Чтение онлайн

Поэтому хорошая проповедь передает библейское предостережение собранию святых. Апостол Павел писал галатам: «…Предваряю вас… что поступающие так Царствия Божия не наследуют» (Гал. 5:21); или в Послании к Римлянам: «…Не гордись, но бойся» (Рим. 11:20). Апостол Петр писал: «И если вы называете Отцем Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего…» (1 Пет. 1:17). Подобные мрачные предостережения только помогают проповеднику явить словом и нарисовать щедрыми красками величественные обетования и пейзажи Божьего Царства, подобно тому как апостол Павел писал в Послании к Ефесянам, что в грядущих веках Бог явит «преизобильное богатство благодати Своей в благости к нам во Христе Иисусе» (Еф. 2:7).

Может ли такой убежденный кальвинист, как Эдвардс, взывать к людям и умолять их избежать наказания ада и беззаветно возлюбить Небесное Царство? Разве учение Кальвина о полной развращенности человека, безусловном избрании и безграничной благодати не делает подобное взывание абсолютно бессмысленным?

Эдвардс изучал кальвинизм по Библии, и поэтому ему удалось избежать многих ошибок, которые так часто совершаются современными проповедниками. Он никогда не утверждал, что безусловное избрание, безграничная благодать, сверхъестественное возрождение свыше или же неспособность неверующего человека обратиться к Богу делает призыв к покаянию бессмысленным. Он говорил: «Грешников… нужно искренно призывать прийти и принять Спасителя, отдать свое сердце Ему, используя при этом каждый аргумент, способный спасти и приободрить, любой аргумент, который только можно найти в Евангелии» [84] .

Вспоминаю, как несколько лет тому назад я присутствовал на одной проповеди, прочитанной в духе Реформации. Проповедь была по главе 16 Первого послания к Коринфянам. Проповедник закончил леденящими душу словами: «Кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема» (ст. 22). Он просто бегло сослался на этот стих, но в его словах не было слышно горячего призыва к людям полюбить Христа и избежать ужасного проклятия. Неужели так может быть?! В традициях гиперкальвинизма — говорить, что цель Бога — спасти избранных, и это дает право проповеднику призывать к Христу только тех, кто каким-то образом показал, что он ожил духом к вечной жизни. Такой подход порождает проповеди, которые только дают знать грешникам о раскаянии, но не приводят их к Христу. Эдвардс, а после него и Чарлз Сперджен, хорошо понимали, что такой «кальвинизм» не имеет права на существование, т. к. он противоречит Писанию и нарушает традиции Реформации.

Эдвардс стал автором книги с интересным названием «Свобода воли», в которой он писал: «Нравственное правление Бога, Его отношение к человеку как существу нравственному, Его обращение к нему с заповедями, наказами, призывами, предупреждениями, увещеваниями, обетованиями, угрозами, наградами и наказанием не противоречит мысли о том, что Бог предопределил события всякого рода во всей все-ленной» [85] . Другими словами, призыв к слушателям открыть свои сердца для проповеди не противоречит высокому учению о суверенной воле Бога.

Несомненно, когда мы проповедуем, то результаты проповеди, к которым мы стремимся, — от Бога, в Его руках. Но это не должно мешать нам искренне взывать к нашим прихожанам откликнуться в своих душах, потому что, как объясняет Эдвардс:

Поэтому Эдвардс пытался найти в сердцах своих слушателей отклик на Слово Божье, чтобы они спаслись. «Итак, если вы, зная о спасении, проявляете благоразумие и не собираетесь отправляться в ад, то пришло время! Вот сейчас — время благоприятное! Наступил день спасения… Не ожесточайте свои сердца сегодня!» [87] Практически в каждой проповеди Эдвардса был длинный раздел под названием «Применение», здесь он указывал на возможность применения доктринального учения в жизни и призывал слушателей дать ответ. Он взывал, увещевал и умолял их откликнуться на призыв Бога.

Вероятнее всего, Бог соблаговолил явить Свою пробуждающую силу через проповедь, в которой любовь явилась через строгие слова Господа, а несравненные обетования святым были обильны и призывы звучали неистово и милосердно — и ни один из слышавших Слова Бога не уходил с пустым сердцем. Как жаль слышать пасторов, повествующих об истинах и не использующих их для призыва людей. Хорошая проповедь умоляет и взывает к ответу на Слово Божье.

Сильная проповедь подобна хирургу. Благословленная помазанием Святого Духа, она обнаруживает, режет и удаляет очаг инфекции, т. е. грех. Серино Дуайт, один из биографов Эдвардса, писал о нем так: «С его знанием человеческого сердца, знанием законов, по которым оно живет, едва ли может сравниться любой другой проповедник» [88] . Я могу подтвердить, что когда читаю проповеди Эдвардса, то чувствую себя пациентом на операционном столе.

Откуда же у Эдвардса было такое знание человеческой души? Он проводил мало времени с прихожанами нортгемптонской церкви. Дуайт утверждает, что он не знал другого человека, который бы так стремился к уединению, чтобы посвятить свое время чтению и размышлениям. Для пуритан была весьма характерна склонность к самоанализу, которую и унаследовал Эдвардс. Тридцатого июля 1723 года, когда Эдвардсу исполнилось 19 лет, он сделал запись в своем дневнике: «Я решил приложить все усилия, чтобы научить себя выполнять свои обязанности путем самоанализа, чтобы знать все причины, почему я их не выполняю. Хочу найти в собственных мыслях все тайные отговорки» [89] . Неделей позже он написал: «Твердо убежден, что сердце человека лживо, что чрезмерный… аппетит ослепляет разум, полностью подчиняя его себе» [90] . Дуайт был совершенно прав, когда говорил, что «Эдвардс изучал анатомию человеческой души путем близкого знакомства со своей собственной» [91] .

Эдвардс также был убежден, что в горячих религиозных переживаниях времен Духовного возрождения необходимо было «отделять пшеницу от плевел». «Трактат о религиозных чувствах», который изначально существовал в виде отдельных проповедей, прочитанных Эдвардсом в 1742–1743 годах, является образцом безжалостного разбора такого порока, как самообман в вере. Эдвардс, невзирая на лица, смотрел в корень проблемы, обращаясь к истокам нашей развращенности. Подобное внимательное и длительное изучение религиозных переживаний прихожан своей церкви позволило Эдвардсу прекрасно понять все чувства их душ.

Эдвардс обладал весьма необычной способностью постигать суть Писания, которое он рассматривал как свидетельство Самого Бога о наших сердцах. Например, он заметил, настолько глубоки и искренни были религиозные чувства галатов, что они были готовы исторгнуть свои глаза и отдать Павлу (Гал. 4:15). Эдвардс также обращает внимание на стих 11 той же главы, где Павел говорит: «Боюсь за вас, не напрасно ли я трудился у вас», и делает проницательный вывод, что интенсивность религиозных чувств (готовность исторгнуть свои глаза) не является надежным признаком их подлинности и истинности (поскольку труд Павла мог оказаться напрасным) [92] . Многие годы уходят на то, чтобы стать настоящим хирургом человеческих душ. Но это позволяет срывать покров с тайн нашего сердца. Не раз это помогало пробудить к жизни церковь.

Эдвардс писал, что каждый служитель Слова «должен быть знаком с религией, наполненной чувствами, и не отвергать операций Духа Божьего и реальности сатанинских обманов» [93] . Снова и снова, перечитывая его проповеди, я ощущаю, что все тайны моего сердца обнажены. Все потаенные уголки моей души высвечены светом. Лживые мысли и чувства выставлены наружу. И вот пробуждающая красота новых истинных чувств влечет меня. Я читаю — и они пускают корни, укрепляются в моей душе.