Чтение онлайн

У венгров, мы взяли реванш за поражение в Будапеште. В этой встрече блеснул своим мастерством Михаил Семенов. Интересна следующая деталь. Мы со Спан- даряном планировали начать матч с Муйжниексом и преподнести венграм сюрприз — начать игру сразу двумя нашими лучшими центрами — Зубковым и Круминьшем. На собрании команда попросила поставить вместо Вал- диса Мишу Семенова. Накануне он чувствовал себя неважно. Мы согласились с командой, и Миша так здорово отыграл, что венгры только разводили руками.

В финал вышли четыре команды: Чехословакии и Франции из второй подгруппы, СССР и Венгрии. Поскольку игры в полуфинале шли в зачет, то мы, победив чехословацкую команду — 83:72, вновь встречались в финале со сборной Франции, обыгравшей венгров.

К финальной игре 31 мая в Стамбул прибыла эскадра французских моряков и почти в полном составе пришла поддержать свою команду. Три тысячи моряков дружно пели и кричали «Ай–ля–ля, франц! Вперед, Франция!» И думаю, что в немалой степени вдохновили своих игроков. В финале это была уже совсем не та команда, что в первый день. Французы заслуженно пробились в финал и были готовы дать настоящий бой.

В ночь перед финалом мы со Спандаряном долго не могли уснуть: обсуждали, как лучше спланировать игру, кого пустить в бой сразу, кого оставить на решающие минуты. Степан Суренович заметно волновался: больше обычного курил, беспрестанно ходил по номеру. Уже погасли огни и на Босфоре и в городе, а мы все не спали. «Ну как, думаешь, завтра?» — спросил Степан Сурено-. вич. «Да выиграем не меньше двадцати очков, не переживай», — ответил я. Я уже спал, а Степан еще долго стоял у окна. Его волнение казалось мне неоправданным, чрезмерным. И только несколько лет спустя, когда сам стал старшим тренером сборной, я понял всю меру ответственности старшего тренера, человека, отвечающего единолично за каждого игрока в команде, за результат игры, за каждое слово. Вспоминал не раз я ту ночь в Стамбуле и перед финальной игрой на чемпионате Европы 1959 года. Да, второй тренер безусловно переживает, он тоже ответствен за выступление команды, но ответственность эта совсем не та.

Мы начали матч тройкой Круминьша, французы берегли Лефевра, и в стартовой пятерке его не было. Янис стал господствовать у щитов, набирать очки, и Р. Бюс- нелю не оставалось ничего другого, как. ввести своего козырного игрока. Лефевр вошел в игру удачно — сразу забросил 3 мяча. Но и Янис не оставался в долгу. Он по–настоящему разозлился, что с ним бывало крайне редко, убегал в прорыв, требовал мяч у партнеров, играл уверенно, смело. Первый тайм мы впереди — 37:30. Разрыв не внушительный, а у Яниса уже четыре персональных замечания. Расшумелись моряки, отчаянно призывали соотечественников к победе, к борьбе. Французы играли действительно хорошо. Дориго, Гранш, Лягро то и дело добивались успеха. Интересно, что турецкие болельщики в начале матча были за французов, к перерыву — нейтральны, и чем больше шумели французские моряки, тем больше турецких болельщиков переходили на нашу сторону. Постепенно наше преимущество в резервах, в физической подготовке и мастерстве стало сказываться. К финальному свистку—88:72. Победа уверенная и заслуженная. Янис дал команде 32 очка.

После игры безразличные в начале турнира к нашей команде зрители не выдержали, бросились к нашим ребятам, снимали с них майки, эмблемы, просили автографы, жали руки, обнимали. Корректность и высокое мастерство советских баскетболистов как бы растопили сердца турецких зрителей.

Следующий чемпионат Европы проводился в Белграде. Незадолго до чемпионата между мной и Спандаряном возник конфликт из–за различных взглядов на некоторые вопросы подготовки сборной команды. Мне пришлось уйти из сборной. Вторым тренером был назначен тренер ЦСКА тех лет Евгений Алексеев, в прошлом замечательный игрок, опытный, знающий тренер. В Белграде главный бой нашей команде дали югославы. К этому времени югославский баскетбол уже набрал немалую силу. В нем появились игроки мирового класса, такие, как Радивое Корач, Иво Данеу, Никола Джурич, Звонко Петрикевич, Владимир Цветкович, Георгий Джерджа и другие.

Самым сильным и результативным игроком югославской сборной был безусловно Радивое Корач. Я не знал ни одного баскетболиста, который бы так страстно стремился к кольцу соперника. Корач играл очень своеобразно. С ростом 196 сантиметров, он выполнял роль центрового. Левша, он становился с правой стороны от щита, получал мяч и моментально, без подготовки отправлял его в кольцо. Он отлично владел крюками с обеих рук, проходами, средними бросками. Его технический багаж в атаке был очень разнообразен. Его «фирменное блюдо» — крюк с левой. Виртуозная, нешаблонная игра Корача позволяла ему легко уходить от защитников. Я видел этого выдающегося югославского баскетболиста на многих крупных турнирах — и везде он был неудержим в атаке, постоянно нацелен на кольцо. Большей частью Корач был самым результативным игроком на турнирах любого ранга. И на югославском чемпионате Европы он набрал 216 очков, а Родригес Емельяно из Испании, второй бомбардир чемпионата, «заработал» лишь… 130 очков. Корач справедливо вошел в элиту мирового баскетбола. Благодаря ему резко возрос авторитет югославского баскетбола да и, пожалуй, всего баскетбола в Европе.

Федерация баскетбола Югославии учредила специальный Кубок Радивое Корача, который сегодня разыгрывают многие сильнейшие команды Европы. Надо ска- зать, что с середины 60-х годов и до сих пор баскетбол в Югославии по праву считается спортом № 1. Великолепные баскетбольные команды имеются в Сплите, Любляне, Загоре и других городах. Отлично поставлена здесь и работа с детскими и юношескими командами. С юными баскетболистами занимаются лучшие тренеры. В распоряжении подрастающего поколения — современные спортивные базы и новейший инвентарь. Регулярно проводятся различные конкурсы, определяющие лучшего юного баскетболиста.

Много сделали для югославского баскетбола такие выдающиеся тренеры, как Александр Николич, Ранко Жеравица, Борис Станкович, Мирко Новосел. Стоит ли удивляться, что услугами лучших югославских тренеров пользовались такие популярные в Европе баскетбольные клубы, как итальянский «Иньис» и испанская «Барселона»!

В стране еженедельно издается специальный баскетбольный журнал. Довольно часто можно увидеть баскетбол и на телевизионном экране. Ну и результаты всего этого, как говорится, налицо. Вот уже ряд лет югославские баскетболисты — сильнейшие в Европе.

На чемпионате в Белграде в нашей команде появились опять новые имена. Я имею в виду Альберта Валь- тина из киевского «Строителя», двухметрового нападающего с отличным средним броском; Владимира Угрехе- лидзе, уникального игрока, прозванного птицей за поразительную прыгучесть. Были включены в сборную и два свердловчанина — защитник В. Новиков со сверхдальним броском и центровой Александр Кандель. О последнем, обладавшем богатырской силой и редкими по точности и красоте бросками крюком, ходили легенды.

Ну а решающий матч с командой Югославии наши ребята выиграли, причем главную роль в том матче сыграл Янис Круминьш. Его результативные броски принесли нашей команде трудную победу.

Немало громких побед принесла нашему баскетболу знаменитая армейская тройка: Аркадий Бочкарев — Виктор Зубков — Михаил Семенов. Наверное, о них можно было рассказать и раньше, но начало 60-х годов было для этой тройки творческим расцветом. И хотя А. Бочкарев и М. Семенов не поехали в Белград, игроки это были превосходные. В Сантьяго и Стамбуле, Париже и Мадриде, Праге и Софии любители баскетбола аплодировали мастерству этих знаменитых игроков. Все трое выступали в сборной СССР, где я был тренером, и в сборной Вооруженных Сил, которую я тоже возглавлял.

Конечно, тренер не может ко всем игрокам относиться одинаково. С одними мне было интереснее бывать вместе, мечтать, спорить, дискутировать, с другими общался лишь тогда, когда этого требовало дело. Но бесспорно одно: я старался всегда быть объективным и требовательным ко всем одинаково.

Бочкарев, Зубков и Семенов вызывали у меня разные чувства. Они были очень разные и по манере игры, и по характерам.

Аркадий Бочкарев в те годы был кумиром в баскетбольных кругах. Балагур, весельчак, обладавший тонким, а подчас и злым юмором, он был заводилой в сборной команде. Авторитет его был непререкаем. Он тонко чувствовал баскетбол и был отличным советчиком тренеров и в ЦСКА и в сборной. Аркадий хорошо понимал, что только большой труд приводит к большому мастерству, и трудился фанатично, не жалея себя. Он не терпел лентяев, и огонь его критики всегда был направлен на них. Высокий, широкоплечий (при росте 197 см он весил более 100 кг), Бочкарев отменно трудился у щитов. Раньше он играл в московском «Спартаке» под руководством Георгия Тихоновича Никитина, которому удалось из юношей сделать отличную команду энтузиастов–фанатиков.