какое-то непонятное оживление.

Понять ничего было нельзя, так как одна хвостатая демоница купол тишины, похоже, снимать не собиралась. Правда, когда у Ауры дёрнулись ушки, и она как-то с предвкушением на меня глянула, хвост засигналил о приближающейся заднице! Вот только встать и усвистать подальше я не успел — только поднялся на ноги, как кицунэ чем-то невидимым схватила мою руку и подняла её вверх!