Веер молодости
Шрифт:
Подкосились ноги у Тораяна. Насилу-то, насилу сошло у него с языка:
– Так, значит, зонт меня на самое небо занес? Что теперь со мной будет? Пожалей меня, дай приют.
Тут как раз идут рогатые черти, стучат в барабаны. Это и были громовики. Рассказал им Тораян про свою беду.
– Ну что ж, пожалуй, поживи у нас, – говорят громовики. – Поможешь нам. Как ударим мы в свои барабаны: горо-горо-горо-горо, – ты сразу лей воду из кувшина.
– Уж постараюсь.
Стали черти бить в барабаны, Тораян воду из кувшина на землю льет, Огненная зарница то и дело глазами сверкает.
Посмотрел Тораян сквозь облака на землю:
– Вот смех-то, веселая работенка! Ой, вот потеха!
Льет Тораян воду из кувшина, а на земле суматоха. Люди бегают, как испуганные муравьи, белье с шестов снимают, зонты раскрывают, прячутся кто куда. Загляделся Тораян, зазевался да и ступил в просвет между облаками.
Летит Тораян с неба вверх тормашками. Ухватился было за крыло пролетного дикого гуся… Закричал дикий гусь не своим голосом. Выпустил его Тораян – и шлеп!
Угодил в самую середину Осакского залива. Только круги по воде пошли.
В один миг очутился Тораян на морском дне.
Стоит под водою дворец дивной красоты, весь жемчугами изукрашен.
– Ой, что это? Никак, дворец Повелителя драконов?
Вышла к Тораяну Отохимэ, прекрасная дочь морского царя, и повела гостя к своему отцу.
Ласково встретил морской царь Тораяна.
– Ты откуда взялся, гость? Волны ли морские тебя унесли, с корабля ли ты упал?
– Нет, не с корабля я упал, с самого неба.
И рассказал морскому царю все, что с ним приключилось.
Стал морской царь хохотать. Рыбы и те до слез смеются. Осьминог за бока хватается.
– Ну, развеселил нас гость, спасибо тебе.
Подали тут богатое угощение.
Стали рыбы танцевать, осьминог прыгать. Морские девы песни запели.
Говорит Отохимэ гостю:
– А видел ли ты, какой прекрасный у нас сад? В нем все цветы года разом цветут.
Захотелось Тораяну сад посмотреть.
Прекрасная царевна Отохимэ ему наказывает:
– Смотри же, гость, будь осторожен. Если спустится сверху какое-нибудь вкусное лакомство, не польстись на него, – беда случится.
Хорош сад у морского царя. Все сразу в нем цветет: и весенние вишни, и летние ирисы, и осенние хризантемы.
Гуляет Тораян по серебряным дорожкам, посматривает вокруг.
Вдруг спускается, откуда ни возьмись, кусочек мяса, да такой на вид нежный и вкусный. Висит он перед самым носом Тораяна. Забыл Тораян слова морской царевны, поймал приманку ртом да как завопит:
– Ой! Ай! Что-то мне в губу впилось. Спасите!
Мясо-то было на рыболовный крючок насажено! Чувствует Тораян – тащат его кверху. Как показалась его голова из воды, рыбаки на лодке всполошились:
– Чудище! Чудище! Поймали мы на крючок чудище морское!
Тораян им в ответ со слезами:
– Да какое я чудище! Такой же человек, как и вы! Спасите, помогите!
– И правда, как будто человек! Вот диво! Вытащили рыбаки Тораяна из воды и спрашивают:
– Откуда ты взялся такой? Какого роду-племени? Где живешь?
– Живу я в городе Осака, тут неподалеку.
– Вот так штука! Поймали мы на удочку здешнего парня. Куда только наш брат не заберется!
Взвалили они Тораяна на плечи и понесли домой к строгой матушке на расправу.
Пересказ В. Марковой.
ДУРАК ЁТАРО
В одной деревне жила женщина с сыном. Сына звали Ётаро. Он был тихий и послушный мальчик: не шалил, не проказил, старался всем услужить, но только был очень недогадлив.
Однажды мать сказала ему: – Ётаро, я пойду на речку белье полоскать, а ты посмотри за рыбой. Она на кухне, а там сидит кот.
Мать взяла корзину с бельем и пошла на речку. А Ётаро сейчас же побежал на кухню, посмотрел по сторонам и увидел на полке блюдо с рыбой.
«Не могу я сидеть, задрав голову, и все время смотреть на полку! – подумал Ётаро. – Лучше поставлю блюдо на пол».
Ётаро так и сделал: поставил блюдо с рыбой на пол, а сам уселся рядом и не моргая стал смотреть на рыбу. Про кота он и забыл. А кот в это время подкрадывался к рыбе все ближе и ближе. Подобрался к самому блюду, ухватил лапой рыбью голову и стащил ее на пол. Ётаро и не пошевелился. Кот съел рыбью голову, стащил с блюда рыбий бок и тоже съел. Так понемногу он съел всю рыбу. На блюде остался один только рыбий хвост.
Наевшись досыта, кот отошел в сторону, свернулся в клубок и уснул.
«Вот теперь мне и смотреть не на что! – подумал Ётаро. – Рыбы на блюде больше нет. Пойду-ка я во двор, погуляю немножко».
Ётаро выбежал из дому, а навстречу ему мать с бельем.
– Ётаро, что ты делаешь во дворе? – спросила мать. – Я же тебе велела смотреть за рыбой.
– Я и смотрел.
– Отчего же ты убежал из кухни?
– А мне больше не на что было смотреть. От рыбы один хвост остался.
– А где же вся рыба?
– Кот съел.
– А ты что делал?
– А я на рыбу смотрел. Ты велела мне смотреть, я и смотрел.
– Ах, какой ты у меня глупый! – сказала мать. – Как ты не догадался крикнуть коту «брысь». Кот бы убежал, и рыба осталась бы цела.
– Верно,- сказал Ётаро.- В другой раз буду умнее.
На другое утро мать сказала:
– Ётаро, сходи на огород, посмотри, поспела ли редька. Да заодно погляди, не едят ли гусеницы капусту.
Ётаро сейчас же побежал в огород. Видит, редька и в самом деле поспела. Уже кое-где из земли торчат белые головки. Зато капуста вся изъедена. На листьях ее сидят большие зеленые гусеницы.
Ётаро посмотрел на гусениц и подумал:
«Теперь-то я знаю, что мне делать. Надо прогнать гусениц с капусты».
И он закричал во весь голос:
– Брысь! Брысь!
Гусеницы и не пошевелились.
– Брысь! – еще громче крикнул Ётаро.
Но, как он ни кричал, гусеницы спокойно сидели на листьях. Ётаро заплакал и побежал к матери.
– Чего ты плачешь? – спросила мать.
– Как же мне не плакать? Гусеницы едят нашу капусту. Я кричал им «брысь, брысь», а они не слушаются.