Чтение онлайн

Почти безнаказанно курсировали по территории СССР немецкие воинские эшелоны, причем в персонале железных дорог советские граждане составляли около 83 %.

Невозможно подсчитать, какое количество солдат и офицеров противника, полицейских уничтожили партизанские отряды. Ведь официальные цифры, направляемые в штабы, почти все брались «с потолка». В условиях быстрых налетов и стремительного отступления подсчитать урон сил врага было даже теоретически невозможно. Прав полковник В. И. Боярский: эти цифры скорее всего брались но принципу А. В. Суворова: «Пиши турок убитыми поболее, чего их, супостатов, жалеть».

...Ситуация в партизанском движении могла бы сложиться намного трагичнее, если бы оказался реализованным фантастический проект Главного управления формирований Наркомата обороны СССР от 7 декабря 1941 г. В нем предусматривалось создание на Дону, Кубани и Тереке 1 -й конной армии народных мстителей численностью 33 006 человек, а также 1 -й стрелковой партизанской армии в 26 481 боец на базе добровольцев Урала, Сибири, Поволжья, ополчения областей Московского военного округа.

С весны 1944 г. более 10 тысяч украинских партизан, включая дивизию П. Вершигоры, воевали с отрядами УПАв Ровенской, Житомирской. Каменец-Подольской, Тернопольской областях.

...11 октября 1940 г. С. К. Тимошенко одобрил план оперативной игры «наступательная операция фронта с прорывом укрепленного района». Она была проведена в январе 1941 г. на условном фронте между Балтийским и Черным морями. При этом особенно внимательно изучались возможности борьбы на плацдармах Восточной Пруссии и Прибалтики, роль воздушных десантов. По условиям игры, 150 дивизий «западных» ударили 15 июля но фронту «восточных», а с 5— 10 августа началось контрнаступление «восточных» (Северо-Западным направлением командовал генерал армии Д. Г. Павлов, а Северо-Восточным — генерал армии Г. К. Жуков). В итоге «войска» Г. Жукова не только не разбили «вторгнувшегося противника», но сами оказались иод угрозой разгрома, за что организаторов игры 13 января резко отчитал Сталин.

Немецкий генштаб провел оперативную игру в течение 29 ноября — 7 декабря 1940 г. Под руководством генерал-квартирмейстера Ф. Паулюса в ней практически уточнялись детали планов «Фриц» и «Отто», на базе которых 18 декабря родился 11-страничный план «Барбаросса», размноженный в 9 копиях. К этому времени абвер заканчивал работу по установлению дислокации советских войск в Западной Белоруссии, Украине и других регионах, полностью завершив ее весной 1941 г. Впрочем, название плана имело плохую историческую примету: император Фридрих 1 Барбаросса действительно двигался на восток, но по пути туда утонул в реке 10 июня 1190 г. на территории Малой Азии.

Советское руководство допустило крупную ошибку при определении направления главного удара вермахта. Она привела к тому, что в Прибалтийском военном округе 8-я армия имела на 160-километровом участке обороны всего 320 пулеметов и 160 орудий, а выдвигавшиеся из восточных округов дивизии прибывали к рубежу Двины и Днепра. За 15—30 мая 1941 г. сюда было передислоцировано 28 дивизий и 4 армейских управления, а планировалось перебросить 114 дивизий.

Сработала реакция на поступившую из различных источников в Кремль информацию. Весной 1941 г. посол СССР в Германии В. Деканозов сигнализировал: в Берлине упорно циркулируют слухи о намерении Гитлера взять в аренду Украину сроком на 99 лет. 4 июня он же дополнял: здесь уверены, что без Украины не только

Германия, но и в целом Европа не смогут обойтись, т. к. лишь ее продовольственные запасы ликвидируют нехватку продуктов. Об этом же сообщал в мае 1946 г. нарком госбезопасности В. Меркулов: его агент в Германии К. Эйкор, например, докладывал, что осенью 1941 г. хлебные запасы рейха исчерпаются, а урожай следующего года не решит проблемы кардинально, поэтому нацистское руководство активно готовит операцию по захвату Украины.

К тому же в первом варианте плана «Барбаросса» генерал Э. Маркс заложил идею основного удара именно в направлении Украины. И хотя впоследствии он оказался перенацеленным к северу от болот Припяти, но завоевание Донбасса оставалось первостепенной задачей. Считалось, что геостратегическое положение Украины позволяет наиболее рационально продолжить операции на Закавказье и Ближнем Востоке — вплоть до нефтяных скважин Баку, затем через Иран и Афганистан к Индии, чтобы подорвать британские колониальные тылы.

Гитлер явно спешил с нападением на СССР, хотя немецкая индустрия нуждалась в импорте 80 % резины. 65 % олова, 70 % меди, 50 % свинца, 25 % цинка. Германская авиация не имела 500-килограммовых бомб до осени 1939 г., не было ночных и дальних бомбардировщиков, все еще недостаточной являлась аэродромная сеть, отсутствовала связь между бомбардировщиками и истребителями эскорта, остро не хватало алюминия, стали, опытных командиров, запасных частей для военной техники. Самолет типа «Юнкерс-88» был готов в 1939 г., но за 2 года в его конструкцию пришлось внести 25 тыс. изменений, другой бомбардировщик — «Хенкель-177» — имел несовершенную систему прицеливания и т. д. К моменту агрессии далеко не все прорехи удалось ликвидировать. Даже Геринг временами склонялся к тому, что большую войну нельзя начинать ранее 1942—1943 гг.

Видимо, не только рейхсмаршала, но и многих других увлекла речь Гитлера 14 сентября 1939 г. Оратор с вожделением заявил: будь в наших руках Урал с его богатствами, Сибирь с лесными массивами, зерновая Украина, немцы жили бы в полном достатке, имея намного больше благ, нежели необходимо. Так что в начале июня 1941 г. Геринг уже хвастался в Париже, что вермахт расколотит Россию за 2 месяца. Почти все руководство рейха пропустило мимо ушей предупреждение будущего руководителя американской разведки в Европе У. Кейсли, сделанное публично 1 сентября 1939 г.: война в XX веке стала борьбой финансовых и материальных ресурсов.

С февраля 1941 г. под руководством немецкого контр-адмирала Ф. Флейшера шла подготовка к минированию фарватеров Черного моря. Особенно опасными для советских кораблей оказались неконтактные мины с акустическими взрывателями. До создания весной 1942 г. в СССР акустических буксируемых тралов Военно-Морские Силы Советского Союза понесли от них наибольшие потери.

В течение 16—20 июня немецкие ВМС провели операцию «Варгбург»: замаскированные под торговые суда 48 тральщиков и торпедоносцев ушли к финскому побережью, более 3тыс. мин было поставлено на подходах к Клайпеде, Пулавам, Колобжегу. В 3.20 утра 22 июня около Готланда нацисты потопили советский лесовоз «Вязьма», шедший с грузом пиломатериалов в Германию. А ведь еще 28 апреля 1941 г. посол Германии в СССР Ф. фон Шуленбург в получасовой беседе с Гитлером пытался доказать: не следует начинать войну с Советами, потому что в 1942 г. Сталин предоставит рейху не менее 5 млн т зерна.

Без сомнения, намерения Сталина, как и работников советского Генштаба, не выходили за рамки предстоящей в будущем наступательной войны для освобождения Европы от гитлеризма и расширения зоны коммунистического влияния. Сомнительно лишь, что начало военных действий намечалось на 6 июля 1941 г. Ведь Сталин решительно отверг предложение С. Тимошенко, Г. Жукова, Н. Ватутина о превентивном ударе.

И немудрено: на новой границе строительство укреп-районов явно запаздывало. Хотя весной 1941 г. на протяжении 3 тыс. километров в трех западных военных округах их лихорадочно формировали 135 714 военных и гражданских строителей, но до завершения работ было далеко. В 1300 дотах к началу войны успели установить только пулеметы на полевых станках, разрывы между узлами обороны и укрепрайонами достигали

10—80 километров. Недостаточной оставалась сеть железных дорог в Прибалтике, Западной Украине и Западной Белоруссии, не хватало складов и линий связи.

Хотя к середине июня 1941 г. в составе Красной Армии насчитывалось 303 дивизии, в том числе 61 танковая, однако Сталин в узком кругу соратников с осени 1940 г. не уставал повторять о неготовности Вооруженных сил к войне с серьезным врагом. Ведь только 23 летных экипажа могли летать в любую погоду, лишь 208 — обучены пилотировать самолеты новых модификаций,