Чтение онлайн

– Девку вниз, Петрович? – пробасил он, как только шаги затихли. – А с этим что делать?

Но ответить ему хозяин не смог, потому как уже просто зашелся в изнурительном приступе свистящего и булькающего кашля. При этом его глаза выпучились, и в них читалось крайнее изумление. Он согнулся, хватаясь за спинку кресла, и замахал второй рукой оставшемуся охраннику.

– Что, Петрович? Врача? Воды? – очень медленно оттормозился горилла, оторвавшись от рассматривания меня, и полез в карман за телефоном. Походу, без команды примат примитивный действовать был не приучен.

– Люся, не тормози, блин! – Данила чувствительно толкнул меня в плечо и развернулся спиной, подставляя свои связанные кисти.

Я отмерла и принялась развязывать толстую веревку, ломая ногти и выворачивая пальцы. Процесс не шел, тот, кто вязал эти узлы, дело свое знал и затянул на совесть.

– Блин, на столе! – уже в полный голос рявкнул ведьмак, глянув на мои потуги через плечо, и это привлекло внимание помощника-бабуина, что был отвлечен на все продолжающего захлебываться кашлем хозяина.

– Эй, че удумали! – ломанулся он к нам, но Данила неуловимо переместился ему навстречу, умудрившись встретить на подлете ударом лба в лицо. Тот взвыл, закрутился на месте, умываясь кровью.

– Люська! – окликнул Данила меня, торопя, и я бросилась к журнальному столику, где помимо наших телефонов была свалена еще куча всякого мелкого барахла, судя по всему, содержимое карманов ведьмака. Среди него мелькнул и нож с выкидным лезвием, который я и сцапала.

– Только не дергайся! – попросила я, взявшись пилить веревку.

Лезвие оказалось очень острым, и крепкие волокна разошлись под ним без труда с моей стороны. И очень вовремя, так как у человека-обезьяны прошло оглушение от удара в переносицу и он снова бросился на нас. И теперь он наверняка был в курсе о скорости и умениях Данилы, потому как не кинулся в лобовую, а принялся кружить, делая обманные замахи. Но это не сильно ему помогло. Ведьмак сначала несколько секунд стоял на месте, отслеживая его и слегка уклоняясь, а потом просто изловил его руку в полете в очередном выпаде, дернул к себе, а дальше я только и видела, как летит на пол бесчувственное тело.

Александр-сдохни-как-шакал-Петрович уже тоже сполз на пол с багровым лицом, хрипя, задыхаясь и раздирая ворот рубашки скрюченными пальцами. Ведьмак в его сторону даже не глянул, сгреб со столика и сноровисто рассовал по карманам свое добро, кинул мне в ладони мой телефон и так же быстро обшарил уже карманы Савельева, выудив из нагрудного ключи от машины.

– Ходу, василек! – скомандовал он мне и для верности ухватил за руку, потащив куда-то.

– Это ты сделал? – спросила я, напоследок мотнув головой на хрипящего хозяина дома.

– Конечно.

– Он умрет?

– Не вот прям счаз.

– Я думала, ты меня бросил, – призналась честно.

– Не бросил, а оставил на крайне короткое время, в котором нуждался для нанесения сокрушительного удара по противнику, чьи физические характеристики оказались неожиданностью для меня.

– То есть, говоря простым языком, нежданчик вышел с личностью Александра Петровича? – немного язвительно уточнила я.

– Или так, – запросто согласился Лукин, остановился в коридоре и развернулся, потащив меня обратно, на развилке свернув теперь в другую сторону, ворча: —Понастроят катакомб, сука.

– Этот Александр Петрович, он что, какой-то подлунный?

– Бесово отродье, – ответил не оборачиваясь ведьмак, толкнул очередную дверь и выдал довольное: – Ага!

Мы очутились в подвальном гараже, где стояло три авто. Данила ткнул в кнопку брелока, и крайний внедорожник моргнул стопарями, откликаясь.

– Живо пристегивайся! – велел он, буквально запихнув меня на сиденье. – Я пульт от ворот гаражных не взял, возвращаться не буду, так что тряхнет слегка.

Взревел движок, меня вжало в сиденье от резкого старта, а потом тряхнуло, да еще как. Лобовому хана, и несколько десятков метров мы неслись вслепую, потому как покореженный лист металла никак не хотел слетать с не менее искореженного капота.

– Ну у тебя и методы! – прошамкала я, сглатывая кровь от прокушенного языка.

– Не свое – не жалко! – азартно хохотнул ведьмак и прибавил газу.

– О нет, опять! – проныла я, наблюдая, как на нас с огромной скоростью несутся ворота. Точнее, мы на них. Хорошо хоть в этот раз сетчатые, а не глухой металлопрофиль. Плохо, что у нас от стекла лобового и так уже какая-то занавеска из искрящихся от фонаря осколков, чудом держащаяся еще на месте.

– Правда, я охрененный и со мной не заскучаешь? – подмигнул мне Данила, снеся очередную преграду под вопли офигевшей охраны. – Не то что какой-то там стремный скучный коп!

– На дорогу смотри!

– Не бзди, василек, уже все норм! Домчу с ветерком!

– Псих ты!

– Зато какой обаятельный и мегасексуальный.

Ответить я не успела, так как мы донеслись уже до места, где было спрятано в кустах авто ведьмака. Он круто, с визгом покрышек, развернул чужой тяжелый внедорожник, наградив меня еще одной шишкой, и поставил его так, чтобы перегородить и так неширокую дорогу. Зашвырнул ключи в лес, и мы торопливо пересели в его машину, которую он повел дальше не в пример чужой бережнее.

– Ты сказал, что этот гад был бесовым отродьем? – чуть отдышавшись и справившись с нервным мандражом, начала я. Моя покойная бабуля рукодельница, та что по папиной стороне, так ругалась на своего кота, когда он шкодил. Только у нее, рожденной на юге России, звучало скорее как “бисово отродье”.

– Ага, так и есть. Глаза его заметила или все промухала со страху?

– Ну, знаешь ли! – возмутилась я. – Легко обвинять кого-то в трусости, когда это не ты девушка, что подходит под излюбленный типаж жертв маньяка, да еще и подлунного!

– Бесов, демонов и их потомков не принято считать подлунными. И я не обвинял тебя в трусости, василёк, ты чего! – Он как бы невзначай погладил меня по бедру, мигом убрав лапу, когда я замахнулась по ней хлопнуть. – Я бы еще там в озере от страха сдох, клянусь!

– Спасибо, что спас, – опомнилась я. – Теперь я тебе, выходит, должна?

– Херня, считай, мы в расчете. Я тебя втянул в это, так что какие долги, – легкомысленно отмахнулся Данила, впрочем, тут же добавил, покосившись на меня лукаво. – Так, вычту чуток из твоей доли, и все дела.