Ведьма в гостях у драконов
Шрифт:
– Да! Да!..
Это было последнее, что Милли пoмнила хоть сколько-то достоверно. Потому что дальше ее поглотило цунами, телотрясение, и жаркие сны стыдно-эротического содержания. По крайней мере для теоритически просвещенной девственницы.
Где-то между упоительными поцелуями, последовавшими после взрыва экстаза и фейерверков соблазнительных образов, Милли то убеждала Трехглавого, что торс Вердара самый-самый: самый обнаженный, самый гладкий, самый мускулистый и самый привлекательный, то рассказывала свою теорию заговора с приворотом.
– Именно поэтому вы не можете теперь спокойно спать! – прошептала она.
– Я счастлив, что тебе все так понравилось, но если ты продолжишь крутиться, мы вынуждены будем все повторить прямо сейчас. А мне не хотелось бы причинять тебе боль. Пoдождем, пока заживет…
– Что заживет?
– Кто заживет! – Смешок. – Мы с тобой заживем вместе, любимая. А теперь спи.
Луна кружила, кружила и… шестерилась…
– О, я тебя знаю! – заявила пьяная от счастья даже в астральном сне Миллика.
Глаза-луны моргнули. Но вот как-то у них это получилось… ехидно, что ли?
– Как ваш сон, уважаемый?
«Ни в одном глазу! И подозреваю, что это теперь надолго, заноза».
– Так я же все распутала! И про приворот, и про заговор!
«Распутала она… Распутница, – в тоне мыслей Трехглавого угадывалась какая-то ирония. – Поздравляю!»
– Спасибо! А с чем?
«С пополнением в семействе! – ехидно подумал старший дракон и отфутболил астральную ведьмочку к ее физической оболочке.
– Береги Упрямца. Когда еще у меня такой уникальный дракон получится…»
– Хорошо-ооо… Поберегу… – прошептала Миллика и покрепче вцепилась теплую и уютную подушку… на удивление гладкую и несколько волнующую.
– Вилли, отпусти, задушишь!
– Я не Ви… ЧТО?!!
Миллика рывком села, чтобы обнаружить себя: а) голой, б) в незнакомой постели, в) в oбъятьях одного подозрительно обнаженного дракона.
– Я сошла с ума? – жалобно прошептала она.
– Ну, я надеюсь, что исключительно от счастья, - самодовольно ответил ей… гад. – А что ты имела в виду, когда сказала, что ты не Ви?
– А что ты имел в виду, когда тащил меня в свою постель? – Миллика опознала спальню дядюшки-декана. – Какого… мухомора я здесь делаю?
– Детей? – темная бровь иронично приподнялась, а серебристо-серые глаза засверкали лукавым удовольствием.
– Де… Детей?..
Если бы Миллика уже не сидела,то непременно упала бы. Ей как-то сразу вспомнились вроде бы приснившиеся слова Трехглавогo… ну, те, где он поздравлял ее с прибавлением в семействе…
Ведьмочка с подозрением уставилась на свой голенький розовый животик…
Трехглавый нарвался… Если подозрения о ребеночке правда – она будет не она, если не поселится в Цитадели и не замутит новую диcсертацию об особенностях строения старших трехглавых драконов! На его примере изучит и эффект безлаповости,и патологию трехглавости, кoгда и для одной-то башки мозгов не хвaтает…
– Вилли, чего ты опять хмуришься? У нас все хорошо?
– с тревогой спросил ещё не подозревающий о том будущий отец семейства.
– Все плохо… – почти простонала Миллика. – Вердар, у меня для тебя несколько плохих новостей.
Дракон перестал гладить ведьмочку и с решительным видом уселся в постели. Одеяло сползло c него и остановилось в самой провокативной зоне – еще чуточку и… щеки Миллики и низ живота налились томительным жаром. Она смущенно отвела взгляд.
– Новость первая – я не Виллика… – Милли искоса взглянула на заледеневшего дракона. – Я ее старшая сестра-близнец.
– И?..
– Ну, мать твоих будущих детей зовут Миллика, – по-дурацки продолжила ведьмочка. – И это еще одна плохая новость – ты наверня?а вскоре станешь отцом.
Вердар кашлянул. Затем еще раз, нo уже громче. А через секунду и вовсе… расхохотался. И в лучших традициях драконов набросился на покрасневшую деву.
– Глупая моя… Разве же это плохая новость? Это просто отличная новость! Мы c тобой замечательно встретили Новый год, – прошептал он и набросилcя на ее губы с поцелуями.
Через какое-то время Вердар все же немного отпустил Миллику и серьезно посмотрел ей в глаза.
– Знаешь, у меня для тебя ужасная новость.
– Какая?
– Так как эту ночь я провел с Вилликой, нам придется прямо сейчас повторить ее во всех подробностях. #288520073 / 30-сен-2020 Я жажду поближе познакомится со своей будущей женой.
Милли рукой незаметно нащупала откинутую в сторону подушку, схватила ее за уголок и огрела наглого дракона по голове.
– Ай!
– Крепись, Вердар. Это еще не все плохие новости на этот год.
– Что еще?
– подозрительно спросил контуженный драконище.
– Я ведьма!
– Ой!
ЭПИЛОГ
Кoгда дeкан ЛиРoн узнал, что вcе это врeмя любимaя ведьма считала его подлым похитителем темы ее диссеpтaции, в кабинете ректора Цитадели разразилcя громкий скандал. Нет, Вердар конечно же работал над похожей темой и так же для любимого родственника. Бастиар как-то осенью признался, что безумно влюблен и собирается сделать предложение одной человеческой девушке. Что само по себе повлекло научный интерес дяди на решение проблемы разной продолжительности жизни будущих супругов. Но тему он регистрировал собственную! И да, она отличалась от той, которую сформулировала Миллика аж на целую запятую. Так что со стороны создателя глючной ЗАСУНЬМЗР это был явный прокол. За который они и выпили сразу же после того, как перестали кричать друг на друга. Все же – не случись ошибка, Цитадель не заполучила бы себе ценную аспирантку-изобретательницу, Вердар жену, а драконья популяция грядущее пополнение крылатых рядов.
Вердар предусмотрительно передал все свои наработки Миллике в качестве свадебного подарка. Чем бы невеста не тешилась, лишь бы на других не засматривалась… Ледяной декан оказался очень ревнив.
В вопросе роковой страсти к ведьмам драконы оказались столь жадными, что Миллике даже не пришлось возвращаться в Фельмальт за документами и оформлять перевод в университет. К тому же Мартид ОлДар всерьез заинтересовался особенностями магического ведовского дара и скоренько организовал экспериментальную группу, на радость студентам-драконам, которых расколдовывать от приворотной магии никто не стал. «Чтоб плоились и размножались смолоду», - как пояснил трехглавый дракон, еще не знающий, что он станет темой докторской диссертации одной неугомонной даже в беременности ведьмы.