Чтение онлайн

Мы нуждаемся в постоянных размышлениях над Божьим Словом не менее, чем в замках на наших дверях. Бог и Его Писание обладают достаточным могуществом, чтобы избавить нас от всех наших страхов.

Вот что пишет псалмопевец о Боге: «Живущий под кровом Всевышнего… говорит Господу: „прибежище мое и защита моя, Бог мой, на Которого я уповаю!..” Перьями Своими осенит тебя, и под крыльями Его будешь безопасен; щит и ограждение — истина Его. Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днем» (Псалом 90:1—5).

Какое прекрасное, вселяющее надежду описание нашего Всемогущего Господа! Мы укрываемся под Его крыльями. Его верность подобна щиту. Он способен избавить от преследующих нас ужасов в ночи.

Давайте прочитаем еще одно замечательное высказывание, на этот раз из 26-го псалма: «Господь — свет мой и спасение мое: кого мне бояться? Господь — крепость жизни моей: кого мне страшиться?» (Стих 1). И действительно, кого нам бояться, если Господь, наша Крепость, на нашей стороне? Поразмышляйте над образом Бога, который рисуют эти тексты. Наше отношение к проблемам кардинально изменится, если мы посмотрим на них в свете Божьего лика, ибо Он — наше Убежище, Твердыня, Крепость, Защита, Спасение и Щит.

Впервые в своей жизни Патриция надолго осталась одна. Ее муж занял новый ответственный пост, и ему приходилось теперь много ездить по командировкам. Зачастую он отсутствовал дома по нескольку недель.

Патриция всегда была человеком общительным, ей нравилось заниматься своей большой семьей, делить радости и печали взрослеющих дочерей. Но все три дочери уже вышли замуж и разъехались кто куда. А теперь и муж все больше пропадал на работе.

Патриция просиживала долгие одинокие вечера дома, размышляя о том, чем занять ставшую бесцельной жизнь. И конечно, ей приходилось бороться со страхом — со всеми думами, которые проносятся в голове у женщины, пытающейся заснуть в пустом доме.

Патриция поняла, что если она не возьмет себя в руки, ее страхи овладеют ею совершенно. Ей нужно было обратить свои помыслы к чему-то другому. И она вспомнила о Боге, Который есть убежище и твердыня. Она попросила Бога показать ей четкую цель, к которой она могла бы устремиться, — пусть даже в пустом доме. И Господь ответил.

Она со всей ясностью осознала, что либо станет брюзжащей, нервной женщиной, постоянно жалующейся на свое одиночество, либо смирится со сложившейся ситуацией и сосредоточится на помощи ближним — даже когда муж в отъезде.

Патриция нашла выход из ловушки страха, направив все свои помыслы на достижение цели, указанной ей Богом. Божий призыв стал средоточием ее мыслей.

В подобных обстоятельствах другая женщина, возможно, поступила бы как-то иначе. Но суть в том, что Патриция направила свои мысли в позитивное русло; она нашла альтернативу и не стала зацикливаться на одиночестве и опасности.

Патриция обратил взор к Богу в поиске цели существования — и Он дал ей эту цель. Она перестала быть бездеятельной жертвой, не стала ждать, пока страх поглотит ее целиком и полностью. У нее появилась цель, предназначение, она увидела, какие черты характера ей нужно приобрести. Насколько изменилась ее жизнь, когда она протянула руку помощи и благословения другим людям!

Вы верите, что Бог может стать для вас убежищем и силой — даже когда вам одиноко, когда в сердце не остается ничего, кроме страха?

Когда-то Иисус дал замечательное обетование Своим удрученным, испуганным ученикам; это обещание относится и к вам тоже: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам… Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» (Евангелие от Иоанна 14:27). Друзья, мир Христов ни с чем не сравним. Он один сильнее всех наших страхов.

В качестве главы Международного общества помощи заключенным Рон Никкел посетил тюрьмы более пятидесяти государств. Его служение заключается в том, чтобы нести весть о Христе их обитателям, а также сотрудничать с государственными учреждениями ради улучшения условий содержания узников. Рону дове-1 лось многое повидать в своих поездках; он бывал в тюрьмах, где людей доводили до звериного состояния, но были и такие учреждения, где заключенным действительно хотели помочь. Он видел людей, опустившихся донельзя, и тех, кто достиг высот духа.

За время своих поездок по тюрьмам Рон обнаружил, что там как нигде подвергается испытанию способность человека прощать, любить и миловать. Он увидел живого Христа в лицах тех, кто некогда были закоренелыми преступниками.

Как-то Рона попросили рассказать о худшей тюрьме из всех, что ему довелось посетить. Репортеру хотелось узнать, бывал ли он в таком месте, где ужас и отчаяние вытравливают из сердца всякую надежду и веру. Существует ли на земле точка, где евангельская вера проходит предельно суровое испытание?

Рон на секунду задумался, а потом стал рассказывать о том, как в 1986 году ему пришлось побывать в замбийской тюрьме строгого режима. Там он узнал, что во внутреннем дворе тюрьмы есть тайное помещение, где содержат самых опасных преступников. Как ни странно, один из охранников согласился отвести Рона в эту часть здания для краткого разговора с узниками.

Они прошли по мрачным коридорам, минуя огромные стальные двери, к похожему на клетку металлическому сооружению, покрытому проволочной сеткой. Камеры, устроенные в этой большой клетке, выходили в маленький дворик в ее центре. Заключенным разрешалось гулять по этому дворику всего лишь один час в сутки. Все остальное время они проводили в камерах столь тесных и забитых, что спать приходилось по очереди.

Когда распахнулась последняя дверь, ведущая во внутреннюю тюрьму, Рон очутился в зловонной, удушающей атмосфере. Ему еще не доводилось бывать в столь ужасающих условиях. Ни о какой санитарии не могло быть и речи: узники были вынуждены справлять нужду, где придется. Жаркое африканское солнце накаляло железные прутья так, что к ним нельзя было прикоснуться. Рон едва мог дышать. «Как человек может существовать в подобных условиях? — поражался он. — Здесь наверняка господствуют страх и безысходность».

Но как только Рона представили обитателям камер, случилось нечто удивительное. Восемьдесят из ста двадцати заключенных спокойно выстроились у задней стенки, а затем стали пением прославлять Бога; пели они замечательно, разложив христианские псалмы на четыре голоса. Человек, сопровождавший Рона, прошептал ему, что тридцать пять из них приговорены к смерти и вскоре будут казнены.

Позже Рон Никкел так вспоминал об этой встрече: «Я был поражен, увидев спокойные, безмятежные лица в столь ужасающей обстановке. За спинами заключенных, в темноте, я различил искусный рисунок, сделанный углем на стене. На нем был изображен Иисус, прибитый ко кресту. Узники, должно быть, потратили не один час на работу над ним. И тут меня как молнией поразила мысль: ведь Христос здесь, рядом с ними. Он участвует в их страданиях и наделяет их радостью столь великой, что они способны петь в этом жутком месте».

Рон собирался обратиться к людям со словами утешения и ободрения. Но их вера привела его в такой благоговейный трепет, что ему удалось лишь вымолвить несколько приветственных фраз. Им было впору учить его, а не наоборот.

Друзья, Христос пребывает с нами даже в самом мрачном и ужасном месте. Именно в таких местах лучи веры сияют ярче всего. Даже в самых удручающих обстоятельствах, когда мы поглощены отчаянием, Христос рядом с нами, Он протягивает к нам руки, как на том рисунке на стене. Кто лучше Него может утешить человеческое сердце?