Чтение онлайн

(Что касается) Хиллалума и леди Алитум: сколько бы сыновей у них ни было, Яхатти-иль является их наследником. От дома Хиллалума, его отца, он получит двойную долю (при дележе родительской собственности), а его младшие братья разделят остальное поровну».

В Древнем мире не было социального страхования, как мы его понимаем, но есть некоторые признаки того, что бедный и слабый может получить поддержку и защиту. Еще Урукагина пытался защищать бедных и слабых от богатых и сильных, и в кодексах законов последующих периодов или прямо, или косвенно содержатся соответствующие указания. Мы находим примеры принципа не только в официальных сводах законов, но и в благотворительности по отношению к конкретным лицам. Так, в письме из Мари юный сирота старого дворцового слуги рекомендуется под защиту наместника Ясмах-Адада: «Моему господину Ясмах-Ададу говорю, так говорит Хасиданум, твой слуга. Сын почтового служащего из дворца был переведен из Мари, и теперь этот человек умер. У него есть сын, который еще ребенок. Пусть мой господин увидит ребенка и подтвердит, что он еще мал и у него нет опекуна. Да облегчит Господь его участь».

Жизнь для населения Месопотамии, даже для рабов, не была непрекращающимся трудом. В древности, как и в наши дни, были святые дни – праздники, и вся работа отнюдь не редко прерывалась религиозными празднованиями, коих было по несколько дней в каждом месяце, хотя и не на еженедельной основе, как у иудеев и христиан. Самым главным праздником в году был Новый год. Праздник длился сначала одиннадцать, а в более поздний период – пятнадцать дней. Для населения это было время веселья, пышных зрелищ, разгула и бесчинств. Даже в рабочие дни от работника ожидалось выполнение ограниченного объема работы, и работники имели право жаловаться, если их слишком перегружали. В письме конца VII в. до н. э. чиновник упоминает о работе, которая выполнялась на дамбе некими лицами, за которых он отвечал, и утверждает: «Работа здесь тяжелая. Норма кирпичей, которую мы должны выполнять, огромна! 110 кирпичей на человека».

Другое письмо, видимо, относится к угрозе беспорядков, вызванных непопулярным назначением. Чиновник докладывает царю: «Царь поставил Набу-шар-уцура... над своими рабочими. Люди не согласны с этим и не станут выполнять работу для царя».

Рацион жителей Вавилонии, и рабов и свободных людей, был основан на ячмене, из которого можно было приготовить и пиво, и крупяной продукт, который ели как пресный хлеб, возможно, в виде тонких дисков, раскатанных и выпеченных на горячей поверхности. Получалась довольно вкусная еда, которую до сих пор едят крестьяне в Ираке. Другие злаки – просо, пшеницу, рожь и (в 1-м тысячелетии до н. э.) рис – ели в виде хлеба или каши, замешивали тесто, добавляя в него мед, топленое масло, кунжутное масло, молоко и фрукты, и выпекали кексы или бисквиты.

Обычным на столе был лук. Из чечевицы, фасоли и гороха (важные источники протеина) чаще варили суп. Вавилоняне ели огурцы, тыкву, капусту, салат. Важную часть рациона составляли финики, источник сахаров. Из финиковой пальмы делали вино. Деликатесом считался сельдерей. Сегодня европейцы иногда называют его странным названием «финиковая капуста». Из фруктов ели яблоки, гранаты, фиги, айву, мушмулу и абрикосы. Что касается напитков, кроме пива и пальмового вина вавилонянам было известно виноградное вино (в период Джемдет-Наср). Возможно, его привозили с гор. По крайней мере, в ранний период это был напиток не для каждого дня. Напитки с осадком шумеры пили через трубочку, один конец которой был снабжен многочисленными дырочками, образуя некое подобие фильтра.

Трубка для питья

Вавилоняне знали много разновидностей пива, и одна из вавилонских лексических серий содержит обширный список технических терминов для производства разных видов этого напитка. Во времена Хаммурапи пивоварением, похоже, занимались женщины, потому что это ремесло единственное находилось под защитой богинь, а содержательница пивной даже упоминается в кодексе Хаммурапи. Иногда процесс пивоварения отражался в искусстве.

Вавилонянам было доступно коровье, овечье и козье молоко, но, поскольку оно очень быстро прокисало в теплом климате, его в основном использовали в виде масла, сыра, йогуртов. Изображение на фризе, датированное серединой 3-го тысячелетия до н. э. (приведено ниже), иллюстрирует производство молока и молочных продуктов.

Пивоварение

Теленок стоит у головы матери. Это хорошо известный прием, который должен заставить корову доиться лучше. Тем самым шумеры доказали, что более сообразительны и лучше понимают поведение животных, чем скифы двумя тысячелетиями позже. Если верить Геродоту, их слепые слуги использовали костяные трубки, по форме напоминающие флейту, которые засовывали в вульву кобылы; одни доили кобылу, другие дули в трубку. Считалось, что они наполняют вены кобылы воздухом, побуждая ее отдавать молоко.

Дойка коровы

На шумерском фризе доярка сидит на табурете за коровой. Это не обычная поза, но автор видел подобное в Англии. Чуть дальше сидит другой человек, тряся большой сосуд с молоком, чтобы масло сгустилось. Слева еще два человека, очевидно, процеживают получившийся продукт, чтобы отделить молоко от масла.

Главным источником животного протеина, если не считать молоко, в ранние времена была рыба, хотя позднее ее употребление значительно снизилось. В административных документах 3-го тысячелетия до н. э. и более поздних, относящихся к Третьей династии Вавилона, упоминается много разных видов рыб. Существует шумерский текст, датированный 2000 г. до н. э., в котором подробно описаны повадки и внешний вид отдельных рыб. Он составлен в форме приглашения божества войти в дом, который для них приготовлен. Является ли этот текст демонстрацией эрудиции писца, или он был связан с чарами, заманивающими рыб в сети рыбаков, не ясно. После касситского периода рыбу стали есть меньше, судя по текстам, и было высказано предположение, что существовало некое народное табу (не принятое официальной религией) на употребление в пищу рыбы. Это представляется вероятным, поскольку существование аналогичного табу подтверждено в Сирии в 1-м тысячелетии до н. э. и в некоторых областях Ирака до сих пор охраняют священные виды рыб. Против этого вывода можно привести другой аргумент: на ассирийском барельефе 1-го тысячелетия до н. э. изображена ловля рыбы сетями в пруду, да и в нововавилонский период рыболовство определенно было развито.

Баранину и несколько менее распространенную говядину ели на праздниках, и в ранние времена распространенной чертой культов были приношения коз. Вероятно, козье мясо входило и в рацион крестьян. С ростом урбанизации Шумера в приношениях богам настоящих коз заменили (судя по оттиску цилиндрической печати) их модели. Возможно, это признак снижения доступности козьего мяса в рационе горожан. Тем не менее боги и цари все же получали достаточный мясной «паек». Для жертвоприношений и использования в пищу животных, вероятно, специально откармливали. В одном письме (начало 2-го тысячелетия до н. э.) из Мари упоминается бык для жертвоприношений, которого откормили до таких размеров, что он не мог стоять. На свиней никаких запретов не было. В шумерские времена свиней держали в больших стадах. Пищу они себе добывали сами, а если ее не хватало, получали добавку из ячменя. Во многих примитивных общинах в рационе не хватало жиров, поэтому жирное мясо было у них в куда большем почете, чем у нас. Так в Древнем Вавилоне высоко ценилась жирная свинина. Шумерская пословица гласит, что эта еда слишком хороша для рабынь, которым приходится довольствоваться постным мясом. Крупного рогатого скота, из-за недостатка удобных пастбищ, было немного. Люди ели конину без всяких религиозных табу, по крайней мере, в районе Нузи на северо-востоке Ассирии в XIV в. до н. э. Есть запись о тяжбе, в которой обвиняемые украли и съели лошадь. Мертвых ослов использовали только как пищу для собак. Из домашней птицы с ранних времен держали гусей и уток. Куры появились в 1-м тысячелетии до н. э.

Еду всегда старались сохранить на черный день. Со злаковыми культурами проблем не было, бобовые тоже всегда можно было легко высушить на солнце. Рыбу солили, мясо тоже солили и сушили.

Шумерские и вавилонские дома вряд ли могли впечатлить современного человека. Дом среднего горожанина 3-го тысячелетия до н. э. представлял собой тонкостенную глинобитную хижину почти без окон. Комнаты располагали так, чтобы использовать всю полезную площадь, без всякого плана, а двери между ними были такими низкими, что для перехода из одной комнаты в другую приходилось сгибаться. Часто два примыкающих друг к другу дома имели общую стену. Был обнаружен и тип дома классом выше – из обожженного кирпича. Такие дома строили вокруг центрального внутреннего дворика, нечто подобное до сих пор можно найти в Багдаде. По крайней мере, городские дома имели более чем один этаж.

Сравнение шумеро-вавилонского (или современного восточного) жилья с западноевропейскими строениями не имеет особого смысла. Основное назначение дома в Англии – защита от влаги и холода; основное назначение дома в Южном Ираке – защита от губительной жары, свирепствующей в течение двенадцати часов каждый день с мая по сентябрь. Окна в таком климате вовсе не являются божьей благодатью, и несведущие люди, которые пытаются перенести в Багдад современные европейские дома с относительно тонкими стенами из кирпича и бетона и огромными стеклянными окнами, очень скоро обнаруживают, что в них можно существовать, только если плотно занавесить окна и установить кондиционеры. Дома в Древней Месопотамии имели вместо окон, самое большее, глиняную или деревянную решетку в стене. Пример, датированный 3-м тысячелетием до н. э., показан на фото 22. Почти такие же экземпляры и сегодня можно встретить в Ираке.

Домашняя утварь, естественно, варьировалась для разных периодов, районов и классов. Мебель могла быть самой разной, и единственный способ дать подробное представление о предмете – описать полное содержимое одного конкретного частного дома. К сожалению, климатические условия Южного Ирака не благоприятствуют консервации в почве дерева и текстиля, а более долговечные предметы из камня и металла и в древности не оставлялись в покинутом доме. Поэтому неудивительно, что до сих пор не было обнаружено ни одного частного дома со всем содержимым, и наш рассказ будет составным.