Чтение онлайн

Для примера был вопрос, а раздавал ли ваш банк бесплатную еду? Когда мы знали, что кто-то раздавал, спрашивали, какую еду, насколько качественную. С учетом продовольственного налога Кеннеди смог качественно кормить народ, но если вспомнить какими помоями я кормил в «Маленькой Ирландии», то мне было бы впору садиться рядом на скамью подсудимых. Каждый новый вопрос и каждый новый ответ вбивал очередной гвоздь в крышку гроба еврейского банкирства США, а лобби давно было разгромлено, ибо «хорошие евреи» ходили с плакатами и требовали смерти мировым сионистам. Страна застыла в шаге от Великого Террора…

Глава 11

Социальные технологии

Алан Смит не мог поверить своему счастью, он поистине жил в самой счастливой, демократичной и справедливой стране на свете. Еще не так давно оставшись без работы он был вынужден перебиваться случайными заработками и если повезет получив бесплатный обед бежать домой с целью разделить его между членами своей семьи, глаза детишек ввалились от постоянного недоедания, а лицо любимой жены стало очень худым и в глазах больше не было того смеющегося огонька, за который он полюбил ее еще молодой девушкой. Однако после смерти от сердечного приступа еврейского президента, очень скоро появились настоящие трудовые армии и Алан, который верил в Американскую Мечту записался туда одним из первых, из его семьи ушел голод, вот так просто в один день. Щечки детей очень быстро приобрели детскую припухлость и розовый оттенок, а любимая жена стала улыбаться. Пусть и не каждый день, но все чаще и чаще. Их отряд трудовой армии занялся расчисткой пустыря, а т. к. Алан в свое время получил профессию каменщика он довольно быстро стал бригадиром на стройке. Люди работали хорошо с энтузиазмом, не какие-то проклятые евреи! Зачастую по окончании восьми часового рабочего дня оставались и работали дополнительно и 10 и 12 часов в день иногда доходя в трудовом энтузиазме до человеческих пределов трудясь по 14–16 часов на стройке. Многие не высыпались… Ничего! Вот построят дом, свой дом, там и выспятся.

Одновременно, как бригадир каменщиков Аллан получал больше food stamps, которые раз в неделю можно было обналичить на товары народного потребления: обувь, одежду, игрушки. Он тогда даже не смотря на порванные ботинки у его детишек купил игрушки, точнее обменял на талоны, ожидал чего угодно в том числе непонимание своей красавицы-жены, но нет. Она улыбнулась и сказала…

— Ты как сам как ребенок Алан, лучше бы обувь детям купил.

Однако он видел, что жена счастлива, а высказывается лишь, как положено высказываться хорошей хозяйке и заботливой мамочке. На самом деле она так же счастлива и тоже давно мечтала порадовать детей новыми и красивыми игрушками, детство оно раз в жизни бывает и его нельзя отложить «на потом», оно проходит здесь и сейчас, но самое страшное, что проходит и не возвращается никогда. Понятно на следующей неделе он приобрел обувь для детей, затем через неделю одежду своей красавице жене, но каждую неделю хотя бы самую маленькую, самую недорогую игрушку из представленных в лавке трудовой армии покупал и нес домой.

Когда через три месяца была закончена стройка дома они заселялись практически в свою квартиру. О это было поистине счастье. Весь дом тогда праздновал и несмотря на «Сухой закон» в этот день сам хозяин фабрики на которой им всем предстояло работать привез виски и пиво из собственных запасов. Было и традиционное американское барбекю. Люди на талоны, которые специально откладывали купили ребрышки и жарили их в самом отдаленном конце пустыря, пока еще возле куч различного в том числе строительного мусора. Однако были счастливы все, особенно дети. Ибо в строительном мусоре можно найти разное, например палку, а палка при детском воображении превращается в удивительные вещи. Она может быть и мечом древнего викинга и скаковой лошадью, если ее пропустить между ног и скакать, а может быть простой палкой, которой можно замечательно бить по луже, наблюдая как разлетаются брызги.

Квартира же была практически личной собственностью Алана и его семьи. Как объяснил комиссар, он и его семья могут жить в ней сколь угодно долго, пока он состоит в трудовой армии и работает на фабрике хозяина, на средства которого и строится этот жилой район. Более того когда дети подрастут и пойдут на работу, тому кто будет работать на фабрике Алан может передать свое жилище по наследству. Единственное, надо оплачивать воду, электричество и прочие блага, но оно и понятно, везде такое требуется оплачивать, никогда иначе и не было.

С тех пор у них так и повелось, ибо им повезло с начальством, каждое воскресенье было барбекю и невзирая на «Сухой закон» бесплатное пиво с виски. Хозяин будущей фабрики не скупился, потому и работники ему отвечали со всем почтением и широтой американкой души. Трудовая армия она ведь за дисциплину! Положено работать 6 дней в неделю (воскресенье выходной) по 8 часов в день. Однако когда требовалось все в едином трудовом порыве трудились по 12–16 часов в день. Оно и понятно, не какие-то там подлые евреи! Те вон чего придумали! Уморить американский народ голодом и истребить все свободы гарантированные конституцией. Причем они были по настоящему свободными людьми. Не хочешь не работай сверх нормы по 12–16 часов, но и руки тебе никто не подаст, а если ты посмеешь прийти на воскресное барбекю, тебя просто изобьют. Хотя если желаешь совершить самоубийство приходи, да еще возьми бесплатное виски и пиво, что от щедрот поставляет хозяин, тогда точно арматурой по голове прилетит. Был ты живой, а будешь трупом лежать, ибо если к тебе по человечески и ты должен со всем уважением, не какой-то там жадный и неблагодарный еврей…

Кстати фабрику так же быстро в три месяца возвели, но что удивительно легче жить не стало. Всегда надо было, что-то строить. Школу для детишек, дорогу от их пустыря к улицам города, магазин и прочее, прочее, причем уставшие после 8–12 часового рабочего дня рабочие шли на стройку, где работали бесплатно. Оно конечно можно было и отказаться, но было очевидно школа для детей точно нужна и ее надо строить! Однако появились вопросы, а доколе такое будет продолжаться? Ведь трудовая армия должна 8 часов работать, но не бывает дня дабы они не работали от 12 до 16 часов, кроме воскресенья. Причем рабочий день в 12–14 часов воспринимался, как «сокращенный», ибо надо было все больше и больше строить. Народ начинал роптать, благо на фабрике и на стройке всегда были комиссары, которым можно было задать вопрос, извечный вопрос американца, кто виноват?

Евреи! Это они ограбили народ! Потому не хватает магазинов, школ, да и просто дом для себя и своей семьи пришлось строить… Алан в общем-то догадывался, что виноваты банкиры. Ну не могла просто так лечь фондовая биржа. Подлое еврейское лобби пыталось все скинуть на богачей, ага, сейчас! Очевидно, что если много работать, то ты придешь к американской мечте, свой домик или квартира, своя машина, а если повезет две на семью, счет в банке и обязательно дети пойдут в пусть самый захудалый, но колледж. В каждом доме будет свой радиоприемник, а возможно даже два, а там как знать может ты так разбогатеешь, что у тебя будет подумать страшно — холодильник!

Да и действительно становилось полегче. Как только все поняли, что виноваты евреи, то рабочий день волшебным образом сократился до 10–12 часов, нет на фабрике так же трудились по 8–9 часов, но еще нужно было вести народную стройку застраивая и облагораживая их собственный райончик, который уже не напоминал прежний пустырь. Вместо мусора на месте традиционного барбекю разбили деревья и будет парк, где будет традиционное барбекю и дети будут играть в бейсбол. Жизнь налаживалась. Потому в свободное время люди ходили громить этих мерзких евреев! Алан лично кинул кирпич в витрину магазинчика, мало того, что они жестоко побили этих тварей, так еще и трофеи достались, Алан лично снял с управляющего часы-луковицу и теперь щеголял в рабочей жилетке, к которой была пристегнута цепочка и в кармашке лежали часы-луковица…

Они стали ходить на митинги, носили плакаты и требования убивать евреев. Вот только, не правы оказались. Если так задуматься комиссар прав, не бывает плохих национальностей, а бывают плохие люди. Все американцы равны у нас же демократия и страна возможностей. Страна построенная иммигрантами. Вот только в любой нации бывают преступники и это преступники евреи, а что они собственно делали, когда он Алан и его любимая жена загибались от голода? Да банально устраивали пиры, как сраные аристократы. Мы с детишками голодали, а эти уроды жрали с золота, но не просто мясо и рыбу, они жрали наши жизни. Фактически они людоеды! Ведь эта тварь не кусок мяса съела, а чью-то жизнь. Где-то там ребенок уронил бессильно маленькую ручку и погиб от голода, потому, что банкиры, еврейские банкиры не могли нажраться! Как знать, это мог быть ребенок самого Алана. От одной мысли тот вздрогнул. До него дошло, а ведь реально глазенки детишек ввалились от недоедания в годы Великой Депрессии… Ведь реально могли погибнуть его дети, его любимая Элизабет, его Лизи…

Более того на очередной демонстрации и митинге Алан увидел того приказчика из лавки, ну того еврейчика которого он он избил и ограбил забрав часы. Он протестовал против банкиров-евреев, они кричали, что они честные евреи, а из-за таких вот тварей должны страдать и требовали крови этих палачей американского народа. Он даже поговорил с приказчиком. Оказалось нормальный в общем-то мужик. Потому решил вернуть часы лавочнику, но тот реально оказался нормальным. Сказал, что это самое малое, что он может сделать, как американец подарить свои часы другому американцу и доказать, что не все евреи сволочи, а есть хорошие евреи. Да и не помешен он на деньгах, как проклятые банкиры. И снова стал кричать смерть еврейским банкирам!