Чтение онлайн

— Это очень срочно. Мне буквально негде ночевать...

— По, ты... точно в порядке? Может, приедешь ко мне вечером? Я для тебя матрас надую, если что.

Подавив еще один тяжелый вздох, Полина прислонилась плечом к стене. Принимать помощь, находясь в таком унизительном положении, было непривычно тяжело, но другого выхода не было. Они договорились о встрече, и Полина покинула офис Алекса. Несмотря на то, что свободного времени у нее было полно, она не хотела задерживаться в этом месте дольше необходимого.

Половину следующей ночи она проплакала. Чувства нахлынули на нее внезапно, без предупреждения и поглотили с головой. Впервые за долгое время Полина смогла принять ванну и нормально поесть, но, получив порцию простого физического комфорта, ей вдруг стало до ужаса тоскливо. Лежа на матрасе посреди чужой кухни, она никак не могла отделаться от ощущения беспомощности и неполноценности. Вот к чему она пришла. Жалкая. Обманутая. Одинокая. И даже в таком состоянии Полина скучала по мужу, по их комфортным совместным вечерам, по прикосновениям. С Максимом было связано все самое хорошее, что когда-либо происходило в ее жизни. За столько лет он стал частью ее самой, надежной броней и поддержкой, но эта броня осыпалась за одно мгновение, и Полина боялась, что следом осыплется и она сама.

Каким образом все зашло так далеко? Взбудораженный разум Полины пытался найти объяснения, но безуспешно. Она даже прикинула предположительную дату зачатия — это должен был быть конец августа или начало сентября, в том году в это время они вернулись из отпуска, и Максим сразу же уехал в короткую командировку. Скорее всего, он изменил ей именно там. Более избитого сюжета супружеской неверности нельзя было и придумать.

Полина уснула только под утро, когда солнце начало проникать сквозь тонкие кухонные занавески. Никакого плана на ближайшее будущее у нее так и не сформировалось, вместо этого появилась тупая головная боль от недосыпа.

Пробуждение было шумным и резким (в основном благодаря сынишке Алены), но одна единственная фраза подруги сделала начало нового дня обнадеживающим:

— Я нашла тебе квартиру!

— Правда? Шикарно! — пролепетала Полина, увернувшись от попытки ребенка ухватить ее за волосы. — Тогда мне срочно нужно достать денег.

— Кирилл Сергеевич, прекрати! — рявкнула Алена.

Мальчик с хохотом повалился на матрас, то и дело плутовато поглядывая на мать.

— Сколько она будет стоить? Я могу одолжить у кого-нибудь денег или в крайнем случае взять кредит...

— Не надо кредит, я все продумала. Тебе пора стрясти свои проценты с Сербора.

Алена изложила свои соображения в процессе завтрака, несмотря на все попытки Кирилла Сергеевича ей помешать. В целом, план выглядел как шантаж чистой воды, поэтому Полина не смогла воспринять его всерьез. Сама идея выдвигать шефу какие-либо условия, казалась дикой и неприемлемой.

— Тогда попроси выдать тебе компенсацию за отпуск, — предложила подруга после долгих уговоров. — Мне недавно ее выплатили в порядке исключения, а уж тебе и подавно не откажут.

Прикинув в уме сумму, Полина немного воспряла духом. После чашки сладкого крепкого кофе ее голова, наконец, включилась в работу. Она тщательно продумала свой маршрут и через полчаса уже выдвинулась в первый пункт назначения — в ближайшее отделение банка. Нужно было перевыпустить те карты, что у нее украли в деревне вместе с бумажником, затем заехать на работу и встретиться с хозяйкой предполагаемой квартиры.

Вдоволь накатавшись по городу на общественном транспорте, Полина решила дойти до работы уже пешком. Июньское солнце нещадно припекало, а асфальт под ногами практически плавился, но это все равно и близко не могло сравниться с адской духотой салона автобуса. Если ее опель не найдут, то пережить лето будет не просто. В добавок, без машины Полина не могла нормально работать, ведь на ней она возила инвентарь. Этот вопрос тоже стоило обсудить с шефом.

По пути до офиса Полина составила четкий план разговора с Сергеем Борисовичем и даже подобрала несколько удачных формулировок для описания той ситуации, в которую попала, но, стоило ей шагнуть в директорский кабинет, она будто растеряла все это.

— Здравствуй, Полина! Что-то ты совсем плохо выглядишь, — бодро произнес шеф, указав на стул для посетителей.

— На улице очень жарко, — пробормотала Полина и тут же мысленно отругала себя за эту нелепую попытку оправдаться. Усевшись напротив, она нервно сцепила руки в замок. — У меня на некоторое время вышла из строя машина, поэтому...

— Тогда надо срочно переделывать твое расписание!

— Я уже была в отделе сопровождения, они перебросят моих клиентов, — поспешила сообщить Полина. Когда разговор влился в рабочее русло она почувствовала себя увереннее и, не теряя времени, изложила свою просьбу о выплате компенсации.

— Если не планируешь в этом году отпуск, то можешь взять деньги. Вообще-то это незаконно, — внезапно начальник подмигнул ей, — но для тебя сделаем исключение. Я напишу в отдел кадров.

— Спасибо.

Полина вежливо улыбнулась и уже собиралась встать с места, но Сергей Борисович остановил ее.

— Мне ведь не нужно за тебя волноваться? Может, есть что-то, чем я могу тебе помочь лично?

— Нет, — быстро ответила Полина. Интонация, которую она уловила в последней фразе, заставила ее насторожиться, да и выражение лица начальника было подозрительным. — Извините за беспокойства.

— Какие там беспокойства, дорогая! Дело житейское! Ты не стесняйся и проси, если что-то понадобится, в конце концов мы всегда сможем договориться. Если не как начальник и подчиненная, то как мужчина и женщина...

Повисла напряженная тишина, разбавляемая лишь мерным шумом кондиционера. Это была какая-то дурацкая шутка, не иначе. Сергей Борисович никогда не отличался особенной тактичностью, но опускаться до очевидных домогательств на рабочем месте...

— Я не понимаю, о чем вы, — выдавила Полина, старательно избегая его взгляда. — Меня не интересует...

— Ты можешь не отвечать прямо сейчас, — благодушно произнес он. — Я прекрасно понимаю, как тебе нелегко. Такие женщины, как ты, не должны убиваться, зарабатывая себе на хлеб, Полина. Ты — муза, а любой музе нужен щедрый покровитель...

Жгучая волна стыда окатила Полину с макушки до ног. И сами слова, и тон, которыми начальник озвучил их, были отвратительными, но она не находила в себе силы сказать хоть что-то в ответ. Полина сидела перед ним словно нашкодившее животное, ощущая, как горят ее щеки. Фигура шефа, развалившегося в кожаном кресле, вдруг показалась ей удушливо огромной, заполняющей все пространство вокруг.

— Я пойду... в отдел кадров, — невнятно пробормотала она и, поднявшись, направилась к двери.

В коридоре Полина столкнулась с коллегой из своей бригады, но ускользнула от беседы, едва поздоровавшись. От яркого аромата кофе, витающего в воздухе, ее замутило, и Полина быстро зашагала прочь. Все, кого она встречала по пути, бросали на нее странные взгляды, в которых мерещилась жалость и даже презрение. Еще никогда в своей жизни Полина так отчаянно не хотела стать невидимой.