Чтение онлайн

Дальнейшая миссия оказалась спокойной и интересной.

На них напал толстяк с тигриными полосками на щеках (у Наруто всё равно были круче!), использующий кусаригама и интересные магнитные дзюцу, чем-то напоминающие песок Гаары, только вместо песка были железные опилки. Наруто, неоднократно сражавшийся как плечом к плечу с Гаарой, так и против него, умел противостоять подобным техникам. Впрочем, особые хитрости не понадобились, прямой подход (несколько клонов с Разенганами) сработал. Толстяк, получив несмертельный удар вращающегося шара чакры, утратил контроль над дзюцу и погиб от волны своего же железного песка.

Затем был третий придурок, он владел техникой, схожей с дзюцу Хаку и Фубуки-чан. Он создавал лёд, превращал его в линзы, которыми фокусировал солнечный свет в смертельные лазерные лучи. Дзюцу, зависящие от погоды, были глупостью. Наруто применил технику Сокрытия в тумане, после чего руки-змеи Анко-чан неаппетитно откусили идиоту голову.

Затем была инаугурация принцессы (троица нукенинов убила её отца), после которой Наруто и Анко отправились назад в Коноху.

Всю дорогу Наруто мучило чувство дежа вю — путешествие с переодетой принцессой, нападение нукенинов, отвратительное поведение принцессы, исправленное с помощью Великого Тайдзюцу, и последовавшая инаугурация — всё это мучительно напоминало миссию в Стране Снега.

Хорошо, что на этот раз Хокаге не будет ворчать, принимая в деревню нового нукенина, ведь в этот раз аналога Фубуки-чан во время миссии не встретилось.

*

Узумаки изо всех сил рвался вперёд, брался за каждую предложенную миссию, хватался за каждую возможность. Некоторые миссии проходили без схваток и сражений, как, например, совместная миссия с Ино-чан, где им по очереди приходилось имитировать располневшую принцессу.

Некоторые — едва не закончились провалом, как розыски жены даймё Страны Мёда. Наруто, Киба и Хината-чан еле вырвались из замка, неприятно напоминающего желудок жабы, призванной Эро-сеннином. Это поразительное сходство и позволило Наруто найти выход — он призвал Босса Бунту. Два босса призывных зверей смогли договориться, леди Кайо с сопровождением были спасены, а команда со свитком призыва хамелеонов отправилась домой в Коноху.

Иногда, после миссии, Наруто узнавал, что пропустил нечто важное в жизни деревни. Однажды, вернувшись с обычной охраны богатого торговца, Наруто узнал, что в его отсутствие деревня побывала на краю катастрофы. Выяснилось, что дедуля Генно, тот самый приятный плотник, что частенько любил угощать Наруто раменом, оказался последним шиноби из разрушенной деревни. Он заминировал всю деревню взрывными офуда и едва не подорвал Монумент Хокаге. Если бы Наруто был в деревне, он бы мигом разгадал бы все загадки! Но миссией по поиску взрыв-тегов руководил Шино, который справился тоже неплохо. Тяжело раненый схваткой с Анбу старик был нейтрализован кикайчу Абураме и доставлен сначала в госпиталь, где его ранами занималась сама Хокаге, а затем и в отдел Пыток и Допросов. Как по секрету шепнула Хаку-чан, теперь у них появился новый преподаватель по ловушкам и взрывному делу, а Генно-сан скончался в больнице от ран и преклонного возраста.

Один из визитов в деревню потребовал даже применения главной техники Наруто. Когда он узнал, что Куренай-сенсей бросает команду и уходит в отставку, и попытался её отговорить, Наруто познакомился с Курама Якумо-чан, девушкой, обладательницей великого наследия крови — потрясающего дара к гендзюцу. Одолеваемая внутренними демонами, Якумо-чан попыталась убить Куренай-сенсей и уничтожить Коноху, и лишь ладонь Наруто, обрушившаяся на её лицо, окончательно прояснила ей сознание. После этого Якумо-чан вернулась в Академию с твёрдым намерением стать шиноби, а Куренай-сенсей снова стала наставником Восьмой команды.

Незатейливая миссия по сопровождению охране принца далёкой Страны Луны, где Наруто не знал, то ли радоваться интересному путешествию с бродячим цирком, то ли кипеть от негодования из-за поведения клиентов, внезапно оказалась тем, что Узумаки любил больше всего. Зловещие нукенины в разноцветных париках, пытающиеся устроить государственный переворот. Умирающий от ужасного дотондзюцу «король» (так в стране, где вместо нормальных рьё использовались какие-то «доллары», звали даймё), его спасение с помощью целительного дзюцу Узумаки, совместное сражение с Толстобровиком и Сакурой-чан, нежная мелодия свирели Таюйи-чан и тщательно надранные задницы нукенинов, неспособных противостоять шиноби Конохи. Команда вернулась домой, захватив с собой Каренбану-чан — вражескую куноичи, которой оказалось 22 года, несмотря на внешность ровесницы Конохамару.

Но однажды, после очередной миссии, случилось нечто, что навсегда изменило жизнь Узумаки. Тогда парень, страдающий от амнезии, оказался бывшим бандитом, и лишь увестистые кулаки Наруто смогли вправить ему мозги, показав, что глупо и бессмысленно жертвовать своей жизнью ради искупления, а грехи искупать следует лишь хорошими делами. Менма, отвернувшийся от своих бывших подельников, жестоких и кровожадных нукенинов, вернулся с Наруто и командой Толстобровик-сенсея в Коноху, где и вступил в Регулярные Силы.

И вот когда прилетел ястреб из Сунагакуре, Наруто впервые услышал о Мацури — ученице Гаары.

========== глава 25 ==========

Четвёрка Наруто бежала по ветвям, взяв в «коробочку» Нейджи, который корректировал направление, время от времени активируя Бьякуган. Две другие команды и Босс сопровождали Хинату и Карин, последнюю неохотно уступил Ибики-сан. Несмотря на то, что ударная мощь Наруто была более чем достаточной (пусть и случай с Гурен-чан достаточно отрезвлял, чтобы не мнить себя черезчур крутым), но в сенсорном плане Узумаки особых успехов пока что не добился — мучительно не хватало контроля чакры. Использовать же импульс чакры было неразумно — пусть он и прояснял окружающую обстановку, но не менее уверенно сигналил противнику: «Я здесь».

— Восемь часов! — коротко бросил Нейджи.

— Принято! — ответил клон-лидер.

Впрочем, окромный торнадо и сгустившиеся чёрные тучи где-то в полукилометре от них, можно было увидеть и невооружённым взглядом.

Отряд-два стремглав бросился в сторону звуков затихающей битвы. Замелькали деревья, ветви, листья, которые вскоре сменились обширной круглой просекой, усыпанной иссечёнными брёвнами и чисто срезанными пнями. Посреди этой картины разрешения стояла Темари-чан, выставив перед собой веер, которым пыталась защититься от вражеского дзюцу.

Противником, вернее противницей, была красивая куноичи с незнакомым Наруто протектором, с зелёными волосами, сквозь которые проглядывали соломенно-жёлтые пряди, пухлыми алыми губами и двумя мечами-цуруги, зажатыми в руках.

— Привет, Темари-чан! — радостно воскликнул Наруто. — Самый непредсказуемый ниндзя Конохи пришёл на помощь!

Он не понял, то ли завывания ветра сыграли шутку с его слухом, то ли Нейджи действительно насмешливо фыркнул. Темари бросила назад быстрый благодарный взгляд, однако новый порыв ветра заставил её вновь укрыться за веером.

Наруто любил ветер. Ветер всегда свистел в его ушах, когда он убегал от чунинов после очередной своей проделки. Ветер дул в лицо, когда он стремительно мчался по ветвям деревьев, путешествуя во время выполнения заданий. Стоя на голове изваяния своего отца, овеваемый порывами ветра, он любил смотреть на родную деревню — место, где было сосредоточено всё, что было дорого Наруто. И Ветер был первой, самой родной и близкой стихией, из всех, что ему покорились.

Наруто вытянул руку, чувствуя, как Ветер, подчиняясь его чакре и воле, распускает свои бритвенно-острые лезвия, оборачивая его, Нейджи и Темари-чан мягким защищающим потоком.