Чтение онлайн

— Вы не драконорожденная. Энергия феникса использует ваше тело, как пристанище для его возрождения. Соответственно ваша личность — это помеха.

— Сгинь с глаз моих, красноволосое чудище! — шикаю на него.

Огонь начинает струиться по коже. Я закипаю от злости. Это я помеха?!

Ничего. Пусть празднуют свою победу. Мой реванш не заставит себя ждать

Вот теперь я хочу мести! Довели до точки кипения!

Я найду выход. Сдаваться, кориться… рожать наследников… увольте.

Выход есть всегда. Только его надо найти!

— Ты попала, — каркает Семен, когда мы остаемся одни. — Теперь ты узнаешь, как это быть птицей! Вот она расплата за твое глумление!

— Ты паршивец, Семен! У меня тут, можно сказать, трагедия! А ты нашел время для своих мелочных обид! — показываю ему огненный кулак.

Так. Спокойней. Еще немного и реально поджарю своего котоворона.

К счастью, отвар мне приносят быстро. Литров десять в огромном кувшине.

И меня реально сушит так, будто внутри пламя выжигает внутренности.

Тот случай, когда нервы реально убивают. Надо контролировать себя. Иначе летать мне безумной огненной птицей без шансов на спасение.

— Ладно… мир, — опускаюсь на постель. — Нам не ссориться надо, а решать, как распутать эту ересь.

— Дракон ошибся. Ты не теряешь свою личность, — Семен усаживается на спинку кровати.

— Это я поняла. Я же не Августина. Только в феникса я все же превращаюсь.

— Да.

— В итоге у нас нет точной информации. Есть цели: спасти пони и самим вернуться домой. Еще бы по возможности утереть нос красному и синему заодно. Не спущу им с рук своих унижений!

— Угомонись! Снова закипаешь, — рассудительно замечает птица.

— Августина… скоро у меня начнется на это имя аллергия. Куда ни плюнь, везде она засветилась!

— Мы в ее комнате… — оглядывается по сторонам Семен. — Тут ее вещи…

— Точно! — вскакиваю, как ужаленная. — Тут должна быть зацепка! Не могла она совсем не наследить!

Принимаюсь за поиски. Лихорадочно все переворачиваю.

Одежда, туфли, украшения… сколько их тут… Дракоша не скупился, если это реально его подарки.

Его… раз она из монастыря к нему пожаловала. То явно не увешанная драгоценностями.

Едкая ярость разливается по телу. Случайной любовнице не дарят столько офигенных украшений. Тут камни на любой вкус, ослепляют, переливаются… Вот дракон и бесится, что из шкуры лез, а его с носом оставили. Так ему и надо!

Только почему-то странное чувство в груди. Как представлю их вместе! Они были любовниками, тут сомнений нет! И мне это не нравится. Будто кто-то замахнулся на мое. Хоть это и не так.

Я перерываю все. Ползаю по комнате в поисках зацепки. И ничего.

— После исчезновения Августины они тут все обыскали. Если, что и было, наверно, нашли, — со злостью бью кулаком по полу.

— Или не нашли, — Семен летает рядом.

— Ничего нет! — снова ударяю огненным кулаком, а птица сверху посыпает место удара радужной пылью.

Плита отходит. Образуется маленький проем.

— Тайник, — потираю от радости руки.

Неужели удача! Первая с момента моего пребывания тут!

Засовываю руку. И тут же получаю болезненный укол.

— Ай! — достаю окровавленный палец.

— Огнем попробуй, — советует котоворон.

— Все-то ты знаешь, умник, — ворчу, но делаю, как он говорит. Пальцы вспыхивают огненными искрами. И тогда рука легко пролезает в отверстие. Достаю оттуда медальон в форме… головы болотной девы… с ее выгравированным изображением на зеленом драгоценном камне.

— Зачем мне… ЭТО?! — морщусь от гадливости. — Мерзость…

— Там должен быть секрет, — снова проявляет чудеса сообразительности птица.

Ландер

До самой ночи летаю в небесах. Пытаюсь взять гнев под контроль. Ложусь на облака, они укутывают меня, обдавая родным пламенем. Мое королевство пропитано магией предков, оно истощает энергию, что питает нас.

И день за днем я вижу, как несчастлив мой народ. Они живут, повинуясь инстинктам в вечной войне. Я хочу их освободить, снять чары. И узнать, что же у нас забрало проклятье.

Мы словно скованы невидимыми цепями, лишены чего-то важного. Но никто досконально не знает чего именно. И я чую — разгадка близка. Августина смотрела в правильном направлении, но потом… резко свернула во вражескую степь…

Снова мысли возвращаются к ней. Там в поле я закипал от злости, глядя на нее… И изнемогал от странного голода, что охватил мое тело. Я задыхался и едва сдерживал дрожь. Желание прикоснуться было ошеломляющим.

Никогда ничего подобного я не ощущал. Ни с одной из самых именитых искусниц. Сколько их прошло через мое ложе? Не счесть.

Даже сама Августина ранее не вызывала во мне и толики подобных эмоций. Я без усилий контролировал свои желания. Потому и не спешил. Она не пробуждала во мне огня, вот этой нестерпимой жажды, что я учуял, встретив ее после разлуки.

Августина ведь отдалась другому, а при этом стала для меня самой желанной девой в мире? Как это могло произойти? Ведь Мирград осквернил ее. Что уже это должно было навеки оттолкнуть меня.

Но я смотрел и не узнавал. Впитывал черты ее лица. Исходился от бессильной ярости, и изнывал от дикого желания.

Но ведь это определенно она. Мой нос не подводит. Хоть и знатно похорошела.

Тогда я еще не мог понять, что в ней изменилось. Чуял магию, но не понимал ее истоков.

Эмоции от встречи захлестнули меня.

Еще и ворон, подаренный мной, приобрел магию радуги. Редкий и практически исчезнувший дар. Как и когда обычный ворон обрел такую магию?

Слишком много вопросов. А мой мозг объят диким влечением к предательнице. Ее голос звучит иначе, он проходится бархатными касаниями по моей коже, пробуждая во мне неведомые доселе эмоции. Я задыхался в водовороте неизведанных ощущений. Презирал их и при этом жадно впитывал.

Уже тогда решил, что она родит мне наследника. Только она и никто более. Запру в замке, и пусть будет мне усладой для плотских утех. Жениться все же придется, если хочу, чтобы сын имел все права на престол. Но ничего… это не помешает мне вернуться к излюбленным искусницам, когда наиграюсь с Августиной. А ее удел будет рожать и служить. И глядишь, постепенно искупит свою вину за предательство.