Чтение онлайн

– Ты не местная, наверное? – Вдруг спросил он, натягивая кроссовки. – Местные здесь и днём-то не купаются. Знаешь, какие слухи ходят об этом месте?

– Ты про утопленницу-русалку? Знаю, конечно, только не верю я в такие сказки.

– А кто тогда держал тебя там, под водой? – В его голосе проскользнула усмешка, глаза чуть прищурились.

– Не знаю, ты нырял, не видел, что это было?

– Не видел, вода мутная. – Ответил парень таким тоном, что Мирослава и не поняла – правду говорит или просто хочет её ещё больше напугать. Тем не менее, от его ответа у неё по спине поползли мурашки.

Он вдруг слегка улыбнулся, увидев новую волну страха в глазах девушки – достаточно с неё на сегодня, наверное, на полжизни вперёд натерпелась ужаса:

– Да шучу я. Сеть там была, старая, вся в тине, скользкая, еле снял. Как ты так умудрилась?

Мирослава с подозрением посмотрела на парня – что-то в его интонации насторожило, но лишь на секунду. Она отмахнулась от странного чувства, будто он специально говорит про сеть – ну не русалочью же руку он там снимал, в самом-то деле?

– Сама не понимаю. – Пожала плечами девушка. – Ты извини, мне идти нужно, бабушка уже, наверное, тревогу подняла. Спасибо тебе еще раз.

– Тебе куда?

– На Зелёную.

– Ты там живешь?– С сомнением спросил парень.

– Да, а что?

– Просто и я на этой улице живу, а тебя ни разу не встречал. Меня, кстати, Саша зовут.

– Мирослава. – Представилась девушка. – Я к бабушке в гости каждое лето приезжаю. Но тебя тоже не помню.

Они вместе направились к дороге, отмахиваясь от начинавших одолевать комаров.

– А кто твоя бабушка?

– Тюрина Глафира Петровна.

– Тогда и вовсе странно, что мы не знакомы, ведь Глафира Петровна – подруга моей бабушки.

– Быкова Надежда Ивановна – твоя бабушка? – Удивилась Мирослава, потому что настоящая подруга у Глафиры Петровны была одна, да и жила она не слишком далеко, всего через несколько домов. Как же вышло так, что при этом внуки не знакомы?

Глава 3.

– Сашка-то? – Переспросила Глафира Петровна, будто сразу не расслышала или не поняла вопроса внучки. – Так он не жил здесь до позапрошлого года. Он с родителями в Гусарино был, а как они развелись, так сюда и переехал.

– Он один с баб Надей живёт? А как же родители, одного отпустили? – Удивилась Мирослава, ведь обычно при разводах дети оставались с кем-то из родителей.

Глафира Петровна сделала очередной глоток чая, поглядывая на внучку поверх чашки и явно подозревая, что та рассказала не всю правду о знакомстве с внуком соседки. Уж больно вид у неё ошалелый был, когда вернулась домой затемно в компании Сашки Быкова. Как пить дать – что-то приключилось неладное, а не просто встретились на пляже у реки. Можно подумать она не заметила, что у парня вся одежда мокрая была. Но расспрашивать не стала – так рада была, что внучка вернулась домой, ведь уже стемнело, и старушка уже собиралась звать на помощь Надьку и отправляться на поиски Мирославы.

– Отец Сашкин несколько лет назад ушёл к другой бабе, уехал далеко. – Как бы нехотя начала рассказывать бабушка. – А мать всё своё горе и боль на сыне вымещала, винила его в своей теперь одинокой жизни. Будто мешал он ей нового хахаля себе найти. Ну а Сашка что, он уже парень взрослый. Надька ему предложила в Кикеевку переехать, пожить хотя бы до поступления в институт, а он и согласился. Тем более, что с бабкой у него всегда отношения хорошие были. Любит она внука. Да он и сам парень не плохой.

Мирослава задумчиво слушала, вспоминая нового знакомого, показавшегося ей человеком серьёзным и надёжным. То ли это от того было, что он её спас, то ли просто почувствовала его суть.

Ведь иногда так бывает – будто под маску, которую каждый из нас носит, заглянул – человека ещё толком не знаешь, а уже ощущаешь его характер, который сразу же или располагает к себе или отталкивает, несмотря ни на какие внешние манеры. Стало жаль его – наверное, тяжело парню без семьи и без отца.

– Как можно бросить собственного ребёнка? – Тихо спросила она.

– В жизни всякое бывает. – Пожала плечами Глафира Петровна и принялась убирать со стола. – Давай-ка спать, что-то мы сегодня засиделись с тобой, с гулянками твоими.

– И никакие не гулянки… – пробормотала Мирослава. – Сейчас лягу, пойду только в баню, умоюсь…

– Я тебе на счёт бани уже не один раз говорила. – Бабушка строго глянула на внучку. – Надо умыться – вот ковш, таз и вода. Умывайся, а в баню среди ночи нечего шастать без надобности.

– Ну ба-аб…– девушка закатила глаза. – Это же все глупости и предрассудки, сама говорила.

– Может и глупости, но глупостям тем уже не одна сотня лет, а значит прислушиваться нужно. – Старушка поучительно подняла вверх указательный палец и прищурила подслеповатые глаза. – Вон, Машка с соседней улицы, пошла давеча ночью в баню, и что думаешь? Ошпарилась! Банник ей вместо теплой воды, что она приготовила для умывания, кипяток крутой подсунул. До сих пор шрамы лечит.

– Ага. Это она спьяну, твоя Машка-алкашка. – Буркнула Мирослава, зная о какой Машке речь и даже не удивилась такой истории. В пьяном-то состоянии хорошо, что только ошпарилась, а то и угореть могла и захлебнуться, всё что угодно.

– Ну так, – бабушка и бровью не повела. – Банник он же пьяных-то не любит. Вот и решил проучить, чтобы не совались к нему среди ночи в таком состоянии.

Девушка лишь покачала головой, не понимая – шутит бабушка или говорит всерьёз. Но в баню, тем не менее, не пошла, ограничившись ковшом и тазом, который предложила Глафира Петровна.

Через несколько дней Мирослава всё же столкнулась с Глебом. По-глупому столкнулась – в дверях магазина. Всё потому, что шла, уткнувшись носом в смартфон – набирала сообщение городской подруге.

Едва вышла на улицу, так почти и врезалась в Глеба, который в компании нескольких парней, незнакомых Мирославе, собирался зайти в магазин.

Душными летними вечерами единственный деревенский магазин под названием «Перекресток» так и притягивал местную молодёжь – шли кто за соком, чипсами, сухариками или семечками, а кто – за пивом.

Вот, например, Глеб всегда приходил именно за пивом. При чём, ему удавалось получать пенный напиток совершенно бесплатно. Дело в том, что Глеб был совершеннолетним, старше большинства парней из своей компании – он собрал вокруг себя группу ребят помладше и считался авторитетом среди них. Вот те и шли к нему с просьбой купить пиво, а ему за это – процент. О процентах тоже договаривались – иногда брал деньгами, иногда – просто покупал себе выпивку за чужой счёт.