Чтение онлайн

– Стой!

Погоня продолжалась, но всякий раз, когда цель была близка, двойник ускользал, оставляя меня ни с чем. Мы бежали сквозь бесчисленное множество комнат неправдоподобно большого дома. Узкие коридоры, внутренние балконы, галереи, лестницы, залы и каморки мелькали перед глазами, и казалось, этой погоне не будет конца.

– Кто ты? Ответь! Посмотри мне в глаза! – в отчаянии крикнул я, заметив маячившую на противоположном конце зала фигуру.

Двойник замер в дверном проеме, но так и не обернулся. Похоже, он ждал меня. Я пошел вперед, испытывая с каждым шагом все возрастающий ужас. Кем на самом деле был человек с моей фигурой? Что ждал он от нашей встречи?

– Кто ты? – просвистел не похожий на человеческий голос.

Испуганный крик застрял в горле, и я на миг потерял способность двигаться. Белый блин с миниатюрными вывернутыми чертами был жуткой пародией на человеческое лицо.

– Посмотри мне в глаза, – ухмыльнулся, обнажив гнилые осколки зубов, монстр. – Мы едины.

Избавившись от оцепенения, я пулей рванулся прочь. Комнаты, комнаты, комнаты – все менялось, кружилось, теряя форму, зеленоватый туман разъедал предметы и сам воздух. Вскоре силы покинули меня, я остановился, прижал лоб к прохладной колонне огромного зала и закрыл глаза. А когда, секунду спустя, открыл их, то обнаружил, что нахожусь у порога своей комнаты. Луна озаряла старую лестницу, не смолкали тихие скрипы и шорохи, но огромные лужи на полу бесследно исчезли – похоже, все пережитое оказалось долгим кошмарным сном.

– Надо сделать это! – вслух произнес я и нащупал лежавшую в нагрудном кармане записку.

И вновь заскрипели под ногами выбеленные луной ступеньки, а в конце коридорчика замаячила недосягаемая дверь. До нее оставалось не более пяти шагов, когда пол протяжно заскрипел, стены дрогнули и прямо передо мной пролегла глубокая трещина. Она быстро расширялась – на голову полетели куски штукатурки, жалобно задребезжали стекла, пол затрясло, как в лихорадке. Надо было удирать из опасного места, но я не мог – черная пропасть под ногами притягивала к себе с непреодолимой силой.

То, что скрывалось под полом, жило своей пугающей, тайной жизнью. Когда глаза привыкли к темноте, я разглядел в глубине трещины колыхавшееся и пузырившееся Нечто. Оно медленно поднималось все выше, и над его черной поверхностью начали клубиться зеленоватые, похожие на змей полоски тумана. А потом неожиданно на мое плечо опустилась тяжелая, холодная рука…

– Пустите!

Жесткие пальцы сжимались все сильнее, пресекая любую попытку вырваться на свободу. Я обернулся и с ужасом понял – меня удерживала не рука, а сама стена дома. Твердый выступ безжалостно сдавливал плечо, да и сама плоть немела, превращая меня в часть чудовищного здания.

– А-а-а! – заорал я, не в силах больше противостоять нахлынувшей панике. – А-а-а!

– Проснись! Мишка, подъем! – настойчиво повторял над ухом знакомый голос. – Подъем!

И в этот момент наваждение исчезло. Я лежал на залитой лунным светом раскладушке, а мое плечо тряс испуганный и удивленный Антон:

– Ты случайно не псих, Мишка? Нельзя же так орать.

– В этом доме психами становятся не случайно, – я успел окончательно прийти в себя и сообразить, что спал и видел отвратительный сон. – Прости за вопли, но, по правде говоря, здесь каждый шорох действует на нервы.

– Не бери в голову. Скоро привыкнешь. – Антон отошел от раскладушки, нырнул под одеяло. – Это луна во всем виновата. Завтра же повешу на окно штору. Спи спокойно, дорогой товарищ.

– И тебе того же.

Больше этой ночью кошмары меня не мучили.

Новый день начался с ремонта. Настроение у всех было боевое, и даже поранившаяся вчера Лора решила по мере сил, участвовать в работе.

– Это лучше, чем без дела бродить по саду, – сказала она, рассматривая рулоны нарядных виниловых обоев. – Когда мы начнем оклеивать стены?

– Придется подождать, Лорочка, – дядя Павел передал мне пакет побелки, а потом достал из чулана несколько банок краски. – Терпение. Ремонт не прогулка, а скорее стихийное бедствие. Сперва надо замазать щели, побелить потолки, выкрасить рамы и только потом можно будет приступить к обоям. Кстати, как обстоят дела на втором этаже?

Дела на втором этаже обстояли неважно. После того как Лора порезала руку, мы больше не заходили в правое крыло дома, и работы там оставался непочатый край. Надо было наверстывать упущенное, и, оставив дядю Павла возиться с проводкой, Антон, я и обе мои сестренки заторопились наверх.

– Сперва закончим комнату, в которой нашли рисунок, тогда останется еще одна каморка и коридор, – Антон распахнул дверь, галантно пропуская вперед девчонок. – Лора, ты сможешь отдирать обои?

– Если только одной рукой.

Работа закипела. Поднявшись на стремянку, Антон ползал под потолком, замазывая трещины, Саша с хрустом отдирала пласты обоев, Лора давала ценные указания, а я прибивал отошедший от стены плинтус.

– Смотрите! Вот это да! – Саша захлопала в ладоши.

– Еще один рисунок? – поинтересовался собравшийся было слезать со стремянки Антон.

– Да смотрите же!

Теперь, когда стена оказалась полностью освобождена от обоев, стало видно, что лист фанеры, на котором еще вчера красовался загадочный символ, на самом деле был небольшой дверкой.

– Что, если там подземный ход?! Представьте, сейчас мы откроем дверцу, а за ней винтовая лестница, спускающаяся в подземелье. Ход приведет нас в пещеру, где прятали награбленное золото разбойники. Короче, мы найдем клад и жутко разбогатеем, – возбужденно тараторила Саша. – Лично я куплю себе много-много фарфоровых кукол и целый батальон Барби. А еще бижутерию из чешского стекла.

– В наших краях никогда не было разбойников. Скорее всего ты нашла замурованную дверь в соседнюю комнату. В доме часто делали перепланировки.

– Ах, Антон, романтик в тебе умер, наверное, еще в первом классе. Лучше помоги ее открыть, кажется, она заколочена.

– Подождите, – изображавшая начальницу Лора оттеснила нас от фанерной двери. – Надо позвать взрослых. Пусть дядя Павел ее и откроет.

– Я мигом! – Саша резво выбежала из комнаты, на ходу напомнив: – Учтите, клад будем делить поровну.

Вскоре она вернулась в сопровождении дяди и тети. Дядюшка и племянница весело болтали, а в глазах тети Иры мелькал плохо скрываемый испуг.

– Похоже, это выход на лестницу, – предположил дядя Павел и поддел фанерный лист острием стамески. – Сейчас все выясним. С рождения здесь живу, а всех секретов дома так и не узнал. Ну-ка, поднажмем!

Дверь отворилась неожиданно легко, дядя потерял равновесие и, схватившись за стену, распорол ладонь торчавшим из нее гвоздем.

– Черт! – пробормотал он, вытирая кровь. – Экий я неловкий.