Чтение онлайн

Когда в вашем теле что-то подавляется, вы не осознаете это. Психологический зажим погружается в подсознание, и вы не знаете о нем. Тело управляется подсознательным, а не сознательным умом. Весь механизм вашего тела работает в непроизвольном режиме.

Вы не чувствуете, накопили ли ваши пальцы гнев, поскольку вам было бы трудно жить, если бы у вас были такие ощущения. Ваши пальцы чувствовали бы такое бремя, что просто тянули бы вас к земле. Существует природный механизм, который позволяет вам не ощущать подавленный гнев в пальцах. Вам не следует ощущать гнев, вы должны забыть о нем. Такой механизм стал частью структуры тела, но ум не осознает его.

Ум осознает что-то в теле только тогда, когда что-то идет не так. Например, обычно вы не ощущаете процесс кровообращения, но стоит вам порезать вену, и из нее уже бежит кровь. Тогда вы осознаете движение крови. Люди всего лишь триста лет назад узнали о том, что кровь циркулирует. А прежде им было неизвестно о движении крови, потому что они ничего не чувствовали. Циркуляция крови не отзывается в органах чувств. Данный процесс имеет бессознательный характер, тело проделывает все это автоматически.

Механизм тела работает бессознательно. Вы не осознаете работу тела. Все, что переходит из ума в тело, движется от сознания в подсознание. Тело бессознательно. Гневаясь, вы осознаете свою эмоцию, но не понимаете, какие элементы выбрасываются в кровь. Да и как вы можете осознать это? Независимо оттого, выражаете вы свой гнев или нет, все равно вы не знаете о том, что происходит с химическими элементами, попадающими в поток крови, и какая энергия вызывает в вас вспышку агрессии. Если вы не выплеснули эту энергию, она застревает где-то в вас. Вы развиваете комплекс. Возникшая энергия становится частью структуры ваших мышц, она строит ваше тело.

Райху пришлось нанять двух телохранителей, которые присутствовали на его сеансах. Дело в том, что пациент приходил в ярость, когда этот психолог касался неких точек на его теле. Некоторые пациенты так разъярялись, что без всякой причины нападали на Райха. Он просто сдавливал челюсть пациента, и тот беспричинно гневался. В теле расположено множество разных точек, в которых скапливаются подавленные эмоции.

Когда-то в Англии жил человек, техники которого стоит изучить. Если хатха-йога все-таки станет современной наукой, тогда к ней следует добавить техники Райха и Александра, который работал с положениями тела. Он обнаружил, что человек принимает некое телесное положение потому, что в этот момент переживает определенную эмоцию. Если изменить позу, изменится и мышление. А если изменить мышление, изменится и поза. Ум тесно связан с положением тела.

В прошлом индийцы никогда не пользовались стульями, поскольку стулья меняют положение тела. В хатха-йоге не найти телесную позу для того, чтобы помочь вам, если вы имеете обыкновение сидеть на стульях.

Для человека, сидящего на стуле, нет техники, так как в старину стульями не пользовались. Но если вы сидите на стуле, то создаете некую позу, которая становится присущей вам. Это нужно изменить, вам следует стать более естественными, но в хатха-йоге совсем не предусмотрены техники, изменяющие вас.

Тела западных людей следует изучать иначе. Нужно исследовать то, как вы поступаете со своим телом. Люди, которые живут в обществе, не запрещающем выплескивать эмоции, будут принимать позы, отличные от тех, что принимают граждане тоталитарного общества. В стране, где можно запросто заплакать или рассмеяться, без всяких запретов, у людей другая структура тел.

Смех это не просто эмоция. Когда вы смеетесь, изменяется все ваше тело. Если общество, в котором вас воспитали, запрещает смеяться, тогда ваш живот будет отличаться от живота человека, выросшего в обществе, поощряющем веселье и смех. Люди, воспитанные в некоторых обществах, не могут смеяться от души, потому что им запрещали смеяться. Этот запрет влияет на их речь. В таких людях поведение утрачивает естественность и становится манерным. Тогда вы не в силах глубоко дышать, ведь неумение смеяться лишает вас способности глубоко дышать. И точно так же, если у вас не получается легко заплакать, тогда вам, опять же, трудно глубоко дышать. В теле все процессы взаимосвязаны.

Александр предлагал своим пациентам выполнять упражнение, которое он называл «ах». Каждому пациенту Александр советовал сначала выполнять именно это упражнение. Первым делом следовало расслабиться, а потом говорить: «Ах, ах, ах!» очень много раз. Если вы сможете часто произносить слово «ах», у вас изменится ритм дыхания.

В хатха-йоге большое значение придается вдоху, но Александр особо акцентировал выдох. И он прав, поскольку подавленный ум может легко вдыхать, но ему трудно отпускать из себя воздух, освобождаться от воздуха.

Подавленному уму легко принимать, но трудно отдавать. Поэтому подавленный ум будет в каком-то смысле переживать состояние запора. Он будет все поглощать, но ничего не отдавать. Тело начнет жадничать и стяжать. Оно не сможет выбросить даже экскременты. Человеку с таким типом мышления нелегко сделать свободный выдох.

Александр работал сорок лет и развил определенную технику, не связанную с йогой. Он ничего не знал о йоге, и это хорошо, ведь ему пришлось отыскать многое на собственном опыте, работая с телами западных людей.

С телами западных людей нужно работать долго. Александр и Райх оказали людям большую пользу.

Сейчас в США работает множество сенситивных групп, в которых специалисты помогают людям развить телесную чувствительность. Это нужно делать, поскольку тела западных людей утратили чувствительность. Вы прикасаетесь к человеку, но в этом прикосновении нет чувств. Вы можете даже целовать не целуя, не передавая губам человеческое тепло. Люди полностью утратили чувствительность, но тело мертво, если оно не обладает ясной чувствительностью.

Первым делом нужно оживить тело. Следует применить великое множество методов, но хатха-йога здесь бессмысленна, поскольку ее разработали для естественных, первобытных тел. Тела древних людей полны жизненной силы, а тела цивилизованных людей хилы и безжизненны.

Если вы в теле, значит вы живы. Я могу воспользоваться своей рукой как инструментом, но тогда она будет мертвой. Если я не пульсирую в своей ноге, значит моя нога мертва. Нужно развить больше чувствительности, поэтому необходимо разработать разнообразные позы. И прежде всего, необходим катарсис.

Однажды ко мне пришел американец. Он хотел учиться медитации. Этот человек побывал во многих индийских ашрамах, а потом приехал сюда.

«Тебе еще рано заниматься медитацией, - сказал ему я.
– Между тобой и медитацией зияет пропасть. Ты можешь сколь угодно долго изучать разные техники, но они не помогут тебе, поскольку ты еще не достиг той точки, от которой может начаться духовное странствие».

И я дал ему одно упражнение. Он сел рядом со мной, и я протянул ему подушку. Я велел ему колотить подушку и делать с ней все, что ему заблагорассудится.