Чтение онлайн

— Возьми, возьми меня, — требовала я хриплым шепотом, подаваясь на встречу. Я скрестила ноги на его талии, упираясь в мускулистые ягодицы, и даааааа. Он вошёл в меня, быстро, резко, на всю глубину, врывался, опустошая и сводя с ума.

Движения стали более динамичными, стремительными, глубокими. Я ощущала себя наполненной, целой, законченной. Сила клубилась вокруг нас, кружась жемчужными листьями, потоки сливались и разделялись, как вода и масло, обреченные быть вместе в одном сосуде на век.

Не выходя из меня и не прерывая движения, светлый повернул меня на живот, дернув за руку, и погрузился еще глубже, распластав меня по матрасу. Он подтянул меня за бедра и навалившись всем телом, сжимал мои груди, перекатывая пальцами соски, покусывал кожу на спине, смягчая легкую боль удовольствием от влажного языка, зализывающего болевые точки.

Он переплел одну руку с моей подтягивая меня еще ближе и вновь погрузился до упора, вонзаясь с прежней скоростью, и когда до оргазма осталась всего пара мгновений, его пальцы нашли припухший узелок и надавили, кружа и отступая, кружа и …

Лампа, горевшая на потолке — лопнула, осыпая нас стеклянной пылью, свет совсем погас, погружая нас во тьму. Так, все чувства стали еще острее, и, хотя между ног продолжалась биться лава, я понимала, светлый не достиг кульминации. Интуитивно, я протянула руку к месту сцепления наших тел и вызывая стон, обхватила толстый ствол у основания.

Я спустилась пальцами к нежной мошонке и вновь вернулась, нажимая, усиливая.

— Я хочу, чтобы ты кончила вновь, — заявил мне светлый.

— Только с тобой, — ответила я и насадила его на себя.

О, нет, Кирилл не был тихим, когда изливался внутрь. Хриплые, несдержанные стоны подстегнули и мой оргазм, на который мне казалось, я была уже не способна. Практически болезненные спазмы прокатились по телу, лишая мышцы тонуса и подвижности, парализуя меня на несколько мгновений, и пока выравнивалось наше дыхание, я не думала ни о чем.

А затем пришли мысли.

Я подумаю об этом завтра, решила я.

Это все потому, что я ведьма, вторило подсознание, голосом лиса.

Глава 22.

Я испытал уже столько неудач, что теперь мне не страшно испытать даже успех.

Я проснулась от того, что мне страшно хотелось пить, во рту было сухо, как в пустыне Гоби, язык распух и наждачкой царапал нёбо, горло саднило, как при сильной ангине.

Я протянула руку к графину, наполненному тем, чего мне так жаждалось сейчас — водой, но с досадой поняла, что не дотягиваюсь. Именно в эту секунду толстостенный сосуд покачнулся и словно выпущенный из пращи камень стремительно врезался в мою ладонь, больно ударяя прохладным боком. Я уже ничему не удивлялась, только встряхнула рукой, прогоняя остатки ломоты и присосалась к горлышку.

Я жадно глотала воду, она стекала по подбородку и шее. Влажные струи намочили сорочку, холодя пламенеющую в лихорадке кожу, но я никак не могла утолить жажду, вода закончилась слишком быстро.

Я вытянулась во весь рост, сладко зевая и прислушиваясь к ощущениям внутри, тело звенело натянутой стрелой, энергия текла по венам, пенилась пузырьками силы, бурлила.

Спящий рядом Кирилл завозился, и я замерла, задержав дыхание. Мне хотелось обдумать и проанализировать все то, что произошло со мной вчера, потому что многое из случившегося меня откровенно смущало, еще большее — пугало.

Вопреки разбушевавшейся стихии, я хорошо помню, как в судно один за другим ударила серия снарядов, выпущенных упырями, и скорее всего Звезда бы выстояла, если бы по фатальному стечению обстоятельств именно в этот момент не долбануло сразу несколько разрядов беснующихся молний. Вспоминаю, как кричала, срывая горло от ужаса, осознавая падение с высоты и то, что за ним неминуемо последует.

Смерть.

Момент, когда внутри всё оборвалось, когда напряжение достигло точки невозврата и лопнуло, осыпаясь острыми осколками, как мыльный пузырь на морозе, и когда образовалась зияющая чёрная дыра, которая вытягивала из меня жизненную силу, осушая и ослепляя бессилием, навсегда останется как один из самых страшных в моей пока недолгой жизни. Ничего и никогда я не хотела с такой силой и страстью, как выжить, но как же мне это удалось понять не могла.

Я помнила, как прервалось стремительное падение, жизнь замерла, поставленная на паузу, как миллионы крошечных бриллиантовых капель, застыли, переливаясь острыми гранями в мелькающем отблеске бьющих в корпус Морской звезды молний, как перестали хлестать порванные полотнища парусов, оцепенев от резко понизившейся температуры. Память ворочалась нехотя, с трудом, как медведь во время спячки в теплой берлоге, и всё же я понимала, я жива только благодаря Кириллу.

Именно он, заполнил бесконечно глубокий разлом размером с Марианскую впадину* в моей груди, именно он замкнул разомкнутый контур моих сил, не дав мне отдать всё без остатка и истлеть словно кленовый лист поздней осенью, и я прекрасно понимаю, что экранировать комнату, чертить ритуальный круг и проводить ритуал у него просто не было времени и единственным способом, к тому же крайне приятным, было соитие.

Жаркое. Горячее. Неистовое.

Не с проста папская инквизиция сжигала ведьм на очищающих кострах, были и те колдуньи, которые восстанавливая свой контур в погоне за могуществом — убивали. Совладать с магией, когда о ней ничего не знаешь, когда нет рядом того, кто подскажет или поможет, особенно во время становления дара, было не то, чтобы не просто — невозможно.

Вот и меня бы просто не стало, развеяло на молекулы чужого мира, что не мудрено, я выложилась полностью, отдав всю себя на то, чтобы не дать Звезде упасть (как поэтично звучит), а заодно заморозила стихию со всеми вытекающими.

Я на столько погрузилась в свои мысли, занялась самокопанием и анализом произошедшего, что не услышала приближающихся шагов и тихого стука в дверь, а когда светлый ответил, что мы скоро будем, подпрыгнула на кровати. Неспеша, опасаясь спугнуть, словно дикого зверька, Кирилл поймал мой взгляд и не отрывая своих, сейчас кобальтовых, глаз, осторожно протянул ко мне руку и погладил по щеке.

— Как же я рад, что с ты в порядке, Даша.

— Не поверишь, — хекнула с сарказмом, — а уж я-то как рада. Давно проснулся?

— Да, но ты была такая задумчивая, мыслями далеко-далеко, и я не решился отвлечь, тебе надо было все обдумать. Но теперь нам пора в кают-компанию, думаю Моро не погладит нас по голове, хотя именно тебе мы обязаны тем, что не кормим сейчас рыб на дне чужого моря.

В обществе мага я не испытывала никакой неловкости ровно до того момента, пока этот негодяй не встал, сверкая совершенной задницей и не торопясь прошелся до комода. Выуживая белье и медленно надевая его, он явно знал, что я за ним наблюдаю и поэтому красовался изо всех сил. А посмотреть было на что.