Ведь они не ты
Шрифт:
— Здравствуйте, Вячеслав Ярославович! Благодарю за ваше приглашение. Давно хотела посмотреть ваши творения. Вы работаете в невероятном направлении, — улыбаясь, поприветствовала Полина мастера.
— Проходите-проходите! Я вам сейчас все-все покажу…
Помещение было обставлено работами художника: разноцветные витражные окна, со стен грозно смотрели герои древних легенд и сказаний, улыбались прелестницы. В углах Полина увидела ветвистые корни деревьев.
Господин Богданов с воодушевлением и горящим взором принялся показывать гостье свои работы. Полина Дмитриевна поняла, что творец мастерит в разных жанрах. Чего тут только не было?! Живопись, резьба по дереву, чеканка, мозаика и графика. Так маленькие ликоны, такие дощечки из дерева с портретами людей соседствовали с большим панно из стекла, где изображены Сварог и Лада, Ярило. На других работах мелькали животные: медведи, волки, совы и многие другие. Немало среди его картин было и тех, которые изображают простых русских людей. Или не простых?
— Эту работу я делал в течение года, — любуясь ликами славянских героев на одной из картин, поведал художник. — Я стараюсь прославлять древние традиции через свои полотна…
Вячеслав Ярославович доверительно признался, что его еще в школе окутала старинная русская культура со сказочными историями и удивительным искусством древних русичей. А углубляясь все глубже в языческий мир, он решил посвятить жизнь славянскому творчеству…
Его работы захватывали с первых мгновений и не отпускали. Достаточно было всего несколько секунд вглядеться в глубину картин, чтобы почувствовать зов предков, голос родной земли, на которой родились, жили, погибали наши предки — самые могущественные, добрые, мудрые и отважные.
Полина не находила слов от восхищения. Она была потрясена талантом мастера. Картины господина Богданова поражали насыщенностью красок, эмоций, чувств. На полотнах было много разнообразных символов, отсылок к историческим и мифологическим сюжетам славян. Картины пронизаны мужским и женским началом. Две половины одного целого. Холод и страсть. Лед и пламя.
— Свое вдохновение я черпаю у природы. В мои картины нужно внимательно всматриваться и вслушиваться, как в музыку, — громогласным серьезным тоном говорит Богданов. — Только тогда человек начинает понимать, что он тоже часть всего, что показано на полотне. И люди, узрев, получают настоящую радость и спокойствие на душе, находит ответы на вопросы…
Полину особенно привлекла одна картина. Просто заворожила. Молодая пара. Влюбленные. На первый взгляд. Картина вызывала какую-то неясную тревогу, прослеживался трагизм ситуации. Мужчина целует девушку, но она отвернула от него лицо. Автор всеми средствами и красками сумел рассказать о героях, их переживаниях, страданиях, тревоге, чувствах и внутреннем мире. И цвета и эмоции, запечатленные кистью художника — все кричит о страсти мужчины. Он словно коршун вцепился в девушку. А она соскальзывает прочь от мужчины, отталкивает его, противится. Столкновение судеб, характеров. Даже чувствуется страдание, боль, невозможность быть вместе. Во взгляде мужчины, устремленного на девушку, горит тьма, обида. Он ее упрекает, оговаривает, осуждает… Он, будто… наказывает ее. Наказывает?!
— Каждый человек видит то, что у него на душе, видит свое, самое важное для него. Видит суть. Картина может быть одна и та же, но видим мы ее по-своему. Вы замечали, что на одну и ту же ситуацию, один и тот же факт люди реагируют по-разному? — вопрос Богданова Полина услышала сквозь шум в ушах.
— Что? М, да… возможно, — она вновь-вновь возвращалась взглядом к удивительной картине.
Полина вдруг четко осознала истину. Ее разум открылся пониманию, подарив озарение, прогнавшее черную дыру внутри. Она поняла, что он наказывал! Алекс ее наказывал!
«Он меня узнал!!! Он узнал меня сразу, и его ужасно задела и обидела моя холодная отстраненность и подчеркнутое неузнавание!!! Еще как обидела! И еще! Он ревновал меня? Ревновал к Князеву? К моему прошлому? И именно потому… Да как же я сразу-то не поняла?!!».
Только, что делать с этим пониманием?! Почему не сказал, что узнал ее? А она? Полина же тоже не призналась, что вспомнила его. Хотя… а что бы это изменило? Ну, были они знакомы в далеком прошлом, встретились. И что? Дальше-то что? Столько лет прошло… Остались ли чувства? У Алекса… А что она сама-то чувствует к нему?
Память вырвалась из оков и в голове замелькали его руки, улыбка, голос, запах… Он стал ещё красивее. Возмужал. Черты лица стали суровее. Алекс теперь мужчина. Он уже не тот юноша, что двадцать лет назад пылал любовью к ней. Он жесткий. Циничный. Чужой. Будоражащий. От него исходит необычайно тяжелая энергетика… Опасный. А глаза приобрели какую-то неведомую тень… проникающую глубоко в сердце, душу… Сомнет. Не пощадит. И недавний поступок Алекса, только подтвердил это.
Не для нее он… Не для него она…
Хорошо, что их пути разошлись раз и навсегда. У каждого своя дорога. Так лучше. Наверное…
Побродив еще в студии художника с полчаса, Полина поблагодарила Богданова за познавательную экскурсию и, высказав еще раз свое восхищение его талантом и творчеством, перевела взнос за посещение студии, как выразился Вячеслав Ярославович — на кисти и краски. И покинула мастерскую.
Все так же пребывая в паутине своих безрадостных мыслей, она направила автомобиль в сторону дома.
Вдруг в глубине сумки зазвонил телефон. Звонила Ирина Яропольская.
— Да, дорогая, — Полина прижала телефон к уху.
— Шумова, ты где? Очень мне нужна. Ты уже вернулась? — понеслось в трубку.
— В Москве. Я скоро буду дома. А что у тебя случилось?
— Свадьба у меня случилась! Столько дел! Примерки, ресторан, пригласительные… Суета, суета. Устала я! — воскликнула Иришка.
— Ну, ты даешь! Скажи, еще передумала замуж выходить, — засмеялась Полина.
— Да, нет! Что ты такое говоришь?! Я Миху люблю и замуж только за него! Не передумаю! Давай завтра вечером, скажем… в семь встретимся. Я тебе пожалуюсь на трудности организации собственной свадьбы. Ты мне расскажешь, как съездила. Развеемся, посидим, музыку послушаем. Столик я закажу, адрес тебе скину.
— Может лучше у меня? — предложила Полина. — Я с дороги… устала.
— Не начинай! Отказ не принимается! Ничего, отдохнешь до завтрашнего вечера. Все отключаюсь, подруга! До встречи! — коротко пресекла Ирина все возражения.
М, да… Ирина в своем репертуаре. Ураган и цунами! Всех закрутит и зацепит. Еще и Полину припашет к организации свадьбы. С нее станется! Надо срочно прерывать отпуск и погружаться в работу по самые уши. Чтобы причина веская была: мол, занята, проекты горят, отчеты…
Всю ночь и следующий день для Александра Михайловича стал настоящим всплеском эмоций. Спал ли он ночью? Вряд ли. Чувство вины и потери раздирало его на части. Сообщение охраны с утра о том, что Поля уехала из деревни, окончательно вышибло дух.
Взяв ключи у водителя от автомобиля, он бросил растерявшемуся Алексею:
— Возвращаемся в Москву! Я сам поведу.
Плюхнувшись на водительское кресло, Александр втопил педаль газа в пол и машина, засвистев покрышками, с ревом резко рванула с места. Былая уверенность буквально ускользала из его рук, и он устроил себе сеанс психотерапии. До темноты Соболев выжимал из своего автомобиля бешеную скорость. Обгоняя ветер, заодно и рассеивал то гнетущее отчаяние, что поселилось в голове…