Ведется строительство
Шрифт:
Воспоминания просочились в мой одурманенный мозг, и меня накрыла паника. Несмотря на боль, я изо всех сил пытался поднять голову, произнося единственное слово, которое имело значение.
– Эми?..
Он встал, нависая надо мной и толкая меня обратно на подушку.
– Она в порядке.
– Где? – застонал я. Мне нужно было знать, насколько она близко. Я хотел увидеть ее, убедиться, что она в порядке.
– Эми спит.
– Пожалуйста, - умолял я, борясь с темнотой.
– Мне нужно... я люблю…
И я опять отключился.
Проснувшись в следующий раз, я был уже не один в кровати. Рядом со мной, свернувшись калачиком, спала моя девочка, ее голова лежала на моей груди и она сжимала в кулак мою больничную сорочку. На одной руке у Эми была фиксирующая повязка, и я видел синяки на ее бледной коже. Я обнял ее, прижимая к себе.
Боль в голове уменьшилась, но не пропала. Поморщившись, я уткнулся носом в ее макушку.
– Эми, - прошептал я, - малышка?
– Она снова отказалась уходить.
Я взглянул на Дэвида, который, прищурившись, смотрел на нас.
– Она упрямая.
Маленькая ухмылка появилась на его губах.
– Как ее мать.
– Как и ее отец.
Я прочистил горло, с благодарностью принимая воду, предложенную Дэвидом, и, сделав несколько глотков, передал стакан обратно.
Он откинулся на спинку стула.
– Можно подумать, что, оставаясь здесь, она защитит тебя.
– Мне нужна защита, Дэвид?
– Ты хочешь мне что-то сказать, Логан?
– Я люблю твою дочь.
– И?..
– Она любит меня.
– Как долго?
Я колебался, не зная, что ему сказать.
– Как долго, Логан?
– Я был влюблен в нее с первого дня, как она приехала.
– Ты лгал мне все это время?
– Я пытался бороться с этим, Дэвид. Мы пытались. Я держался от нее подальше, пока был в состоянии, даже пытался заставить ее ненавидеть меня. Но мы любим друг друга.
– И, тем не менее, ты скрывал это.
– Мы беспокоились о твоей реакции. Ты сам сказал мне, что никто не был достаточно хорош для нее, что она недосягаема для всех, помнишь? Я пытался уважать это, пытался бороться с этим.
– Я нетерпеливо стряхнул волосы со лба, игнорируя боль, вызванную этим простым действием.
– Я не знал, что еще делать, Дэвид. Эми - все для меня, понимаешь? Она дополняет меня - как будто я всю жизнь ждал только ее.
– Мы решили рассказать тебе, – я указал на себя. – А потом произошла трагедия.
Он ничего не ответил, и я воспользовался этим, чтобы посмотреть на Эми. Ее длинные ресницы покоились на щеках, и она слегка нахмурила пухлые губы. Я провел по ним пальцем и улыбнулся, когда она надула губы и поцеловала кончик пальца. Я тяжело вздохнул, пытаясь найти больше сил, чтобы продолжить разговор. Я был истощен.
– Знаю, ты считаешь, что я не лучшая партия для нее.
– Я вновь посмотрел на Дэвида, который теперь наблюдал за нами.
– Я не богат и не могу предоставить ей все, чего она заслуживает. И я старше ее.
– Мне все равно, богат ли ты – важнее, как ты относишься к ней. Но ты старше, гораздо старше, - проворчал Дэвид.
– Ты сам сказал на днях, что возраст не имеет значения для взаимоотношений. Или это применимо только когда выбираешь ты?
– бросил я ему вызов.
Мгновение он пристально разглядывал меня.
– Ты сам сказал, что она старая душа. Эми идеально мне подходит. Нам так хорошо вместе, и я сделаю все, что угодно, лишь бы она была счастлива... в безопасности.
– Я сделал глубокий вздох и заявил.
– Включая уход из компании, если ты этого хочешь.
– Ты бы ушел?
– Да.
– Ты спас ей жизнь. Рисковал собственной жизнью, чтобы спасти ее.
– И я бы сделал это снова – сто раз.
На его лице появился проблеск улыбки.
– Я не смогу пройти через это сто раз.
– Тогда нам, возможно, нужно запретить ей появляться на площадке.
– Я позволю тебе самому сказать ей об этой, - усмехнулся он.
– У меня все еще есть работа?
Он откинулся на спинку стула, потирая лицо.
– Логан, когда я говорю тебе дать всем выходной за хорошую работу, я включаю тебя в это заявление?
– Как правило, нет.
– Когда я говорю тебе надрать всем задницу, потому что мы отстаем от графика, ты часть этой задницы?
– Нет.
– Когда я сказал «недоступна для всех», то так же необязательно имел в виду тебя.
– Ты серьезно?
Он покачал головой.
– Мне нужно кое в чем признаться. Не могу передать, как часто я думал, что вы двое будете отличной командой. Сколько раз я хотел, чтобы она нашла кого-то такого же, как ты, сильного и заботливого.
– Ты никогда не заикался об этом, - отметил я.
– Знаю. Я думал, что разница в возрасте слишком велика, и то, что вы работаете в одной компании, не очень хорошая идея. Мне была ненавистна мысль, что в случае вашего разрыва мне придется выбирать между вами.
– Нет, - тихо сказал я.
– Если бы это случилось, я бы ушел. Я бы не заставил тебя выбирать. Но этого не произойдет, Дэвид. Она моя жизнь. Я так долго ждал ее, что чуть не ушел.
– Полагаю, было тяжело прятаться, да?
– Ты понятия не имеешь. Мог бы хоть что-нибудь сказать. Дать мне подсказку.
Он ухмыльнулся, пожав плечами.
– Не хотел облегчать тебе жизнь. Вызов полезен для мужчины.
– Засранец.
– Сначала я думал, что вы честно не нравитесь друг другу, поэтому не стал форсировать события. Но вы так хорошо работали вместе, и это дало мне надежду. Хотя в последнее время…
– Мы больше не могли тебя одурачить?
Он усмехнулся.
– Нет, вы двое были слишком созвучны друг другу. Если Эми была расстроена, я знал, что и ты тоже будешь. Когда она светилась, ты также был на седьмом небе от счастья. – Дэвид поднял руку.
– И я не хочу знать, почему.
Я ухмыльнулся. У меня тоже не было желания рассказывать ему.
– В конце концов, я заметил, как вы вели себя друг с другом, и надеялся, что между вами что-то есть. А после инцидента с Хантером убедился в этом окончательно. Я никогда не видел тебя в такой ярости. Тогда я понял, что она в хороших руках, и ты позаботишься о ней.
– Так ты не против?
Он провел пальцами по бородке, глядя на меня. Я крепче прижал Эми к себе, когда Дэвид наклонился вперед.
– Больше никакой лжи. Ты показываешь миру, как гордишься, что встречаешься с моей дочерью. Защищаешь и любишь ее так, как она заслуживает.