Чтение онлайн

— Отлично! Тогда нужно еще подобрать моего приятеля вон из того окопчика. Он не причинит вам вреда, обещаю.

«Посылаю двадцатого!»

Один из восьми комплексов-новичков, быстро перебирая ногами, переместился к окопу; это заняло от силы несколько секунд. Едва он замер перед бруствером, тут же призывно отворилась дверца.

— Я заберу вещи и тут же вернусь! — выдохнул Геральт и помчался туда же.

Манхарина, невзирая на его недоверчивые взгляды, довольно быстро удалось уболтать, и матадор с опаской забрался в кабину двадцатого комплекса. Геральт с вещичками бегом вернулся к девятнадцатому, угнездился в кресле и с воодушевлением выпалил:

— Ну, где тут вход в технологические тоннели? Мы во главе, остальные за нами!

Ведьмаку совершенно не хотелось думать о том, что почувствуют боевики-заводчане из кордонов и куда они будут драпать при виде колонны УРМАНов в боевом состоянии.

До Арзамаса Геральт попросил девятнадцатого замедлиться лишь однажды — когда заводские ворота с грохотом соскочили с петель, колонна комплексов вырвалась с территории АТЭКа и едва не уткнулась в белый лимузин марки «Кинбурн», рядом с которым, уронив сигару на асфальт, застыл Витольд Шуйский в окружении обычной свиты.

За время короткого и весьма громкого рейда по тоннелям, накопительному цеху и территории завода Геральт и девятнадцатый успели найти общий язык и теперь понимали друг друга буквально с полуслова.

— Дверь! — попросил Геральт.

Девятнадцатый лихо распахнул дверцу, а когда один из громил Шуйского попытался схватиться за пистолет, многозначительно шевельнул левым пулеметом. Охранник мгновенно потерял желание геройствовать.

— Господин Шуйский! — радостно обратился к полуэльфу Геральт. — Вот ваша пропажа! В целости и сохранности.

Манхарин как раз тоже выбрался из кабины двадцатки.

— Надеюсь, гонорар переведен? — у Геральта настолько разыгралось настроение, что он даже по-актерски игриво изогнул несуществующую бровь.

— Конечно, конечно, — пробормотал Шуйский ошеломленно, а затем перешел на английский: — Маэстро, с вами все в порядке?

— Это смотря как поглядеть, — ухмыльнулся Манхарин. — Знаешь, ведьмак, я, пожалуй, прокачусь с тобой! Нравится мне такая коррида! А ты, — он повернулся к Шуйскому, — передай этому старому зануде, что я ушел в отпуск. И пусть он катится со своими контрактами к своим пираньям!

Матадор, будто на арене, вытянулся в струну и проделал изящную полуверонику. Безупречную, как и подобает маэстро.

Мимо Геральта пронеслась огромная разноцветная фура. Упруго толкнуло ветром, ведьмак даже попятился на шаг-другой прочь от шоссе. Взревев, грузовик начал взбираться на трехуровневую развязку перед поворотом на Голованевск.

«Чтоб тебя, — подумал Геральт без особой досады. — Чуть монетку не уронил».

Он снова умостил на согнутом указательном пальце желтый кругляш достоинством в одну гривну.

«Знач так: цифра — остаюсь на Одесской трассе. Вилы — сворачиваю на Голованевскую», — привычно загадал ведьмак перед тем, как сильно поддать по краю монетки ногтем большого пальца.

Гривна, бешено вращаясь, на несколько мгновений рванулась к зениту, а затем столь же стремительно пала на жухлую, изнуренную выхлопами траву. Когда в кармане тихо затренькал мобильник, она была еще в воздухе.

На секунду позабыв о судьбоносной монетке, Геральт ответил на вызов.

— Да, учитель.

— Здравствуй, Геральт, — поздоровался Весемир.

Судя по голосу старого ведьмака, образовались некоторые проблемы. Не слишком страшные, но требующие, тем не менее, безотлагательного вмешательства.

— Ты где?

— За Уманью, на Одесской трассе, — сообщил Геральт. — На юг иду.

Потом вспомнил о монетке, отдыхающей неизвестно какой стороной вверх где-то рядом, в траве, и добавил:

— Или на юго-восток. Еще не решил.

— Под Житомиром наш малек попал в переплет. Помочь бы надо.

— Надо — помогу, — сказал Геральт спокойно. — А какой именно малек?

— Даль. Помнишь такого?

— Помню. В Южном встречались.

— Точно. Он подрядился в житомирском локомотивном депо какую-то там машинерию приструнить. И завяз.

— Понятно.

— Номер я тебе сейчас скину. Позвонишь, договоришься. Он прямо сейчас вне зоны почему то, но порядок знает, хоть и малек. Так что возникнет.

— Хорошо.

Весемир помолчал некоторое время, затем ворчливо добавил:

— Только сильно его не прессуй, когда все разгребешь. В целом он толковый парнишка.

— Сильно — не буду, — пообещал Геральт. Учитель вздохнул и отключился. Геральт упрятал мобильник в карман и принялся выискивать в траве монету.

«Пропало мое гадание, — подумал ведьмак, шаря взглядом под ногами. — На север придется…»

Вскоре монета отыскалась. Она торчала вертикально, наполовину воткнувшись в землю.

— Ишь ты! — произнес Геральт вслух и покачал головой. — А ведь угадала — не цифра, не вилы! Ребро!

Он подобрал вещую гривну, пересек шоссе и принялся голосовать. Минут через десять рядом притормозил рейсовый автобус «Одесса-Центр» и Геральт забрался в его кондиционированное нутро.

«Житомир, значит, — подумал он, расплачиваясь с оркой-стюардессой и заталкивая билет со сдачей в нагрудный карман. — Локомотивное депо, значит. Поглядим, каких там запчастей малек наш наломал».

Утробно ворча дизелем, автобус набирал скорость. Он уходил на север, к Центру Большого Киева.

На центральном автовокзале Геральт пересел на маршрутку, идущую в Житомир, поглазел сквозь подернутое радужными разводами стекло на Московскую площадь, потом на Бессарабку, на цирк и вскоре задремал. Последним, что он осознанно рассмотрел, были Святошинский мост и бурые стены ТорМаша. После этого ведьмак отключился, как ноутбук при отсутствии полезной нагрузки. Конечно же, в случае опасности он мгновенно перешел бы от сна к действиям — ведьмак настороже, даже когда спит. Но опасности не было. Какие опасности могут подстерегать рейсовую маршрутку на Брест-Литовском шоссе? Вся опасная дорожная дичь отсеивается еще на дальних подступах к Центру. А от случайностей никто не застрахован, хоть ты спи, хоть ты бодрствуй.