Чтение онлайн

Обрадованные моими успехами родители решили благосклонно отнестись к моим мольбам жить отдельно и сняли мне скромную двушку недалеко от университета. Первый курс был для меня и первым опытом самостоятельной жизни. Хотя первые полгода, ко мне являлась маман с неожиданными инспекциями на предмет полноты холодильника, чистоты помещений и наличия подозрительных личностей. Убедившись, что у меня все хорошо, и я усердно грызу гранит науки, отбывала до следующего внезапного родительского рейда. После месяца проживания в унылой квартирке у меня понемногу начинала развиваться депрессия, и я поняла, что если не освежу интерьер, то сойду с ума. Владельцы к моей инициативе отнеслись совершенно равнодушно, разрешив делать что вздумается в рамках разумного. Первым делом я ободрала обои, купила новые и приступила к оклейке. Лучше бы я этого не делала. Клей я развела комками, до потолка доставала с трудом, поэтому итогом моих художеств были веселенькие желтые обои, висящие лохмуриками по периметру комнаты. В некоторых местах из-за отсутствия клея они не держались, а в некоторых намертво срослись со штукатуркой. После того как маман во время своего очередного внезапного посещения увидела весь этот ужас, она схватилась сначала за голову, а потом за телефон и озадачила родителя ремонтом моей жилплощади. Чуть больше месяца мне пришлось жить у них. В итоге я получила квартиру с новой сантехникой, плиткой и обоями.

Про свои эксперименты на почве зельеварения я тоже не забывала, отведя под это дело часть кухни. В шкафчиках в тканых мешочках хранились собранные мной травы и специально купленная посуда, которую я использовала для приготовления очередного зелья или настойки. Каждое лето я вместе с бабулей собирала травы и коренья, пополняя далеко не маленький запас. А что делать? И у трав есть срок годности. Поэтому первое с чего мы с бабулей начали после моего очередного приезда, это была ревизия всего что есть, а потом составление списка, что и в каком объеме нужно собрать, учитывая бабулину практику и мои потребности. Мы шли в поле или лес и в зависимости от того, какая трава поспела, собирали, сушили и сортировали по мешочкам и баночкам.

Не забывала я и о семейных книгах по зельеварению. Рецепты, которые там встречались, были иногда настолько интересны не только своим составом, но и результатом, что я только диву давалась. Это же нужно, как у моих предшественниц хватило ума соединить несоединимое, а главное получить результат, да еще и какой! Был там и рецепт омолаживающего зелья для ежедневного умывания, которое давало реальный эффект разглаженных морщин и подтянутого подбородка. С ним-то я и решила как-то поэкспериментировать. Не буду описывать, что да как я делала и какие травы использовала, но старая и больная кошка деда Ивана после моего эксперимента стала котенком, да и окрас сменила с рыжей на белый. Бабуля слила получившееся зелье в пузырек из темного стекла и спрятала от греха подальше. Рецепт мы записали в ту же книгу и тоже спрятали.

Часть лета я проводила в Крюковке, а часть у родителей в загородном доме, возясь с Кирюшей. Малыш был замечательным, улыбчивым и ласковым шкодником, которому до всего есть дело. Он унаследовал от обоих родителей только лучшее: обстоятельность отца, любознательность и неугомонность мамы. Он представлял собой этакого маленького мужчину, который своими 'почему?' планомерно изводил окружающих. После получения ответов на свои вопросы на время затихал, уж не знаю, что шевелилось у брата в головке, но выводы, которые он озвучивал, поражали своей нестандартностью и логикой. Мальчик рос умненьким, что не мешало ему, как и всем детям от души шалить. В возрасте полугода родительница возила Кирюшу к бабуле на предмет обнаружения магических способностей. Не нашли, слава богу, и в обычной жизни можно огрести кучу проблем из-за собственной глупости, а уж, какими они могут стать, если есть магические способности - одному богу известно.

Училась я на медфаке с удовольствием, некоторые предметы мне были знакомы еще по школе пани Орыси, некоторые были новыми. Первые два курса изобиловали общими дисциплинами, такими как история, математика, биология, химия и так далее. Были и специальные дисциплины. Самое большое впечатление на меня произвела анатомичка, даже не так - люди, которые там работали, таких циников я в жизни не встречала. Они могли совершенно спокойно шутить, есть, и читать возле препарируемого тела. В первый раз, когда я там побывала на занятии, вылетела из зала вся зеленая и долго приходила в себя, сидя на лавочке и пытаясь не попрощаться с завтраком. Второй раз, уже зная, что увижу, держала себя в руках лучше. А вот на третий раз смогла присмотреться к тем, кто вел у нас занятия, и была ошарашена, увидев вампира. Когда он понял, что я догадалась, то только весело мне подмигнул и продолжил лекцию. На протяжении следующих сорока минут до окончания последней на тот день пары, я не могла найти себе места от любопытства и беспокойства. Как же, вампир, читающий лекции по анатомии! Жуть! Я еле дождалась окончания занятий и подлетела к нему, в надежде выяснить, что же тут происходит. А оказалось все просто, совет города, куда входили главы вампиров, оборотней и магов из-за участившихся случаев самопроизвольного поднятия зомби, обязал вампиров дежурить по ночам в местных анатомичках. Кто же, как не они лучше всего почует будущую нежить. Чуяли, успокаивали и продолжали дежурить дальше. Оказывается, если в момент смерти человека задевает потоком магии (несанкционированное колдовство, магические поединки и так далее), то есть большая вероятность, что через пару ночей он самопроизвольно поднимется в виде зомби. Вот так.

Еще парочку вампиров я обнаружила в пункте переливания крови. Ну, тут и так все понятно. Несколько вампиров училось на старших курсах. И все эти истории, что днем они спят и боятся солнечных лучей, оказались большим преувеличением. Рожденные вампиры от людей отличались только прикусом, специфическими способностями и гемоглобиновой диетой. А вот сотворенные, те да, солнца боялись, но не так чтобы очень, спать могли как днем, так и ночью, чеснок не боялись, а не любили из-за тонкого обоняния. А все эти истории про ужас, летящий на крыльях ночи и кровавые бани, были преувеличением. Ну да, есть и среди вампиров отщепенцы и преступники, но где их нет? Вон у оборотней есть дикие, с которыми они усиленно борются и, из-за которых возникла большая часть жутких легенд. С вампирами-старшекурсниками я подружилась. Братья Ник и Рем оказались замечательными ребятами, веселыми, занятными, но со специфическим чувством юмора, на которое наложила неизгладимый отпечаток их специализация. Они собирались быть судмедэкспертами. На вопрос 'почему?' отвечали со всей серьезностью 'если не мы, то кто?'.

А потом я влюбилась. Нет, не так, Влюбилась, именно с большой буквы, в нашего преподавателя физиологии. Если бы на мне не висело несколько защитных бабулиных амулетов, то можно было бы подумать, что это сильнейший приворот. Он был ТАКОЙ! Высокий, стройный, можно даже сказать, поджарый, с хорошо развитой мускулатурой, с редкой проседью на висках, с милыми мимическими морщинками от не сходившей с лица улыбки. От его чуть хрипловатого голоса, разносившегося по аудитории, у меня бежали мурашки по телу. Его обаяние било прицельной наводкой по неокрепшим умам и сердцам юных медичек. Меня утешало только то, что не только я одна была в полном неадеквате во время лекций Феликса Вениаминовича. Точно такая же реакция была и у всей нашей женской части группы и у некоторых индивидуумов из мужской. Феликсу было чуть за сорок, он был давно и счастливо женат, что не мешало поклонницам носиться за ним табунам. А я... я тихо вздыхала в уголочке, пытаясь пережить первую в своей жизни влюбленность. Гордость не позволяла присоединиться к толпе почитательниц. Еще бабуля вбила мне в голову простую истину: лучше быть единственной, чем одной из многих. Поэтому терпела, вздыхала издалека и ждала окончания любовной лихорадки. Она закончилась после сдачи мною соответствующего экзамена. Как только я перестала наблюдать его каждый день, накал страстей начал спадать, а концу учебного года сошел на нет.

Ник и Рем, наблюдая мои метания, только тихо посмеивались, а потом раскололись. Феликс был на четверть инкубом, а от их магии амулетов еще не придумали. Они меня утешали, что мне полукровка или чистокровный не попались, вот там было бы совсем худо. Ну ладно, оборотни и вампиры, я к ним уже как-то привыкла. Но вот инкубы? Откуда бы им взяться? Оказывается мы, ведьмы, немало этому способствуем, призывая их из-за грани, а потом не можем сладить с распоясавшимися демонами. Почему-то чаще всего на призывы ведьм отвечают именно инкубы. Вот и гуляют потом по миру такие живые искушения, оставляя за собой шлейф из разбитых сердец, будущего потомства и выпитых душ. Отловом таких личностей занимается целый отдел магической безопасности, а ведьму, вызвавшую инкуба ждет смерть.

– И что находятся ненормальные, которые вызывают демонов?
– спросила я удивленно.

– Да, это происходит с постоянством, достойным лучшего применения, - Рем как-то печально улыбнулся и сел на одну из лавочек в сквере возле университета.

– А зачем?
– я все еще не могла осознать, что могут быть причины, из-за которых решаются на такое.

– А как ты думаешь? Власть, увеличение потенциала, несчастная любовь и дальше по списку, - махнул рукой Ник.

– И что, даже угроза смерти не останавливает?

– Как видишь, нет. Вы, люди, странные существа, всегда уверены, что именно с Вами такого не произойдет. А когда происходит, сильно удивляетесь, - Рем состроил смешную рожицу.
– Так что, мать, перекрестись, что тебе встретился всего лишь Феликс.

– Не понимаю, если демонов отлавливают, то, как же их потомство? Что с ними делают?
– я даже не заметила, как опустилась на лавочку рядом с Ремом, настолько была увлечена разговором.

– Тем, кого находят еще в детстве, глушат способности. Они потом доживают свой век обычными людьми. А вот с теми, кого в младенчестве не нашли, поступают исходя из того, что они успели натворить. У кого-то блокируют способности - это самый простой вариант, а кого-то и уничтожают, в особенности, если инкуб успел выпить первую душу, такого уже не остановить. Вот так, - Рем с тоской посмотрела на небо.

– А как же Феликс? Я же чувствовала притяжение и довольно сильное, - спросила я недоумевая.

– Да, на сто процентов способности не заглушить, вот из таких как Феликс обаяние и прет со всех щелей. Представляешь, что бы было, если бы его в детстве не блокировали?
– Ник сел рядом с нами и обнял меня за плечи. Никакого подтекста в этом жесте не было, всего лишь защита и поддержка.

– Тогда получается, что инкубов отловить не так уж и тяжело?
– я продолжила пытать братцев.