Чтение онлайн

А утром, когда все уже встали, Эль запела на общем языке:

Получилось лучше, чем у темной. Еще бы – та мой перевод переложила на стихи и спела экспромтом, а хитрая Эль, наверное, всю ночь готовилась. Нет, я, конечно, понимаю, что это уже давно не Высоцкий и Алькор соревнуются, а Ларинэ и Эледриэль, потому как автор перевода не менее важен, чем автор первоисточника, а часто и более. Мало того, что новые стихи принадлежат уже скорее эльфийкам, так еще и я сам их не слишком дословно перевел из первоисточников, подгоняя под новый мир и свою ситуацию. Вот им еще одно поле деятельности, в смысле соперничества, глядишь, и гнома меньше будут доставать своими скандалами. Правда, будут теперь доставать меня, чтоб перевел еще чего-нибудь, и непременно самое лучшее. Но запасы у меня пока большие, есть из чего выбирать.

Ну вот, почти отвязались от меня ушастые со своим: «уважаемый Нарин, пожалуйста, передай этой…» Тьфу на них, пускай теперь мастера Ва’Дима достают песнями. Поют они, конечно, красиво, этого у эльфов не отнять, ничего другого, кроме как по деревьям лазать, из лука стрелять и петь, толком не умеют. А мы, гномы, тоже, между прочим, хорошо поем. Громко. Тут главное песню правильную подобрать. Стоило мне об этом упомянуть, как у мастера Ва’Дима нашлась подходящая, он ее даже сам в стихи переложил, без помощи эльфиек и ничуть не хуже.

Хорошая песня, душевная. Я ее даже без пива неплохо спел, а уж если с тем самым бочонком, да еще и гномьего, да на пятнадцать гномьих глоток, то так споем, что стены задрожат.

Уже второй день двигаемся по дороге, идущей к перевалу, и вот сегодня она оборвалась как-то вдруг. Только что шли по почти нормальной, хотя местами и потрескавшейся, а местами заросшей травой брусчатке, и вот уже впереди завалы камней, а по сторонам горы. По слухам, именно этот перевал – самый проходимый, поэтому решили попытаться протащить и лошадей. Шли медленно, очень медленно. Целых три дня, и еще три дня сидели на месте, когда одна из лошадей сломала ногу, ждали, пока светлая эльфийка ее вылечит. Даже темная эти три дня вела себя прилично и ее не доставала. Совсем не дуры эти эльфийки и скандалить себе и всем во вред не собираются.

А я решил воспользоваться вынужденным сидением на месте и привести в порядок часы. Сразу заметил, что мои «Командирские» спешат, но выяснить насколько, не было никакой возможности. Опытным путем определил, что если ежедневно переводить стрелки на двадцать – двадцать пять минут назад, то разница не будет ощущаться. Для определения полдня решил воспользоваться жюль-верновским способом из «Таинственного острова». Выбрал ровное солнечное место с песчаной поверхностью – в горах и такие, оказывается, попадаются, – воткнул в песок длинную палку и стал ждать, отмечая пальцем, когда тень станет самой короткой, а на другой день повторил. Разница составила девятнадцать-двадцать минут, вот, оказывается, насколько здешние сутки длиннее земных. Как бы еще спросить: сколько тут дней в году, чтоб при этом не вызвать подозрений? Кстати, а сколько у нас? Вроде триста шестьдесят пять. А все ли об этом знают? А вот и не все, сам встречал некоторых незнающих, и это в век поголовной, можно даже сказать, принудительной, грамотности. А уж в темном средневековье, да еще и северному варвару, который иначе чем на пальцах до трех и считать-то толком не умеет, знать такие вещи необязательно. Так что можно смело спрашивать и удивлять окружающих широтой своих интересов: сегодня, вон, числом дней в году заинтересовался, завтра еще чем-нибудь, а послезавтра, глядишь, вообще читать захочу научиться.

– Напомните мне кто-нибудь, пожалуйста, сколько дней в году?

– Триста шестьдесят, – отвечает, ничуть не удивившись вопросу, Лара.

Может, пошутить и спросить, а сколько дней в году у светлых? Наверное, не стоит. Лучше посчитаю на пальцах, сколько же это получается. Час за три дня, десять часов в месяц, значит, в году набегает пять дней. Интересно получается, продолжительность года у нас одинаковая, хотя количество дней и их длина отличаются.

А еще во время вынужденной задержки я вспомнил про имеющиеся у меня карманные шахматы «Ленинград» и научил спутников в них играть. Зря я это сделал. Очень скоро все стали меня обыгрывать. Оказывается, у эльфов была похожая игра – гибрид шахмат с шашками, а у гномов очень сложные шашки, ну а люди играли и в то и в другое. Хотя нет, не зря я это сделал – вскоре в шахматы стали играть ушастые друг с другом, перевели свое вечное соперничество на плоскость черно-белой доски, тем более оказалось, что по силам тут они примерно равны. Только одно новое правило придумали, первый ход теперь принадлежал не белым, а разыгрывался монетой, потому что белыми всегда играла светлая, а черными соответственно темная. Разумное нововведение.

На мой вопрос, почему они сразу не стали играть в свои, эльфийские, шахматы, мне ответили, что хотя я и умный, но очень глупый. Оказывается, что у темных и светлых варианты шахмат отличаются, и ни одна светлая не станет играть в темные, и наоборот. Гномьи же слишком примитивны и при этом усложнены на пустом месте. А моя игра оказалась как раз приемлемым компромиссом.

У меня, кстати, еще и колода карт имеется, но наученный горьким опытом никого знакомить с ними не стану. А то потом буду им еще и в дурака все время проигрывать.

А вот и знаменитая долина Семи Перевалов. Первый перевал, по словам Нарина, самый проходимый, нам все-таки удалось преодолеть вместе с лошадьми, пускай и с осложнениями. С его же слов, тут есть еще один такой, условно проходимый, но нам туда не надо, так как дорога за ним ведет в земли орков. Вид на долину был красивый, я даже несколько кадров сделал (правда, потом пришлось сделать еще несколько, с лезущими в объектив эльфийками, но я к этому уже успел привыкнуть). И над всей долиной доминировал замок. Очень красивый, старинный, со множеством башенок, чем-то похожий на диснеевский. Сколько там лет прошло? Эль говорила, что три тысячи. Умели строить в старые времена, точно умели. Или это все опять магия? Все никак к ней не привыкну, разумом понимаю, что она тут есть, а воспринимать как должное еще не научился. А надо бы, и чем быстрее, тем лучше.

– Ну что, зайдем в гости? – пусть и в вопросительной форме, но скорее предлагаю, чем спрашиваю я.

На меня опять смотрят, как на сумасшедшего, у меня уже даже примета появилась: если на меня так смотрят, то, значит, в конце концов все будет именно так, как я предложил, даже если предлагал в шутку. А смотрят они так потому, что долину Семи Перевалов, оказывается, называют еще и долиной Смерти. И знает об этом не только Нарин, живущий ближе всех к Проклятым Землям, потому и наиболее о них осведомленный, но и все, кто об этих землях вообще хоть что-то слышал. Во время прошлой войны тут было применено самое страшное магическое оружие – никаких разрушений, просто исчезли все люди и животные. Не умерли, а именно исчезли. С тех пор этого места боятся больше всего. В том числе и редкие местные сталкеры, если они сюда доходят, то уже не возвращаются. Откуда тогда известно, что два перевала из семи проходимы? Никто из спутников не смог ответить мне на этот вопрос.

А как по мне, это место выглядит похожим на глаз урагана – вокруг бушует нечисть, а в центре – красота и спокойствие. Делюсь этими своими соображениями со спутниками. Меня никто не поддерживает, что странно, потому как обе ушастые утверждают, что магический фон в долине нормальный, не то что позади, по другую сторону перевала. Но ничего, уговорю. Ведь мы не к оркам же собрались, а остальные перевалы с ходу не возьмешь, все равно придется долго готовиться и разведывать. Так лучше ночевать в комфорте замка, если там внутри все сохранилось так же хорошо, как он выглядит отсюда издалека, чем в палатке и под открытым небом.

Опять Ва’Дим предложил сумасшедшую авантюру. Посетить замок, охраняющий долину Смерти, а если тот достаточно хорошо сохранился, то и поселиться в нем на время нашего тут пребывания. И все это таким тоном, как будто мы здесь долго гостить собираемся. Все, и я в том числе, конечно, высказались, что мы по этому поводу думаем. А потом я и в самом деле задумалась – все самые безрассудные и глупые предложения человека, даже те, в которые он сам не верил, а предлагал только для красивого словца или чтоб нас подразнить (уж я-то чувствовала), так вот, все они приносили результат. Вот и не знаешь, что в таких случаях делать – ругать и отговаривать или, наоборот, поддерживать?

А с темной мы ругаемся все меньше. Только зря она радуется, думает, что сумела меня чуть-чуть потеснить и теперь все время так и будет. Ничего подобного, у меня есть еще несколько сюрпризов в запасе. Ва’Диму понравится.

Спускаемся в долину. Такое впечатление, что тут время как бы остановилось для всего, кроме растительности, да и для нее избирательно. Дороги все целые, и даже травой не тронуты.