Чтение онлайн

— Господин Демерель. куда же вы пропали? — с ласковой такой укоризной поинтересовался другой голос. Женский.

Госпо-ка старший секретарь окружной Управы Мишель Лаберри.

— Господа, а вы. в своей провинции, весьма бесцеремонные люди. — непринужденно отозвался Жером. — Я прогуливаюсь с дамой. Полагаю, вы будете настолько любезны, что предоставите нам возможность завершить прогулку.

— Жером, мы тут люди простые. — прогудел третий голос эдакого «доброго дядюшки».
– испугались, куда пропал столичный гость, спаситель-избавитель, искать кинулись… Кто ж знал, что ты с девушкой?

С этим я знакома не была, но отчего-то… еще теснее прижалась к магу. Несмотря на кажущееся добродушие, с его обладателем я бы не хотела встретиться в темном переулке. Да нигде бы не хотела, если уж честно.

— Причин для страха больше нет. Антуан? — с нажимом поинтересовался Жером. — И прекрасно. Господа, перед отъездом я обязательно загляну в Управу и задам вам несколько вопросов. А сейчас…

Он сделал выразительную паузу, и Вильерс — он всегда был сообразительным, иначе на таком посту не удержаться — быстро развернул всю свою кодлу обратно.

— Какой момент испортили. — вздохнул Жером, когда мы снова остались одни. — На редкость прилипчивые господа. Все утро водили меня по этой вашей Ровайе как собачку на привязи. После обеда сбежал, так и здесь нашли!

— Видимо, тоже хотят отблагодарить. — съязвила я. отступая в сторону.

— Кендис. извиняться не буду, — сообщил маг. не препятствуя моему отходу. — Ты мне очень понравилась. Пойми, увлекся.

А как же. понимаю, сама увлеклась. А еще…

— И если бы не ты, ваши чиновники меня б в покое не оставили. И о долге больше не вспоминай.

Надо же, как сильно он не любит общаться с… Даже долг простил.

— Ты сделал для меня намного больше. — вздохнула я. — Но можно было бы не разыгрывать представление, а честно попросить о помощи.

— В следующий раз — никаких представлений. — твердо заявил он.

Следующий раз… Даже смешно.

На работу я не опоздала. Впрочем, опаздывать было и не с чего: с Жеромом мы распростились почти сразу же, я только показала ему. как быстрее всего пройти к Управе. Возвращаться к форту уже не хотелось, да и Эфир восполнил мой резерв самостоятельно. Пусть и медленнее, чем нужно, но на работе мне важнее всего Вода.

На улицах царила эйфория. Люди по-настоящему праздновали прекращение пожаров и всячески нахваливали Повелителей Воды в противовес Повелителям Огня. Я тоже не удержалась и в одном из уличных кафе, где вдруг освободился столик, заказала себе. — .большую порцию мороженого и коктейль с каплей абрикосового ликера. И лишь после этого с чувством исполненного долга отправилась в амбулаторию. Смену принимала у шефа — заслуженного лекаря Тима Тимберлейка. Лекарь Тимберлейк — живая легенда Ровайона. он работает в лекарне с момента ее основания! Ти-Ти, как называют его все без исключения, вкратце рассказал о «старых» пациентах — к счастью, за прошедшие сутки все стабильны, назначения без изменений — и о вновь поступивших.

— Мадам Леопольдина, сосудистый криз, давление я ей снизил, но нужно понаблюдать.

Я забрала у шефа карту назначений мадам, которая регулярно попадала к нам в отделение, ибо не пристало ведущей приме окружного театра принимать успокаивающие настои — «актриса должна жить на нерве!» — и сделала пометку в блокноте: «м. Л.
– наблюдать». Ти-Ти подождал, пока я закончу, и заговорил о следующем пациенте:

— Месье Домажон, предынфарктное состояние, будь с ним повнимательней.

Когда шеф говорит «повнимательней, Кендис», это означает, что пациент не из легких, но… все обойдется. А вот когда он, вздыхая, говорит «тяжелый»…

— Наш главный пожарный маг Паскаль Люмерье. Тяжелый. Обширный инфаркт задней стенки. Если бы не знал, что твое дежурство, сам бы остался.

Обширный инфаркт. Это плохо. Особенно для мага, который только что, в прямом смысле, едва не сгорел на работе. Наверняка резерв у него пуст, а пополнить нечем… Иначе не довел бы себя до такого состояния.

Ти-Ти еще раз вздохнул, с легкостью прочитав мои мысли, и предложил:

— А пойдем-ка посмотрим его вместе.

Паскаль Люмерье лежал под капельницей в ближайшей к ординаторской палате. Глаза его были прикрыты, у носа и рта залегли глубокие морщины, цвет лица серовато-синюшный (землистый, как сказал бы Лелюгрин), лоб обожжен, на руках повязки.

— Он обгорел? — спросила я полушепотом.

— Как и все пожарные, — кивнул шеф. — К нам перевели из ожогового. Кендис, я рассчитываю на тебя.

Дело плохо. Когда Ти-Ти говорит «я на тебя рассчитываю», значит, у пациента практически нет шансов. Предстоит нелегкая ночь.

Я подвесила на пожарного мага следилку — заклинание, что оповестит о любых изменениях в его состоянии, и повернулась к шефу.

Глупо говорить, что сделаю все возможное. Здесь надо было делать и все невозможное тоже. Ти-Ти, поняв, что я прониклась, удовлетворенно повернулся к капельнице, проверил скорость инфузии и положил руку на грудь пожарного.

Он гениальный диагност, хотя обладает лишь зачатками дара Земли. А мсжет быть, как раз поэтому…

— Кендис, подключайся, — велел шеф.

Приложив свою руку к щеке пациента, я отпустила дар и прикрыла глаза. Процедура отработана, Ти-Ти передает информацию, а моя задача — принять ее без искажений. Вот оно, сердце Паскаля Люмерье. Вот зона поражения. Я посмотрела внимательней. Нет, никаких тромбов, значит, произошел мощный сосудистый спазм нескольких ответвлений коронарных артерий… И если бы маг имел достаточный резерв, он прекрасно бы справился с ситуацией сам.

А теперь… Раз уж я тут, попробую усилить кровоток и снизить активность сердечной мышцы. Вот так. И чуть-чуть добавлю кислорода, раз уж Эфиру меня частично восстановился. Шеф мои действия одобрил, и, убрав руку, еще какое-то время постоял рядом. Кожа пожарного… нет, не порозовела, но перестала быть настолько землистой.

Пока он под капельницей, можно пойти и проводить Ти-Ти. Потом… Похоже, все дежурство мне придется просидеть рядом с Люмерье.

Шеф еще раз повторил, что надеется на меня, и что если что — он немедленно приедет. Я, в свою очередь, перждала привет его жене, милейшей мадам КлодИ, и от души пожелала спокойной ночи.

Потом заглянула в палаты к другим поступившим, с мадам Леопольдиной поздоровалась почти как с родной,

быстро прошла по отделению — следилка пока молчала. Тетушка Аньель пыталась помогать — жестко пресекла. Мы все устали за это безумное лето, не хватало еще осложнений в мое дежурство!

Отдала лист назначений младшей лекарке Хелые и предупредила, что ночь проведу в палате Люмерье. Хельга сосредоточенно кивнула и понеслась выполнять — только подол короткого зеленого халатика мелькнул. И надо же было мне остаться в коридоре и посмотреть ей вслед… Прямо передо мной соткалась призрачная фигура Зеленой Дамы.