Чтение онлайн

Тем временем в тазу происходило нечто невообразимое. Поднявшийся пузырь оказался почти высотой с рост Добрыни. А когда он лопнул, будто мыльный, всех, кто стоял поблизости, котов, Волкова и меня, обдало водой. В тазу плеснуло и над его поверхностью показалась уродливая, но очень знакомая мне, голова.

 Роман. Я сразу узнала местного водяного. Стало понятно, что хочет от этого толстяка колдун.

– У нас договор, - спокойно произнес Волков. Ох, мне бы его выдержку. Дом горит, каждая минута, нет, даже секунда, на счету, а он спокоен, будто скала. – Мне нужна твоя помощь.

 Роман поежился, огляделся. В тазу повелителю озерца и речушек явно было некомфортно.

– Фу, - выдал водяной. – Воняет-то как. – И поглядел рыбьими глазами на огонь, который трепал часть дома, где была веранда.

– Это кто ж так тебя? – то ли сочувственно, то ли с долей злорадной иронии, по голосу толком не понять, спросил Роман.

– Ты туши, потом поговорим, - отрезал Добрынюшка жестко (ага, он так умеет! Уж я-то в курсе). – Не тяни время.

– Хорошо, хорошо, - забулькал водяной, разворачиваясь в тазу.

 Домовой уставился на нечисть, широко открыв глаза. Видимо, живьем такого уродца он еще не видел. А котенок так и вовсе ноги сделал за ближайшие кусты малины. Я же осталась стоять на месте, лишь следила за тем, что происходит.

 Роман приподнялся, вцепившись сильными руками в края таза. Развернулся так, чтобы сидеть лицом к дому. Буркнул раздраженно:

– Што, не мог корытце пошире найти. Тут не развернуться!

– Времени не было. Что первое под руку попало, то и наполнил, - ответил Добрыня.

 Тут Роман чуть отклонился назад. Потом запрокинул голову и открыл ротяку. Из нее хлынула вода. Да такой напор, что любой кран позавидует. Даже пожарный шланг нервно курит в сторонке. У водяного был напор всем напорам на зависть. И я несколько минут любовалась процессом тушения, уже сообразив, что таким вот способом дом мы точно спасем.

 Волков в это время руки вверх поднял и как хлопнет, что было дури. Я даже подпрыгнула на месте от испуга.

 С неба, словно снежинки, посыпались блестящие точечки. Ну просто карнавал какой-то.

– Что это? – дала о себе знать.

 Добрыня обернулся. Темный взгляд пробежал по моему лицу.

– Магия. Пришлось деревенских немного усыпить. Не надо им видеть то, что делает Роман. Сама понимаешь, - он явно не удивился, увидев меня. А значит, все это время был в курсе, что я стою рядом, за спиной в паре шагов. – Это действует только на людей. Евдокия, к примеру, не уснет, - добавил колдун.

– Вот как, - проговорила тихо. Несколько секунд стояла молча, глядя, как Рома заливает дом водой. Отчего-то поняла, что роскошная кухня Добрыни теперь вряд ли подлежит восстановлению. А жаль. Готовил он отменно. На уровне моей домовихи.

 А потом словно обухом по голове.

 Что там сказал про нечисть и людей Волков?

 Эта магия усыпит только людей, не так ли?

 Бросив быстрый взгляд на Добрыню, резко развернулась и побежала назад, к колодцу и цепочке деревенских. В мыслях пойманной птицей билась яркая и, как мне казалось, вполне разумная идея. Вот и проверю свои догадки. А вдруг?

 Я выбежала во двор. Сердце гулко ударилось в груди, когда взгляд остановился на застывших жителях Ложечек. Все они, ну или почти все, замерли в том положении, в каком их застала магия колдуна. Кто-то с ведром в руках, кто-то с протянутыми руками, а кто и вовсе в нелепой или смешной позе. Магия, как говорится, не выбирает. Но меня интересовал только один определенный человек. Старик. Дед Степан.

 Я увидела его сразу. Дед стоял, держа одной рукой трубку, а другую тянул в сторону колодца, где ему уже передавали по цепочке ведро. И вся эта композиция застыла, будто созданная из воска мадам Тюссо.

 Старик явно не являлся нечистью.

 Я облегченно вздохнула, прошла вперед, увидев Евдокию, выходившую из темноты.

– Добрыня? – только и спросила продавщица.

– Ага. – Кивнула в ответ.

– И правильно. Ведрами это не потушить, - женщина устало привалилась к низкому каменному забору, окружавшему владения Волкова. Перевела дух.

– Как зелье? – воспользовавшись моментом и просто, чтобы поддержать беседу, спросила я.

Медведица вскинула взгляд и улыбнулась так широко, что лишних слов не понадобилось.

 У нее все получилось. И я рада за Евдокию.

 Развернувшись к дому, посмотрела на работу водяного. Пламя почти погасло, но Роман все еще трудился, а мне стало любопытно, откуда он берет воду. Если из своего озерца, то последнее порядком обмелеет. Но сомневаюсь, чтобы водяной пошел на подобные жертвы, даже ради Добрыни и их какого-то там договора.

 - Ну я так и знала, что ты ведьма, деточка, - раздался рядом женский голос и еще одна фигура, как оказалось, не поддалась влиянию магии.

 Я в удивлении уставилась на тетку Августу. С ней мы были едва знакомы, но и подумать не могла, что эта милая женщина тоже окажется нечистью, или кем-то подобным. Даже любопытно стало.

– Вижу, удивлена, - она подошла, встала рядом. Посмотрела на дом и отступавший огонь. – Эх, жаль! Такая веранда у Волкова была. Ну да ничего. Он мужик рукастый. Отстроит заново. Еще и краше будет.

 Я помялась, глядя на Августу. Затем тихо так спросила:

– Извините, а вы кто?

 Вопрос мой нечисть поняла. Улыбнулась и ответила:

– Мавка я, лесная.

 Ого! Кажется, я не смогла скрыть удивление. Но женщина не обиделась.

– Давно уже живу как простой человек. Опостылела мне моя прежняя жизнь. Вот, замуж вышла. Да муж давно сгинул. Зато дочь родила, а она мне внучку, - зачем-то рассказала Августа. – У Глаши, хвала богам, нет ничего от меня. Человечка она. Самая обыкновенная. – Мавка вздохнула. Добавила скупо. – Жить в городе пыталась, но не вышло. Не мое это. А здесь, в деревне все лучше. И воздух, и лес рядом. Все же, иногда меня тянет туда. Себя не изменить, как не старайся. Подавить сущность нельзя.

– Ага, - кивнула пораженная очередным открытием.

 Думала поймать деда Степана, доказать, что он нечисть, а в итоге узнала, что нечисть – эта милая женщина, которую недавно встретила, когда к Евдокии в магазин шла.

– И много вас тут еще таких необычных? – спросила я.

– Да есть еще. Не все пришли к дому огонь тушить. Да и не все спокойно о себе говорят, - улыбнулась Августа. – Ты просто еще молоденькая ведьма. Вот в силу вступишь в полной мере, да поколдуешь год-другой, сразу научишься отличать нас от людей.