Чтение онлайн

— А ты, что же, Ди, думаешь, что ЭТО — любовь???.. — Иллиандра застонала от отчаяния, переводя полный ненависти взор на Терлизана, с явным интересом наблюдавшего за их перепалкой.

Диадра тоже взглянула на него и, встретив его взгляд, в котором насмешка тотчас сменилась настороженным любопытством, невозмутимо улыбнулась.

— Разумеется, нет, — ответила она, по-прежнему глядя только на него. — Это не любовь. Это трудно даже назвать отношениями — скорее, взаимное одиночество… Но тебе, Илли, в любом случае не понять этого чувства — не до тех пор, пока ты потеряешь кого-то, без кого не можешь дышать…

— Я — НЕ ПОТЕРЯЮ — ПЛОИДИСА!! — взревела Иллиандра, и Диадра, осознав, что сказала, обернулась к ней.

— Илли, я не…

Но принцесса не дала ей договорить.

— Идиотка, — прошипела она яростно и, развернувшись на каблуках, бросилась прочь с балкона так, что тюли взметнулись за ней следом.

Диадра стояла, не шевелясь и глядя вслед исчезнувшей подруге. Ярость и отчаяние в ее душе смешивались со скорбным чувством раскаяния. Она обидела Илли… наговорила ей глупостей, признаться, несправедливых. Но ведь и подруга была хороша!.. Даже не выслушала ее, даже не попыталась понять… да, Терлизан охотился за нею, но разве она, Диадра, не сознавала этого?.. И разве не стремилась помочь им обоим?.. Вот только Илли не видела в Терлизане света, не могла поверить, что у Диадры были свои причины тянуться к нему… или… не было?.. Быть может, она выдумала их, мертвой хваткой вцепляясь в иллюзии, и теперь в самом деле предавала подругу?..

Диадра горько вздохнула.

Она была одна. Она так устала от этого, так запуталась; она бы так хотела сейчас, чтобы рядом был лишь тот единственный, кто поистине восхищался ей и любил ее, тот, кто никогда не считал ее наивной, глупой, недальновидной, кто никогда не ставил себя выше, а лишь уважал и бесконечно ценил ее такой, какой она была.

Но его уже не было. И больше ни для кого она не могла быть такой же безупречной, такой же безусловно достойной любви, и понимания, и уважения. Она была совершенно одна.

Руки Терлизана легли на ее талию.

— Значит, взаимное одиночество?.. — прошептал он прямо над ее ухом, лаская дыханием ее шею.

Диадра передернула плечами, возвращаясь к холодной реальности.

— Не знаю. Но мне показалось, это довольно точное описание.

— Да. Вполне точное.

Диадра обернулась к нему, не вырываясь из его объятий, и равнодушно взглянула ему в глаза.

— Поцелуй меня, Терлизан.

Он не шевельнулся и лишь чуть поднял брови в удивлении, внимательно изучая ее. Диадра спустя несколько мгновений изогнула брови в ответ.

— В чем дело?..

— Зачем ты делаешь это, Диадра?

— Что?

— Пытаешься причинить себе боль.

Она криво усмехнулась.

— Боль?.. Мне казалось, поцелуи это не больно. С тобой — даже вполне приятно…

Терлизан только равнодушно хмыкнул в ответ на ее издевательский комплимент.

— Брось, Диадра. Попытку сарказма я оценил, но… Ты ведь не пытаешься заменить мною Берзадилара — знаю, что нет. Тогда зачем же…

— Ты никогда не смог бы заменить Берзадилара, — излишне резко оборвала его Диадра, и Терлизан едва заметно нахмурился.

— Я и не стремлюсь, — ответил он прохладно. — Я лишь спросил, что тогда ты пытаешься получить от меня.

Диадра помолчала немного.

— Иллюзии, — ответила она наконец. — Я знаю, что все это лживо и непостоянно, что между нами нет ничего, кроме иллюзий, но, честно — мне все равно. Тебя это забавляет, мне это нужно… а раз так, то почему нет, Терлизан?.. В конце концов, я могу делать, что хочу, со своей жизнью…

— Даже растоптать ее и безразлично смотреть на осколки, — тихо закончил за нее Терлизан, и Диадра ошеломленно подняла на него глаза. Что?.. — Ты напрасно думаешь, что все это пройдет бесследно. Раскаяние придет, но позднее, когда ты поймешь, что разрушать тебе больше нечего… и будет только боль, и пустота, и отчаяние.

Диадра застыла, ощущая его теплые руки на своей спине и его неожиданно мягкий взор, отчего-то заставлявший ее дрожать и болезненно сглатывать ком в горле. Он понимал, о чем говорил… он знал об этом не понаслышке.

О Боги, ну за что же, за что…

— Тогда что мне делать?.. — прошептала она едва слышно, и он печально качнул головой, отвечая ей так же тихо:

— Я не знаю.

Диадра отвела глаза, устремляя взор в пустоту, и мысли ее были такими же пустыми. Все равно… все равно. Забыться, хоть еще на мгновение, и не знать, не думать, не помнить… Она потянулась к Терлизану, обвивая руками его шею, и застыла в дюйме от него.

— Поцелуй меня, — прошептала она. — И не думай ни о чем. Так легче.

Он странно взирал на нее еще мгновение, а потом закрыл глаза и коснулся ее губ — медленно, мягко и осторожно. Диадра затрепетала. Иллюзии, всего лишь иллюзии… она поцеловала его плотнее. Ладони на шее, пальцы путаются в волосах… магический вихрь закружил их, опуская в сумрачной гостиной, и Терлизан, не отрываясь от ее губ, взмахом руки зажег огонь в холодном камине.

Диадра чуть отстранилась, встречая его взор, в котором плясали золотистые отблески пламени. В ее взгляде смешались ожидание, неуверенность, робкий интерес.

— Уверена, что хочешь этого?.. — тихо спросил Терлизан, и Диадра усмехнулась нарочито небрежно:

— Подозреваю, что с недавних пор мне уже поздно терзаться сомнениями.

Терлизан тихо рассмеялся от неожиданности.

— Глупая девочка, — прошептал он, скользя пальцами по ее щеке.

Он улыбнулся и склонился к ней, накрывая ее губы чувственным поцелуем. Он и сам не знал, зачем спросил ее: обычно он не тратил время на такие глупости. Но вот сейчас, с ней, он внезапно поддавался странному порыву, зарождавшемуся в его душе. Он, циничный и равнодушный, чье сердце уже давно не смягчалось ни перед одной женщиной, теперь все чаще смутно желал уберечь ее от чего-то, укрыть эту наивную, беззащитную девочку в своих объятиях. Путаные, противоречивые стремления… Как он мог защитить ее, если все это время, без сомнений, собирался использовать в своих планах?.. Сегодняшняя сцена на балконе сыграла ему на руку, продвинув его вперед так, как он даже не предвидел, и следующий шаг теперь был за ним… еще немного, совсем немного — и он добьется желаемого от Илли.

Но сейчас, неожиданно, ему не хотелось думать об этом. Ему не хотелось думать ни о чем — ни о ком, кроме той, кто была сейчас рядом с ним.

Не отрываясь от губ Диадры, он стянул с себя рубашку, и девушка тотчас доверчиво прильнула к его горячей груди. Он подхватил ее, делая шаг и прижимая ее к стене, и уверенно провел ладонями по ее бедрам, заставляя обвить ногами его тело и сомкнуть лодыжки у него за спиной. Диадра напряглась в его руках, явно не готовая к столь быстрому темпу, и он чуть отстранился, встречая ее взгляд; его глаза переливались золотом в теплых отблесках камина. Диадра смотрела на него с настороженной нерешительностью, и этот беззащитный взор, полный одновременно опаски и доверия, невольно обезоруживал его.

Нет, он не станет ранить ее. Он использует эти отношения так, как только сможет, чтобы добиться своего от Иллиандры; но здесь, сейчас, в полумраке этой ночи он будет бережен и заботлив.

Несколько долгих мгновений он внимательно удерживал ее взгляд, ожидая, пока она свыкнется с близостью его полуобнаженного тела, прижимавшего ее к твердой стене, с давлением его стальных мускулов против ее нежной груди и беззащитно распахнутых бедер; потом вновь склонился ближе и принялся бережно ласкать ее, накрывая мягкими губами ее шею. Диадра обвила руками его плечи, отвечая ему робко, неумело.