Чтение онлайн

В самый разгар сонливости слышу, как Деймос кладет книгу на пол. Жду некоторое время, прежде чем открыть глаза и перевернуться на бок. Деймос заснул, повернувшись ко мне спиной. Не решаюсь пошевелиться, но идея подталкивает к этому. Из всех моментов, благоприятствующих незаметному получению ихора, ночь остается самой подходящей. Но прежде чем доставать ножи или шприцы – вздрагиваю от одной только мысли! – следует проверить крепкость сна божественного мужа.

Очень медленно протягиваю руку, ногтем указательного пальца быстро царапаю его кожу и задерживаю дыхание.

– Не смей переходить границу, которую сама установила, – ворчит Деймос, не двигаясь с места.

Снова поднимаю руку, напрягаясь.

– У меня чуткий сон, – добавляет он в качестве предупреждения.

– Очень жаль. Спокойной ночи.

– Ммх.

Что ж. Задача будет непростой. Но, дорогой супруг, знай: я сведу тебя с ума. Обещаю. Ты не сможешь меня выносить. Не сомневайся, я получу ихор и отдельную квартиру!

Проходит десять дней, и повседневная жизнь становится похожей на игру в «Риск» [8] . Решив занять как можно больше места, чтобы Деймос уступил вторую квартиру, оккупирую общую растениями. Расставляю их в мансарде, которая начинает напоминать обитель ведьмы, а также в спальне, ванной, столовой, и начинаю завоевывать спортзал, который он регулярно посещает. Пока не решаюсь взяться за кухню, которая остается частым местом сбора Эриний и Спартов. Слуги Деймоса не дают покоя. Их прямолинейное и откровенное отношение пугает. Не говоря уже о том, что Эринии часто кричат, смеются так, что дрожат стены, а иногда пролетают этажи и комнаты на большой скорости, заставая врасплох в моменты, когда ищу тишины. Но и немые Спарты не отстают, взяв за привычку появляться из-под земли без предупреждения.

Деймос доволен этим хаосом, в то время как мне все труднее сосредоточиться на учебе. Мне нужно учиться, я пользуюсь онлайн-библиотеками и той, что под рукой, но скучаю по однокурсникам. Скучаю по работе в группах. Чувствую себя изолированной от человеческой части себя, которую так долго взращивала. Ведьмой – без дара – на задании.

Вздыхая в очередной раз над эссе, которое нужно написать, по иронии судьбы, о переосмыслении греко-римских мифов в эпоху Возрождения, решаю сделать перерыв и выпить кофе. Выхожу из своего кабинета, который все еще кажется слишком большим, чтобы чувствовать себя комфортно. Я добавила клубный диван, множество подушек и пледов, ковры и монстеры, но комната все равно остается огромной, и кажется, что все в ней теряется.

Не успеваю дойти до кухни, как слышу крики Эриний. Как только Деймос призывает их и Спартов, они беспрекословно ускользают, безоговорочно повинуясь.

– Супруга бога ужаса, – приветствуют они меня, как только вхожу в кухню.

Спарты почтительно склоняют головы.

– Пожалуйста, обращайтесь ко мне по имени, – отвечаю я, беру чашку и подхожу к кофеварке.

Знаю, что они никогда не осмелятся. В их головах укоренилось конформистское уважение, но, может быть, однажды мы прорвемся сквозь ледяную стену, разделяющую нас.

Вжух! – раздался знакомый звук прибывающей капсулы в пневматической трубе.

Одна из Эриний хватает ее и разворачивает. Секунду спустя она смеется.

– Танатос – идиот!

Она передает свиток спутникам, и, прочитав послание, все начинают смеяться.

– Танатос живет в подземном мире? – пытаюсь наладить диалог со слугами мужа.

– Да, трубы Гермеса проведены туда.

Вжух!

Новое послание разворачивается, и раздаются новые смешки.

– Теперь и Харон в этом участвует!

Спарты склоняются над плечами товарищей, пытаясь разглядеть, о чем идет речь, затем их тени дрожат. Так вот как выглядит смеющийся Спарт.

– Я скучаю по подземному миру, – говорит один из Эриний.

– Вы оттуда?

– Изначально мы принадлежали Аиду. Он отправил нас на службу Деймосу.

Слово «принадлежали» приводит в замешательство, но, похоже, оно совсем не беспокоит существ. В конце концов, у них в жизни только одна цель: наказывать.

– И вы не можете вернуться?

– Только если нам прикажут.

Жаль, это был бы прекрасный отпуск.

– Вы сегодня не работаете?

Надеюсь, они ответят, что с минуты на минуту ожидают призыва, и уберутся из особняка, подарив наконец покой, в котором я так нуждаюсь.

– Нет. Господин очень занят в штаб-квартире.

– Правда? Чем?

Они обмениваются удивленными и сердитыми взглядами. Тревожный знак.

– У него аудиенция с худшими из олимпийских существ!

Эринии хихикают. Плечи Спартов подрагивают.

– Мы не должны его беспокоить, – добавляет одна из Эриний.

– Мы бы и не посмели!

Интересно. Поскольку все равно не могу учиться, могу нанести мужу импровизированный визит на работу. Новая фаза плана вторжения начнется с роли донимающей жены. Решено! Быстро допиваю кофе и ищу в шкафу термос. Эринии и Спарты возобновляют дискуссии и обмениваются сообщениями с подземным миром. Завариваю ромашковый чай, убежденная, что Деймос его возненавидит, добавляя печенье с инжиром, приготовленное вчера. Голодные Эринии, приманенные на запах, оказываются рядом, и я с удовольствием угощаю их, полагая, что заработать очки лояльности не будет лишним.

Когда все готово, закрываю за собой дверь особняка и отправляюсь пешком. Мы недалеко от Центрального парка и штаб-квартиры. Особняк расположен в идеальном месте! Оставшиеся несколько метров я прохожу быстрее, желая досадить Деймосу там, где он чувствует себя наиболее уверенно. Достаю магнитную карточку, которую он дал: она содержит частичку божественной ДНК и разрешает войти в штаб-квартиру как супруге бога ужаса. Пригнув голову, чтобы избежать пронзительного взгляда Сфинкса, бросаюсь в лифт и поднимаюсь на этаж Деймоса.

Перед дверью делаю шаг назад. У него аудиенция с «худшими из олимпийцев». Это меня не останавливает, но и не должно мешать присутствующим божествам. Осторожно нажимаю на ручку и открываю дверь, чтобы незаметно заглянуть. Я ожидала увидеть толпу гостей, а на самом деле здесь только двое: Деймос, сидящий за столом в черном костюме, выглядящий мрачным, и богиня, полулежащая на скамье. Каштановые волнистые волосы, очки на носу, красный шарф на шее, черные брюки и джемпер, облегающие тело, и блестящие кожаные ботинки. Заинтригованная, решаю получить представление о ситуации, прежде чем сообщать о своем присутствии.

– Это катастрофа, – сетует богиня. – Не следовало соглашаться на этот проект! Я муза песни и трагедии, а не Афина или Аполлон! О чем думают актеры? Что я могу превратить их в звезд за одну ночь?!

Деймос, положив подбородок на сложенные руки, громко вздыхает. Я бы не приравнивала муз к «худшим олимпийским божествам», но, зная Деймоса, представляю, что ему это не кажется таким уж преувеличением.

– Какое отношение музыкальная постановка имеет к твоей безопасности?

Муза выпрямляется, заметно возмущенная.