Чтение онлайн

Остановился, жду, когда хозяйка мне имя давать будет. А она, как вцепилась в меня, так и висит, не отпускает, заснула, что ли? А потом руки разжала и падать начала. Но тут короткоухий вовремя подсуетился и подхватил на лету. Его я подпустил – понятно же, что тот из свиты моей двуногой. Потом ее, сомлевшую, понесли отдыхать.

А я вот стою, жду – имя, хозяйка, имя!

Не думал, что укрощение местного Буцефала окажется таким серьезным занятием. Так что сгреб я потерявшую сознание ушастую и понес в ее комнаты. Платьице Лара, конечно, классное придумала, в нем не то что на эльфийский обед, в наш ночной клуб зайти не стыдно. А вот коней укрощать не очень, и теперь от него одни ошметки остались, а я опять без фотоаппарата. Эль помочь Ларе никак не могла, потому что для темной ее магия жизни не только не целебна, но и смертельна, не хуже боевого заклинания. Но той вскоре самой стало лучше. Чему я, разумеется, обрадовался.

– Ушастая, – говорю я светлой, – помнишь, я тебе обещал, что натравлю Дрейка на любого эльфа, которого ты выберешь?

– Помню.

– Тогда может остановишь свой выбор на том, который Ларе коня подарил? В благодарность за столь щедрый подарок?

– Можно и на нем, – соглашается Эль.

– Значит, восхождение на вершину Древа Жизни откладываем на вечер, а сейчас идем выгуливать Дрейка. А то совсем про собачку забыли, никакой заботы, предоставлен сам себе, как будто его вообще нет.

Светлая отсрочку воспринимает с явным облегчением, не хочется ей лезть на дерево. А вот Дрейку идея гулять на поводке и в наморднике совершенно не понравилась, отвык он тут от цивилизации и общечеловеческих ценностей. Но ничего, пусть немного потерпит, злее будет. Гном с нами идти отказался. А вот темная заявила, что с ней уже все в порядке и вообще больным полезен свежий воздух и приятные эмоции, так что никуда мы без нее не пойдем. По-быстрому переоделась, синяки и ссадины магией замаскировала и тоже пошла.

Встречные эльфы с подозрением косились на собаку в наморднике. И кстати, обычно нам встречных случайных прохожих попадалось куда меньше или вообще не попадалось. Видимо, как-то заранее узнавали о нашем присутствии и освобождали дорогу. А теперь, значит, стало интересно. Ну, я всех подряд и спрашивал, как нам найти благодетеля, который коня подарил, потому как возникла необходимость в консультации, связанной с животными. Спрашиваемые ни отвечать на вопросы, ни самим предложить разрешить наши затруднения не желали. Но, похоже, передали кому нужно, так как вскоре нам совершенно случайно повстречался сам Пургениил, как раз прогуливающийся с друзьями. Ну захотелось ему в парке погулять, что тут такого.

– В связи с послеобеденными событиями у меня возник вопрос, – говорю я ему. – Мне неоднократно приходилось слышать, что ни одно животное не нападет на эльфа, но то, что я увидел, заставило меня усомниться в правдивости таких слухов.

– И что же ты увидел? – с явным превосходством спрашивает меня эльф.

– Как конь напал на Ларинэ.

– Неужели? Конь ни на кого не нападал, он только защищался, а это очень разные вещи, – объясняет простейшие вещи глупому мне эльф.

– А, ну тогда это самое, совсем другое дело, а то я за Дрейка испугался, – с облегчением говорю я. – Купец, который продал мне щенка, говорил, что это очень особая порода. Такой пес по приказу хозяина нападет на любого эльфа без колебаний. Раньше я не придавал этому особого значения, но после случая с конем решил перестраховаться. Мало ли что, Дрейк например, покусает какого-нибудь неосторожного эльфа, а меня обвинят в неуважении к хозяевам.

– Таких пород не существует, – усмехается Пургениил, – купец тебя обманул.

– Не было еще такого купца, которому удалось бы меня обмануть! – надменно заявляю я. – Ну разве что если в мою пользу.

Эльф только опять усмехается.

– Скажу по секрету, – продолжаю я, – благодаря моему природному обаянию мне довольно легко живется на свете. Купцы всегда делают скидки, эльфийские принцессы влюбляются, а благородные эльфы дарят лучших породистых жеребцов.

На лице у Пургениила можно безо всякой магии разума прочитать все, что он думает о моем обаянии.

– Если не веришь, то можем заключить пари, – предлагаю я, – что мне без труда удастся натравить на тебя свою собаку.

Эльф какое-то время внимательно смотрит на сенбернара, видимо, ауру изучает, потом ухмыляется.

– Если ты думаешь, что укус оборотня сделал твоего пса магическим животным и он теперь сможет напасть на перворожденного, то глубоко заблуждаешься, человек.

– Я не думаю, – говорю я в ответ, – нас, северных варваров, этому вообще не учат. Вредно для здоровья, от мыслей голова начинает болеть. Я просто знаю, что купец не стал бы меня обманывать, тем более из-за такой мелочи. Вот только не знаю, что просить у тебя в случае твоего проигрыша и что предложить тебе на случай, если произойдет невероятное и проиграю я?

– Ну если ты настаиваешь, то я готов заключить такое пари, – делает вид, что позволяет себя уговорить, эльф, – только потом не говори, что тебя не предупреждали.

– Тогда назови, на что хотел бы спорить? Я не очень-то разбираюсь в ценности большей части эльфийских вещей, но, будучи благородным человеком, сам готов поверить на слово благородному эльфу.

Эльф захотел мою алюминиевую ложку.

– Вообще-то это фамильная реликвия, но сам я настолько уверен в своей победе, что готов ее поставить, – говорю я сделавшему свой выбор эльфу.

С этими словами вытаскиваю из кармана знаменитую алюминиевую ложку, которую в спешке забыл выложить обратно в рюкзак. Думаю, облизать ее или нет? Но все-таки воздерживаюсь, а то еще побрезгует и ищи потом другую ценную ставку. Жаль, что вся комичность ситуации понятна только мне одному, а для всех остальных эта ложка и в самом деле дорогущая реликвия.

– А что можешь предложить ты?

– У меня нет столь ценных вещей, – отвечает эльф, – но я тоже не сомневаюсь в своей победе, поэтому могу предложить вассальную присягу.