Чтение онлайн

— Я быстро учусь, — с улыбкой ответила она.

***

Скарлет открыла дверь квартиры родителей Гейбла. — Может их не будет дома, — сказала она.

Мы вошли. Там никого не оказалось. Скарлет сказала мне упаковать вещи в спальне, пока она занималась детской. Я положила ее одежду в чемодан, а косметику и украшения – в коробку. Я почти закончила, когда услышала, как открылась дверь квартиры.

— Скарлет? — позвал женский голос. Я узнала голос матери Гейбла.

— Я в детской, — ответила Скарлет.

Я оставила чемодан и коробку у двери и осталась ждать у двери в детскую. Я чуяла беду и хотела быть поближе.

— Ты не можешь забрать нашего внука, — кричала мама Гейбла.

— Я не забираю его. Я бы никогда так не поступила. Но мы не можем здесь больше жить. Это никому не пойдет на пользу. И в этом нет смысла, так как Гейбл ушел.

— Гейбл вернется, — сказала его мать. — Он расстроен.

— Нет, — отрезала Скарлет. — Он не вернется. Он мне сам это сказал, и я ему верю.

— Он хороший парень, — настаивала его мать. — Он не бросил бы мать своего ребенка.

— Он уже это сделал, — сказала Скарлет. — Целый месяц прошел.

Я была слегка шокирована тем, что Скарлет ждала целый месяц перед тем, как сообщить мне об уходе Гейбла.

— Что ж, ты не можешь забрать моего внука, — повторила мать Гейбла. — Я тебе не позволю. Я позвоню в полицию.

Я зашла в детскую.

— Вообще-то, у нее есть полное право забрать вашего внука.

— Что она здесь делает?— Мать Гейбла уж точно не была моей фанаткой.

— Скарлет его мать, а город не признает права бабушек и дедушек, — заметила я.

— Почему я должна тебе верить? — спросила мать Гейбла. — Ты не юрист. Ты просто дрянная девчонка, которая владеет клубом.

— Вам следует мне верить, потому что у дрянных девчонок вроде меня трудная жизнь.— Я приблизилась вплотную к свиноподобному лицу матери Гейбла. — Я бегала по семейным судам и судам для несовершеннолетних с самого детства, и знаю все, что касается прав опеки.

— Это ты во всем виновата, — заорала на меня мать Гейбла. — Если бы ты его не отравила...

— Я его не травила. Он съел просроченный шоколад. И ваш сын был ужасным парнем, поэтому не удивительно, что он ужасный отец и жених. Пойдем, Скарлет. Мы уходим.— Мать Гейбла загородила проход, поэтому я отпихнула ее в сторону.

***

Мы очень долго не могли поймать такси и почти столько же потратили времени, чтобы впихнуть вещи Скарлет в багажник машины и на задние сидения. Ехали мы молча. — Спасибо, — сказала она, когда машина проезжала мимо парка. — Я очень ценю, что ты поехала со мной.

— Я рада, что ты позвонила, хотя поверить не могу, что ты ждала целый месяц, чтобы рассказать об уходе Гейбла.

— Честно говоря, я злилась на тебя.

— Почему?

— Конечно, в этом не только твоя вина, но мы редко виделись, и я прочла о твоем клубе в газете, и о том, как хорошо шли дела. Мне было слегка обидно. Я всегда пыталась быть хорошим человеком и другом, и смотри, как сложилась моя жизнь.

— Ты так не считаешь.

— Обычно я так не считаю, лишь иногда. А затем я злилась, потому что чувствовала, будто ты оставила меня в прошлом. Мне казалось, будто у тебя отличные друзья и тебе не хотелось, чтобы я была рядом.

— Скарлет, я была занята, вот и все. Я знаю, что тебе сложно строить планы с ребенком. Если понадобиться, я буду рядом.

Скарлет вздохнула.

— Я знаю, но именно поэтому с тобой трудно дружить. Иногда хотелось бы чувствовать себя нужной. Ты вообще скучала по мне? Мы разговаривали раза три за последний год.

Я обняла ее.

— Скарлет, прости, что я не... Прости, что я не проявляю свои эмоции в открытую.

— Определенно нет. Однажды я даже пообещала себе, что не буду тебе звонить, пока ты этого не сделаешь. Знаешь, как долго это продолжалось?

Я не хотела узнать.

— Четыре месяца.

— Прости. Я плохая подруга.

— Неправда. Ты лучшая подруга. Ты моя лучшая подруга. Но у тебя есть свои недостатки.

— Я знаю.

— Не обижайся. На самом деле, я хотела сказать, что была глупой раньше. Может мы и не видимся так часто, как раньше, но я бы не хотела видеть рядом никого другого сегодня. Разве это не смешно? Ты можешь потерять мужчину... Одному Богу известно, мы упустили парочку. Но даже если бы я и хотела, я знаю, что никогда тебя не потеряю.

IX

Я РАСШИРЯЮСЬ; МЕНЯЮ МНЕНИЕ О БРАТЕ; СЛУШАЮ ТЕО, ТОЛКУЮЩЕГО О ТРУДНОСТЯХ ДОЛГОСРОЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ С... КАКАО

Первые шесть месяцев 2085-го мистер Делакруа ублажал новых инвесторов, а мы с Тео путешествовали по США в поисках идеальных мест для «Темной Комнаты». Когда мы были в отъезде, нью-йоркским клубом управляли Норико и Лео. Хотя я ездила за границу, в Америке, кроме Манхэттена и семидесяти пяти квадратных миль вокруг, я нигде не бывала, и мне было интересно посмотреть, как живут люди в других местах. В частности, из-за ошибок молодости у меня сложилось впечатление, что все жили так, как это делала я: проживали в квартирах, ездили на автобусах и торговали на рынке в субботу.

На самом деле все было не так. В штате Иллинойс все еще были продуктовые магазины. В Калифорнии фрукты и цветы росли везде. (Моя бабушка была бы в восторге.) В Техасе все воняло костром. В Пенсильвании мы с Тео посетили город-призрак с девизом «Самое сладкое место на земле». В Херши, в штате Пенсильвания, когда-то была шоколадная фабрика и шоколадный тематический парк развлечений. Я бы в это не поверила, если бы не увидела собственными глазами древнюю, очеловеченную статую в баре молочного шоколада. У него были глаза, как у неваляшки, маниакальный смех, а одет он был в белые перчатки и атласные туфли. Я думаю, что он был предназначен для того, чтобы обращаться к детям, но мне он показался довольно страшным. Однако, шоколадный парк аттракционов! Читатель, ты можешь себе представить?

В июле мы с мистером Делакруа заработали достаточно денег для расширения клуба в пяти точках страны: в Сан-Франциско, Сиэтле, Бруклине, Чикаго и Филадельфии.

— Поздравляю, Аня, — сказал мистер Делакруа после того, как были заключены договора. — Ты официально открываешь сеть, которая скоро будет в пяти точках нашей великой страны. Это все, на что ты надеялась? Действительно ли ты современная женщина?

— Что-то в этом роде, — сказала я. — Хотя я желаю, чтобы точек было десять.

— Я предполагал, что ты так скажешь. Мне вот интересно, что заставляет Аню Баланчину продолжать с таким усердием? — спросил он.

— Все обыденно, — беспечно сказала я. — Пытаюсь стряхнуть этот огромный груз с плеч, вызванный смертью родителей. Чувствую нехватку любви. Желаю доказать неправоту всех, кто пытался остановить меня или кто вставал у меня на пути. А именно: учителям, бойфрендам, Семье, копам, окружным прокурорам. Так многим людям надо сказать спасибо.

— Окружным прокурорам, — повторил он. — Постарайся быть немного счастливее, сможешь? Постарайся насладиться этим моментом.