Чтение онлайн

Теперь мой отец всегда ворчит. Он наслаждается жизнью на Китире, но сожалеет о славных битвах, которые вели люди чести: Гектор, его любимый жеребенок, Парис, протеже Афродиты, и даже Ахилл, прославленный враг… Тем не менее в последующие столетия он хорошо развлекался, утверждая, что Столетняя война могла бы длиться дольше, если бы он так решил. Конфликты эпохи, которую мы переживаем, утомляют его. Он не принимает в них участия.

Вытянув руки вдоль спинки сиденья, он выпрямляется, едва заметив меня. Сажусь напротив него.

– Ты хотел меня видеть.

– Это была задача Антероса, а не твоя.

Никакого вступления. Вот почему он мой отец, а я его сын.

– Антерос никогда не женится, – говорю я, пожимая плечами.

– Антерос более способен выполнять свои обязанности. Мы говорим о «браке ради союза».

Его бицепсы увеличиваются в объеме, когда он разговаривает со мной. Арес – своего рода бурлящий котел. Рано или поздно он переполняется. На нем белая футболка, потому что ему нравится выставлять напоказ золотые шрамы, невзирая на вопросительные взгляды смертных.

– Антерос любит только себя. Ведьма сожрала бы его.

Он склоняет голову набок.

– А что насчет тебя? Забыл, что можешь сделать с ведьмой, которая выйдет за тебя замуж?

Он указывает в направлении моего сердца. Не сдерживаю волну ужаса, которая накатывает и заставляет вздрогнуть клиентов. Они, такие беззаботные, теперь испытывают страх, источник которого не могут найти.

Пока смотрю на отца, смущенная официантка подходит к нам.

– Господа, что будете пить?

– Черный кофе для меня, содовая для отца, – не спускаю глаз с Ареса.

Официантка молчит секунду, прежде чем разразиться смехом.

– Он ваш отец?

О, началось. Для смертных мы выглядим с разницей в возрасте примерно в пять лет, в то время как нас разделяют несколько столетий. Достаю пачку сигарет, в то время как ихор стучит в висках. Арес выразительно улыбается: «Видишь, ты не умеешь контролировать себя».

– В помещении нельзя курить.

Значит, первой волны ужаса было недостаточно? Поворачиваю к ней голову и бросаю ледяной взгляд. Никогда не приходится оказывать давление. Иногда бывает сложнее с существами или божествами, но это скорее потому, что они знают, кто я. Официантка отходит, ее лицо искажается в ужасе. Она сбивает табурет со стойки и опрокидывает корзину, полную соусов.

– Я… я вернусь с вашим заказом.

Хорошо. Так лучше. Закуриваю сигарету и позволяю себе погрузиться в ее успокаивающее действие.

– Она ведь просто смертная, которая противоречила тебе. Когда на ее месте будет жена, которая пошлет в тебя ответное заклинание, что будешь делать?

С женой, на которую нацелился, ничего.

– Будем надеяться, что она окажется достаточно сильной, чтобы дать отпор.

– Это все усугубит.

– Ты ничего не знаешь о супружеской жизни, тебя это никогда не интересовало.

– Ты мне это говоришь? Ты соблазнил жену брата. «Разрушитель домашнего очага» – так тебя когда-то называли.

Арес выпрямляется, все более раздражаясь.

– Гефест никогда не любил твою мать, и она его тоже!

Тем не менее я согласен с ним в этом вопросе.

– Я подчиняюсь правилам лучше, чем ты.

– Ты слишком легко подчиняешься Зевсу. Мы с твоей мамой выбрали друг друга. Друг друга. У Гармонии не было такого шанса, и посмотри, к чему это ее привело! Если думаешь, что я буду смотреть, как ты это делаешь, ничего не говоря, то сильно ошибаешься, сын!

Его голос оглушает.

Возможно, это был разговор, которого я меньше всего ожидал. Понимаю, что семья боится, что я потеряю контроль. Но более странно, что отец беспокоится, что я испорчу свою жизнь из-за брака по расчету.

Официантка возвращается с чашкой кофе и содовой, которую спешно наливает, прежде чем скрыться. Арес смотрит не на меня, а рядом со мной, как и все на Китире. Когда сидит, он занимает все сиденье, в то время как я всегда оставляю пустое место рядом с собой.

Если бы ты знал, сколь многим я готов пожертвовать ради него.

Немногие понимают пустоту, которую я испытываю. Мне словно ампутировали конечность. Я уничтожил часть себя.

Арес залпом выпивает стакан содовой, я едва пробую кофе, слишком занятый, чтобы выжать максимум из сигареты.

– Не волнуйся, я не собираюсь мучить девушку.

Это далеко не так, на самом деле я планирую обратное.

– Меня беспокоят не твои намерения, а то, что ты не сможешь сдержаться.

Все будет зависеть от ведьмы. И мне не нужно оправдывать свои действия. Хотя понимаю страх родителей. К счастью для меня, Гермес решительно переступает порог закусочной, чтобы встретиться с нами. Он избавит меня от остальной части разговора. Гермес моложе Ареса, его сводного брата, он в вечернем темно-синем костюме-тройке. То, что произойдет позже, имеет решающее значение для Олимпа.

– Добрый вечер, – со всей непринужденностью говорит он.

Он был рядом с ведьмами с самого начала и знает их лучше, чем кто-либо в штаб-квартире.

– Гермес, – рычит Арес, глядя на парковку.

Между ними существует многовековое соперничество. Гермес всегда сопровождал Афину, а Афина… моя любимая тетя, очень хорошо знает, как разозлить отца. Анекдот о камне в Трое лежит в основе их разорванных отношений. Будучи частью противоборствующих лагерей, они в итоге столкнулись лицом к лицу на поле битвы. Арес продемонстрировал невероятную силу и мастерство владения оружием, но Афина сбила его с ног броском камня в голову. Гермес распространил эту новость по Олимпу. К настоящему времени Арес и Афина терпят друг друга только на расстоянии. Что касается Гермеса, то если Арес сможет прижать его без свидетелей, не думаю, что у дяди были бы шансы. К счастью для него, он умнее моего отца.

Потому что также ходят слухи, что у Гермеса и матери был очень короткий роман, но они так и не были подтверждены.

– Пришел сообщить, что прямо сейчас ты можешь пройти через щит Поляны и остаться внутри до конца встречи.

Киваю. Боги не могут просто так попасть на земли Гекаты, Цирцеи Великой и Медеи Юной.

– Зевс не должен задерживаться, но он требует, чтобы ты присоединился к нему после начала переговоров.

– Почему? – рявкает Арес. – Зевс опасается, что присутствие внука навредит ему?

Отец все понял. Переговоры о браке в моем присутствии могут заставить их дважды подумать, прежде чем согласиться. Я прибуду на Поляну в облике пса, так будет благоразумнее.

– Справедливое и достойное Афины размышление.

Арес сжимает стакан так сильно, что разбивает его на тысячу осколков.

Это забавляет бога-посланника, который переключает внимание на меня.

– У меня также есть послание от Эриний.

Он протягивает запечатанную капсулу. Алекто предупреждает, что они заметили новую менаду, которая вышла из-под контроля. Это становится повседневным происшествием. Сатиры и менады делают все, что им вздумается. В прошлый раз пришлось ворваться в ночной клуб, где люди сошли с ума до такой степени, что ломали себе кости, бегая голые, похотливые и пьяные. К сожалению, не могу сейчас вмешаться, остается надеяться, что менада не затеет оргию.