Ведьма поневоле
Шрифт:
– Пойдем.
Домовой провел девушку в гардеробную.
– Надень медальон. Он поможет скрывать твой облик.
На меня смотрела незнакомка. Огненная шевелюра, зеленые глаза и идеальные черты лица, а также эльфийские уши.
– Поженили жирафа с носорогом.
Сделав незамысловатую прическу, я надела на шею медальон Тимофея, вновь заметив знакомый облик. Сделав «пас», медальон исчез.
– Придется привыкать к этому, но не сейчас. Пусть пока остается все так, как есть.
Внизу за столом меня уже ждали. Это был высокий мужчина с резкими чертами лица и развитой мускулатурой. Мешковатая одежда не могла это скрыть, сзади за ним стоял смуглый брюнет с медовыми глазами, однако я видела и их вторые ипостаси. Это были те самые волк и ястреб.
– Что привело двуипостасых в мое скромное жилище?
Волк приподнялся.
– Нас не представили: меня зовут Виктор – я вождь волчьей слободы, а это Демиан – мой помощник.
Я села за стол.
– Очень приятно! Анна-лекарка.
Волк тоже занял свое место.
– Пусть так.
Он прекрасно слышал, как домовой называл девушку, но не решился акцентировать на этом внимание.
– Ваш домовой велел, чтобы вы осмотрели мои раны, но я чувствую себя хорошо. Поэтому думаю, что это лишнее.
Я посмотрела на домового.
– Я остановил процесс, но не вылечил его.
Я глубоко вздохнула и промолвила:
– Начнем осмотр. Тимофей, шторы! Показывайте свои раны.
Видя их, я обомлела. Раны были грязные, в одной из них был виден осколок аккуратного подпиленного древка. И она все еще кровоточила и гноилась.
– Тимофей! Его нужно усыпить, срочно!
Мужчина завалился набок. Из шеи главаря торчал дротик.
– Дамиан, расчищай стол и уложи его. Тимофей поможет, а я за книгами.
Я и не заметила, как оказалась в своей комнате, я двигалась быстро, очень быстро. За две минуты, я уже успела приготовить снадобье и призвать саламандру.
– Прошу всех остальных выйти.
Тимофей вывел растерянного гостя, приговаривая:
– Теперь все будет хорошо.
Саламандра, заняла место на перчатке. Я подвела ее к древку.
– Яд?
Саламандра покачала головой.
– Я вытащила древко.
Положив саламандру на противень, я продолжила осмотр, но заклятие Тимофея еще действовало, что радовало. Саламандра хищно поглощала древко, как вдруг резко зашипела. Я обернулась, зверек выплюнул медвежий коготь.
– Яд?
Саламандра, лишь продолжала шипеть. Я осмотрела коготь. Опустив его в заговоренную воду, я увидела, как он почернел.
– Я так и думала.
Вытащив последний кусочек дерева, я обильно смазала рану зельем, после чего начала процесс исцеления. Когда формировался рубец, вступала в ход саламандра, прижигая его своим шершавым языком.
От процесса исцеления меня конкретно коробило. Зрелище, когда ты видишь, как затягивается рана, и оттуда выходит весь мусор, – грязь, гной и отмерявшая кожа и ткани. Однако я не могла остановиться, и, закрыв глаза, я продолжила исцеление. Я почувствовала, как что-то мягкое тычется в мою руку. Это была саламандра. Я была готова взвизгнуть, однако кроме испуга ничего не почувствовала, я погладила саламандру по ее огненной коже, но не почувствовала жара.
– Молодец.
Я передала ящерке ее угощение в виде краюшки хлеба, помещенной в спирте. Приняв подаяние, ящерка юркнула в камин, вернувшись в свое родное измерение.
Я в последний раз осмотрела оборотня.
– Бодибилдеры обзавидуются!
Я накинула на него его же рубашку. Наведя порядок в комнате, я пригласила Тимофея и Демиана.
– Он, кажется, не дышит, – сказал Демиан.
Я подошла к больному, склонившись возле его лица.
– Да что вы …
Придти в себя я не успела, как сильные руки притянули меня к себе для поцелуя.
– Что ты себе позволяешь?! – возмутилась я, и тут же огрела нахала, талмудом с заклинаниями.
Мужчина взвыл благим матом, так как уголки книги были серебряными.
– А ну, забирай своих людей и уходи прочь отсюда!
Оборотень посмотрел на меня.
– Да за мной все девки на выданье бегают. А ты книжками отбиваешься, – все равно моей будешь!
На этот раз мужчине досталось обычной чугунной сковородкой.
– Вот и сиди здесь одна, как старая дева.– фыркнул он и направился к выходу.
От подобной наглости меня будто передернуло.
– Вон! Пошел, скотина, отсюда, а за лечение я тебе счет пришлю! Да такой, что и дом твой и слободу твою продать придется!
Магическим пасом мужчин выкинуло из дома.
– Вот нахал! – заметил Тимофей, заканчивая приготовление к ужину.
– Да эльфы раньше ста семидесяти замуж не выходят. А ты, по их меркам, разве что из колыбели вышла, – также добавил он.
Я устало села за стол, в руках появился бокал вина.
– Ну что, с выздоровлением!
Я сняла кулон с шеи и осушила бокал залпом. Перед сном я долго кружилась перед зеркалом. Эльфийский облик мне без сомнений нравился, только я об этом не просила. И тут я вспомнила то самое молоко единорога, которое мне дала Лея в первую встречу.
– Ну, Лея, удружила!
Я еще раз выпила бокал вина и отправилась спать.
Долг платежом красен
Утро было безрадостным, моросил дождь, началась осень. А ещё всю ночь мне снился тот самый, златовлайсый эльф. Не унимающийся ушастый пытался вложить в мою хмельную голову тайные знания, однако слушать его у меня не было какого-либо желания.
– Лея, чем мой род провинился в прошлой жизни!? За что!…
Дальше шло лишь нытье, и сыпались проклятья, из-за которых я и проснулась, что хорошему настроению явно не способствовало.
Запасы почти подошли к концу. Я могла сварить любое зелье, спасти человечество от всех болезней, но съесть хотя бы суп, или хотя бы яичницу, – это было невозможно. Домовой грустил, но упрекнуть меня в чем-либо не решался.
Я критично осмотрела залатанный костюм Леи, – Тимофей был мастер, но эффект уже был явно не тот. Это был не костюм воителя, а скорее наемника, и то не самого лучшего. Вспомнив о джинсах, в которых я оказалась в этом мире, я вздохнула с облегчением. Переодевшись в походную одежду и опустошив рюкзак брата, я захватила безразмерную сумку, на всякий случай, и начала готовиться к охоте.