Величие
Шрифт:
– Там ничего нет, Аманда…
– Мне не кажется, Дастин! – закричала я. – Они там! Я их вижу!
Дастин прижал палец к своим губам.
– Шш, спокойнее, – прошептал он и взглянул на дверь. – Я не говорил, что ты врешь. Я просто говорю, что я ничего не вижу.
– Так я схожу с ума? – слезы заполнили мои глаза.
Дастин прижал ладонь к моей щеке. Я только заметила, что на нем были только черные боксеры. Он быстро вылетел из кровати.
– Есть только два варианта происходящего.
– Я – сумасшедшая, – сказала я.
– Или это сверхъестественное.
Свет бесконтрольно замерцал. Коричневая вода полилась из крана, невидимые когти порвали шторку ванны. Дастин помог мне встать. Он сжал ручку двери и повернул ее.
– Не открывается, – паника охватила его тело.
Он попытался открыть двумя руками. Не работало. Сила, как было со мной, потянула Дастина к зеркалу. Его ноги приклеились к плитке пола, а голова склонилась, он смотрел вперед.
Печаль наполнила его. Я оглянулась, увидела своих родителей, и они смотрели на меня, а не на него.
– Что там? – спросила я.
Он сглотнул.
– Эбигейл, – его мама.
– Что она делает?
Он попытался отвернуться, но что–то не давало ему. Я смотрела, как его глаза краснеют, он не мог моргнуть.
– Хватит, – выдохнул он, вены проступили на шее. – ХВАТИТ! Я не хочу это слышать!
Я поняла, что он слышал мысли матери в голове. Эбигейл Винтер умерла, как и мои родители, от рук сверхъестественного.
Я подошла к Дастину и коснулась его плеча. Нас отбросило. Моя голова ударилась о туалет, Дастин врезался в стену. Я обмякла на плитке пола.
– Что происходит? – я застонала, пытаясь встать.
Дастин поднял меня с пола.
– Наверное, какой–то дух, – пробормотал он, потирая затылок.
Голос вдруг зазвучал в комнате:
– Поймали.
Мы повернулись к рукомойнику. На нем сидел парень, закрывая зеркало. Его черты были звериными. Неровные волосы, желтые пронзительные глаза, острые ногти, тело лет двадцати на вид. Грязная одежда делала его похожим на бомжа, а не духа. Как он мог быть духом? Мы не должны были их видеть, они всегда просто были.
– Если вы сядете, мы сможем начать шоу, – он улыбнулся, его зубы были заостренными.
– Ты не волк? – любопытство оказалось сильнее меня.
Парень тихо зарычал.
– Меня сложно разозлить, – он хрустнул костяшками. – Но это легко сделать разговором о моем идеальном гадком брате, – он указал острым ногтем на туалет. – Садись, дорогая Челси.
Я села, Дастин все еще стоял.
– Ладно, можешь постоять, Винтер. Как хочешь.
– Что ты такое? – сказал Дастин с гневом на лице. – С чего ты взял, что можешь играть с нами?
Уголки его губ приподнялись в хитрой улыбке.
– Я – Койот, и я играю со всеми, но с вами будет веселее всего.
– Так ты трикстер? – рявкнул Дастин. Он указал на мой лоб. – Зачем ты ее ранил?
– О, ладно тебе, – сказал Койот. – Это весело. Мне нужно было, чтобы ты пришел к ней. Я понял, что кровь поможет, – он разглядывал свои грязные ногти. – Думаю, пора начинать.
Я стиснула зубы, не желая давать ему преимущество.
– Что происходит? Я не понимаю, что еще за трикстер. И что ты сделал с моими родителями?
Койот рассмеялся и посмотрел на Дастина.
– Ого, так она девственна во многом, да?
Дастин бросился на него.
Койот вытянул руку, и ноги Дастина вылетели из–под него.
– Спокойно, крепыш. Я не хочу навредить. Я просто удивился, что она так мало знает о сверхъестественном. И все.
– Она знает много, – соврал Дастин.
– О, не нужно, – сказал Койот. – У тебя уже нос растет, Винтер. Почему ты не говоришь ей, кто я?
Дастин стиснул зубы и с ненавистью смотрел на него.
Койот посмотрел на меня.
– Я – Койот, дух–трикстер. У разных культур свое значение, но сходство есть. Я не кусаюсь, не раню, просто играю. Я относительно безвреден. Потому твой друг злится, что у тебя кровь. Мне нельзя вредить, но в мифах всегда есть лазейки.
– Почему мы?
– Почему нет? Ваши истории звучат среди долин. Все о вас знают, – он прислонился к треснувшему зеркалу, устраиваясь удобнее. – Я еще не был в ином мире, но они любят говорить об обеих семьях. В мире духов сплетни разлетаются, как пожар. Я слышал о последнем демоне, что вы убили, о девочке. Все злятся или боятся. Мой друг Ворон чуть не обмочился, – Койот рассмеялся. – И я подумал… Койот, нельзя пропустить веселье с девочкой Челси и парнишкой Винтером, да? Ответ – да.
– Так вперед, – сказала я. – Веселиться решил? Мне так страшно.
Он улыбнулся.
– Я понял это, когда ты увидела мертвых родителей. Как тебе это, Маяк? Может, ты передумаешь убивать сверхъестественное. У некоторых из нас есть родители.
Я стиснула зубы.
– И что? Ты знал, что я расстроюсь из–за родителей там…
Койот покачал головой.
– Нет, они там не были, это трюк. Я не забирал их души. Я даже не знаю, где их души сейчас. Они могут гнить в преисподней.
– Иди ты, – рявкнула я.
– Хороший у тебя ротик, – он взглянул на Дастина. – Тебе нравится, да?
– Ты решил так нас помучить? Это не сработает так, как ты хочешь.
– Разве? – спросил Койот. – Я знаю твою тайну, Винтер. Я знаю о тебе больше, чем девочка Челси.
Дастин нахмурился.
– Не знаю, о чем ты.
– Играешь. Старый трюк из книги.
Я смотрела на них, не понимая, что происходит. Но тогда мне было все равно. Я думала лишь, что Койот означал проблемы.
– Уйди уже.
– Почему? Чтобы вы могли тут целоваться?
– На что ты намекаешь? – спросил Дастин.
– Я ощущаю сексуальное напряжение. Почему бы не выпустить его? Я не против.
– Ты отвратителен, – рявкнула я.
Койот сел на рукомойнике в индийском стиле. Он опустил голову на ладонь, словно смотрел на представление.
– Мальчик Винтер так не думает, да?
– Знаешь, что я думаю? – рявкнул Дастин. – Я думаю, что ты пытаешься вывести меня из себя. Ты не знаешь ее и точно не знаешь меня. Если бы знал, то понял, что не хватит пары слов, чтобы разозлить меня.