Ведьмак
Шрифт:
– Ну да, уж чего проще!
– прыснул Велерад.
– Я хотел бы знать, как выглядит... принцесса.
Велерад вскочил.
– Принцесса выглядит как упырица!
– крикнул он в сердцах.
– Как упырейшая упыриха, каких только видывали! Ее высочество королевская доченька, ублюдок проклятый, ростом в целых четыре локтя, смахивает на пивной бочонок, пасть от уха до уха, клыки как кинжалы, красные буркалы и рыжие космы! Лапищи с коготками, как у дикого кота, до земли достают! Странно даже, что мы до сих пор не разослали ее парсун дружественным королям! Принцессочке - чтоб ее чума взяла!
– уже четырнадцать, пора бы подыскать жениха из соседних принцев!
– Умерь свой пыл, градоправитель, - поморщился Острит, покосившись на дверь. Сегелин усмехнулся:
– Картина та весьма живописная, и полностью достоверная. Именно это ты хотел узнать, любезный ведьмак, не так ли? Велерад только забыл добавить, что принцесса движется невероятно быстро, она гораздо сильнее, чем полагалось бы при ее росте и сложении. И ей в самом деле четырнадцать лет, если это так важно.
– Это важно, - сказал ведьмак.
– Она нападает на людей только в полнолуние?
– За пределами дворца - да, - сказал Сегелин.
– А любой, кто войдет во дворец, погибнет при любом состоянии луны. Но из дворца она выходит лишь в полнолуние, и то не всегда.
– А днем она нападала? Хотя бы раз?
– Нет. Никогда.
– Свои жертвы она пожирает?
Велерад смачно плюнул на пол:
– Тьфу! Что ты, Геральт, перед ужином! Пожирает, раздирает, убивает и оставляет нетронутыми - смотря по настроению. Одному только голову отгрызла, парочку обглодала дочиста. Догола раздела, так сказать! Вся в маму, та обожала голое...
– Довольно, Велерад!
– резко бросил Острит.
– Про упырицу болтай, что хочешь, а вот Адду при мне не трогай! При короле ведь не осмелился бы?
Ведьмак, притворившись, что пропустил эту перепалку мимо ушей, спросил спокойно:
– А случалось так, что человеку удавалось вырваться из ее когтей и спастись?
Сегелин и Острит переглянулись.
– Да, - сказал бородач.
– В самом начале, шесть лет назад. У гробницы стояли в карауле двое солдат, и она на них кинулась. Одному удалось убежать.
– И потом еще один, - вмешался Велерад, - Мельник, которого она сцапала у городской стены, помните?
На другой день, поздним вечером, мельника привели в комнатку над кордегардией, где поселили ведьмака. Привел его солдат в плаще с опущенным на лицо капюшоном.
Толкового разговора не вышло. Мельник был явно не в себе: заикался, бормотал неразборчиво. Ведьмаку больше сказали шрамы на теле несчастного пасть упырицы в самом деле широка, зубы остры, особенно резцы, по два сверху и снизу. Когти наверняка острее, чем у дикого кота, но не такие кривые - благодаря чему мельнику и удалось вырваться.
Закончив осмотр, Геральт кивнул мельнику и солдату, отпуская их. Солдат вытолкнул мельника за дверь и откинул капюшон. Король Фолтест собственной персоной.
– Сиди уж, не вставай, - сказал король.
– Визит неофициальный. Ну как, осмотром доволен? Я слышал, в полдень ты прогуливался у старого дворца?
– Да, государь.
– Так когда же приступишь?
– Через четыре дня. Когда настанет полнолуние.
– Хочешь сначала обозреть ее издали?
– Не в том дело. Сытая... принцесса будет бегать не так проворно.
– Принцесса? Упырица, мастер, упырица. Давай уж без дипломатии. Принцессой ей еще только предстоит стать. Вот об этом я с тобой и пришел поговорить. Отвечай неофициально, коротко и ясно: будет она принцессой или нет? Только не прячься за ваши законы.
Геральт в раздумье потер лоб:
– Я уже говорил государь, - заклятие можно снять. Если я не ошибаюсь, для этого и в самом деле придется провести ночь во дворце. Чары спадут, если упырица после третьего петушиного крика все еще не ляжет в саркофаг. С теми, кто заклятьем превращен в упырей, так обычно и бывает.
– Так просто?
– Я бы не сказал. Во-первых, мне нужно еще дожить до утра. Во-вторых, бывают отклонения от нормы. Например, во дворце придется просидеть не одну ночь, а три подряд. Ну и потом... бывают безнадежные случаи...
– Ну да, - зло сказал король.
– Кое-кто мне это давненько твердит. Попросту убить чудовище, потому что случай безнадежный. Мастер, я уверен, с тобой об этом уже говорили. Верно ведь? "Прикончить людоедку без всяких церемоний, а королю сказать, что иначе нельзя было. Король, конечно, не заплатит, зато заплатим мы". Выгодное дельце - для тех, кто тебе это предлагал. Потому что король повесит ведьмака или снесет ему голову, и золото останется у хозяев.
– А король непременно повесит ведьмака, если она умрет?
– покривил губы Геральт.
Фолтест долго смотрел ему в глаза.
– Король еще не знает наверняка, - сказал он наконец.
– Но ведьмак должен считаться с такой возможностью.
Теперь молчал Геральт.
– Я сделаю все что, что в моих силах, - сказал он.
– Но если придется плохо, буду спасать свою жизнь. Вы, государь, тоже обязаны считаться с такой возможностью.
Фолтест встал:
– Ты не понял. Я не о том. Ясно, понравится мне это или нет, но ты ее убьешь, если станет жарко. Иначе она тебя убьет. Наверняка. Хоть я об этом и не объявлял, но не наказал бы ни кого, кто убил бы ее, спасая свою жизнь. Но не допущу, чтобы ее убили, не попытавшись спасти. Пробовали уже поджечь дворец, стреляли в нее из луков, копали волчьи ямы, капканы ставили. Пришлось повесить кое-кого, чтобы унялись... Мастер!
– Слушаю!
– Если я правильно понял, после третьего петушиного крика упырица исчезнет. Но во что она превратится?
– Если все пройдет гладко - в четырнадцатилетнюю девочку.
– Красноглазую? С крокодильими зубами?
– Выглядеть она будет как обычная девочка. Вот только... С виду.
– Вот тебе на! А разум? Что, придется ее кормить человечиной?
– Нет, я не то хотел сказать. Как бы объяснить, государь. Думаю, разум у нее будет... трехлетки, четырехлетки. Не знаю. За ней долго придется ухаживать, как за младенцем.
– Ну, это другое дело. Мастер...
– Да?
– А _э_т_о_ может к ней вернуться? Пройдет время, и она вновь...
Ведьмак молчал.
– Ага, - сказал король. Значит, может. Что тогда?
– Если она вдруг впадет в оцепенение на несколько дней, а потом умрет, нужно сжечь тело. И все. Но не думаю, чтобы до этого дошло. Для полной уверенности я вам расскажу, как уменьшить угрозу...
– Прямо сейчас и расскажешь?
– Теперь же, - сказал ведьмак.
– Всякое бывает. Может случиться, что утром вы найдете в гробнице бесчувственную принцессу и мой труп.