Ведьмам и не снилось
Шрифт:
– И?
– Я очень боюсь, что они могут подтвердиться.
– Лапа настороженно смотрел в сторону.
В этот момент к ним подошла Грэтта.
– Может, перестанем играть в угадайку и сами все узнаем?
Она потрясла перед ними маленьким флакончиком с темной жидкостью и протянула его Грину.
– Только смотри сам не выпей, тебя мы точно не откачаем!
– Спасибо! Воодушевляющее напутствие.
– Грин спрятал сонное зелье в карман куртки.
Вечером, когда над лесом Коэнов сгущалась ночная тьма и все готовились улечься в свои постели, в дверь дома ведьмы постучали.
Ната сидела посреди комнаты перед небольшим костром, сооруженным прямо на старом потертом половике. Его пламя приятно потрескивало, переливаясь от ярко-оранжевого до небесно-голубого, но все же не покидало границ коврика. Она, конечно же, слышала стук, но по-прежнему сидела не шелохнувшись. Пришедший был настойчив и ведьма, обреченно закатив глаза, понимая, что гостя ей не спровадить, одним движением руки открыла дверь.
Грин, опираясь плечом на дверной проем спросил:
– И с каких пор ты блокируешь вход в свою обитель магией?
– Иногда, знаешь ли, хочется побыть одной.
– Даже не повернувшись в его сторону, ответила ведьма.
– Разрешишь войти, я все еще не могу переступить порог?
Ната щелкнула пальцами, и Грин почувствовал, как магическая завеса спала.
– Ограничила список входящих?
– Пошутил он.
– Какими судьбами, Грин?
– Никогда не думал, что тебе нравится одиночество. Даже Каспер со своими пожитками перебазировался в подвал нашего дома.
– Будем задавать друг другу вопросы, на которые никто не хочет отвечать или ты все-таки скажешь, зачем пришел?
– Как ты?
– Он сел в старое кресло, наклонившись к Нате.
– Хорошо.
– Остальные так не считают.
– А что думаешь ты?
– Она подняла на его большие темные глаза.
– Я думаю, не стоило выплескивать свой гнев на Деми, ты не на шутку напугала его.
Ведьма расплылась в довольной ухмылке.
– Маленький мальчик пожаловался старшим?
– Он переживает.
– О чем? Что я показала свою силу, тем самым, поставив его на место?
– Ты же знаешь, ты для него не просто девушка.
– А ты пришел поговорить о нем и его чувствах?
– Улыбалась ведьма.
– Почему бы и нет? Мы давно не болтали, я соскучился.
– Он хитро улыбнулся в ответ.
– Тебя я тоже пугаю?
– Догадалась ведьма.
– До чертиков!
– Признался Грин.
– А ты не врешь.
– Не вижу смысла.
Ведьма и оборотень некоторое время молча смотрели друг на друга.
– Ты изменилась после... того, что произошло.
Ната молчала.
– Мне жаль, что виной всему стал мой поступок. Я не сдержался. И мне, правда нелегко это признавать, хочу, чтобы ты это знала.
– Я знаю.
– Кивнула ведьма.
– И, не стану отрицать очевидное, мне приятно твое смущение.
– Значит, я могу рассчитывать на то, что когда-нибудь меня все же простят?
– Слушай, я не очень люблю подхалимство!
– Переборщил?
– Ухмыльнулся Грин.
– Немного.
– А если серьезно, как ты?
Ната громко выдохнула, расслабилась и, обняв колени, сказала:
– Не знаю... Я полностью осознаю силу, бурлящую во мне, но так же понимаю, что она не моя. И меня это злит.
Она закусила губу, затем продолжила:
– Когда ведьмы вытащили меня с того света, они словно сняли все барьеры... Открыв глаза, меня будто оглушило слепой яростью к каждому, кто когда-либо посмел поступить со мной плохо.
Грин видел, что Ната старается быть откровенной.
– Но ты всегда можешь контролировать себя, мы ведь это уже проходили.
– Напомнил он.
– Сейчас все по-другому. Мне это нравится, и я не понимаю, почему должна сдерживаться?
– Она посмотрела на него в упор.
– Потому, что твоя неудержимая тяга к мести, может погубить близких тебе людей.
– Ты сейчас о себе?
– Ведьма залилась веселым звонким смехом, и Грин ответил тем же.
– Мне импонирует думать, что я вхожу в список твоих друзей.
– Я никому из вас не причиню вреда! Это я могу контролировать!
– Смелое заявление, не находишь?
– Есть причины думать обратное?
– Ну, даже не знаю! Ты никому ничего не говоришь о заклинании, которое наложила, и
которое уже сказалось на ребенке, и, судя по тому, что остальные ведьмы тоже молчат, это было нечто из ряда вон выходящее.
– Грин загнул один палец, готовясь перечислить дальнейшее.
– Приму это как комплимент!
– Ната вальяжно откинулась на спинку мягкого дивана, блаженно протянув ноги к огню.
– Я лично видел, как ты, не моргнув и глазом, вырвала сердца из тел двух огромных ящериц!
– Продолжил Грин.
– О! Прости, что не поплакала над телами пытавшихся убить меня врагов!
– Я готов списать твою иронию на ярость и гнев, о которых ты говорила ранее.
– Согласился он.
– Но зачем было ломать позвонки Деми, малец в серьез думал, что ему конец!
Оборотень, улыбаясь, загнул третий палец.
– И не надо говорить, что тебя это не повеселило!
– Еще как, но дело не в этом! Он прав?
– Мне очень хотелось свернуть его шею и стереть с лица эту наглую ухмылку!
– Она наклонилась в его сторону.
– Но, как видишь, маленький волчок, как и прежде, резво скачет по округе живой и здоровый. Я просто урезонила его!
– И так будет с каждым, кто по твоему мнению, превысит границы дозволеного в общении с тобой?
– Ты уже давно преступил эту грань, и, тем не менее, все еще восседаешь в моем кресле и все еще греешь ноги у моего костра!
– Заключила ведьма.
– Я рад, что ты не прогоняешь меня.
– Я до сих пор пытаюсь понять к чему весь этот разговор.
– Лукаво улыбнулась ведьма.
– Хочу для себя лично прояснить некоторые вопросы.
– Можешь выйти к остальным и сказать им, что я не опасна!
– Думаю, они все равно со мной не согласятся, по крайней мере, Лапу мои слова точно не убедят!
– А раз так, то что?
– Ну, я узнал все, что мне было интересно и чейчас мне многое понятно, поэтому можем поговорить о чем-нибудь еще, вижу, спать ты не собиралась?
– Грин вопросительно приподнял бровь.