Чтение онлайн

Мы их подпустили, да подряд семь залпов по ним и дали. Тут они здорово оробели, сразу остановились. Лошади их взвились на дыбы и попадали. Тут у них, сразу, на месте, шесть лошадей остались, девять улан да один офицер. Мы - на коней, да карьером за ними. Догнали. Многих перекололи, срубили, двух в плен взяли. Мы бы, Ваше Императорское Величество, с ними со всеми справились, да по нас соседние германские пехотные части жестокий огонь открыли. Те уланы, что мы в плен взяли, сказывали, что они привезены сюда из-под Франции. Что вот там у них в полку за все время только шесть человек убито, а тут вот, у нас, за полтора дня полка не стало. За это дело я и урядник Болотов и получили Георгия 4-ой степени, Ваше Императорское Величество.

Рассказ произвел большое впечатление своей простотой. Много и других интересных эпизодов рассказали тогда казаки Государю. Его Величество был очень доволен. После завтрака Государь осматривал новый поезд В. Князя, а вечером отбыли в Ровно.

На другой день, в Ровно, Государя встретила на вокзале В. Кн. Ольга Александровна и они вместе поехали в ее лазарет; после завтрака сделали большую прогулку пешком, а в 7 ч. поезд направился в Киев.

27-го, утром, приехали в Киев. Это был первый приезд после убийства там Столыпина. Мне было не по себе. Теперь там жили В. Княгини Анастасия и Милица Николаевны, и свита очень интересовалась, как они встретятся с Государем, т. к. натянутые отношения княгинь с Царицей не являлись секретом. При встрече депутациями Купеческого и Еврейского общества было поднесено на раненых по 100.000 рублей, Биржевой комитет поднес 50.000, а Комитет помощи раненым 25.000. Государь проехал в Софийский собор, отслушал молебен, поклонился мощам Св. Макария, митрополита Киевского, осмотрел гробницу Ярослава Мудрого (12 век), принял икону "Нерушимая стена", принял Совет Свято-Владимирского братства и от него - икону Св. Владимира, и проехал в Покровский монастырь.

Киево-Покровский женский монастырь был устроен в 1889 году В. Кн. Александрой Петровной, матерью В. Кн. Николая Николаевича. Великая Княгиня, принявшая монашество под именем Анастасии, подвизалась в монастыре до 1900 года, когда умерла и там же была похоронена. При монастыре была бесплатная больница и лечебница имени Императора Николая II-го, обращенная с войной в лазарет для раненых. Там работали обе сестры В. Княгини. Встреченный Княгинями, Государь отслушал краткое молебствие и прошел на могилу В. Княгини. Простая, из зеленого дерна, могила. Прошли в лазарет. Там, около раненых, много работавшие: Княжна Елена Георгиевна Романовская, герцогиня Лейхтенбергская (от первого брака В. К.), Марина Петровна и Надежда Петровна. Лазарет произвел очень хорошее впечатление. Красиво, уютно.

Посетив затем Дворянский лазарет, Государь вернулся в поезд завтракать, а после завтрака посетил Киевское военное училище, устроенный там лазарет и большой Военный госпиталь. Там Государь прослушал доклад о лечении раненых в голову. То были несчастные изуродованные. Многим Государь пожаловал награды. Картина была тяжелая.

Уже стало смеркаться, когда Государь поехал в Лавру. По традиции Государь вошел в ворота Лавры пешком. Через весь, запорошенный снегом, двор, как две широкие черные ленты, протянулись ряды иноков. Они низко, земно кланяются Государю. В "Великой церкви" тихо. В стороне, в уединенном месте силуэты схимников. Мерцают свечи и лампады. Дрожат от них лики святых.

Государь поклонился чудотворной иконе Успения Божией Матери, принял благословение митрополита Амвросия, поднесшего икону, спустился в пещеры и поклонился перед ракою святителя Павла митрополита Тобольского. Тогда не обратили на это внимания, но, как странно кажется это теперь.

Из Лавры Государь проехал к Великим Княгиням, затем посетил питательный пункт станции Киев, осмотрел военно-санитарный поезд и лазарет, сооруженный на средства служащих Юго-Западных железных дорог и вернулся на вокзал.

Ко времени отхода Императорского поезда, в Царский павильон собралось много народа. Приехали Великие княгини с детьми, врачи и сестры отряда Северо-Американских штатов. Их представил предводитель дворянства Безак. Были выстроены юнкера 2-го Киевского военного училища и Школы подпрапорщиков. Государь сказал им небольшую, но горячую речь, закончив ее словами: "Желаю вам преодолеть с полным успехом нашего коварного и сильного врага."

В 8 ч. 15 м. Императорский поезд покинул Киев, провожаемый национальным гимном и криками ура.

Утром 28-го приехали в Полтаву. Ясный морозный день. Встреча на улицах опять носила теплый задушевный, простой провинциальный характер. Зимние костюмы дам, полушубки, папахи, малороссийские платки - все было как-то особенно мило. На морозном воздухе, при зимней тишине, особенно весело звучал трезвон колоколов. Только накануне принесли в собор, с крестным ходом, местную святыню Горбаневской Божией Матери и с ней пришло много простого деревенского народа.

С вокзала Государь отправился в собор, где был встречен, не раз упоминавшимся, преосвященным Феофаном, который представил Их Величествам Распутина (долго был его другом, а затем стал заклятым врагом). "Сожалею, что тебе придется видеть отвратительного Ф. ", - телеграфировала в тот день Государю Его супруга. Однако Государь ничем не выказал своего неудовольствия и был милостив с архиепископом, как и со всеми.

Из собора Государь проехал в лазарет, устроенный на средства казаков и крестьян. Там поднесли 10.000 рублей и, говоривший речь малоросс, упомянул, что народ особенно благодарит за запрещение продавать во время войны водку. В лазарете Государь долго говорил с 15-летним красивым мальчуганом, который делал поход с 176 Переволоченским полком, был в боях, был ранен в левую ногу. Государь дал ему медаль за храбрость. Большинство раненых были ранены на Карпатах и многие разрывными пулями. Австрийцы часто употребляли их.

Посетив затем Дворянский госпиталь, Государь проехал в Кадетский корпус, где были собраны все раненые офицеры, находившиеся в Полтаве. Государь говорил с каждым раненым, горячо всех благодарил и желал скорей поправиться. Осмотрев весь Корпус, посмотрев гимнастику кадет, Государь выразил уверенность, что кадеты будут радовать его своим поведением и занятиями.

Из Полтавы Государь поехал в Севастополь. Все дальше и дальше убегали Царские поезда от нашего северного, веселого, белоснежного, зимнего пейзажа и скоро из окон вагонов были видны уже унылые, черные зимой, южные степи.

Туманное утро 16-го октября 1914 года. Седая мгла висит над Севастополем. Тихо кругом. Город спит. Дремлет эскадра, лишь вчера вернувшаяся с моря под командой адмирала Эбергарда. Но не спят на крепостных фортах. В пять часов получено приказание: "ПОЛОЖЕНИЕ No I", по которому форты готовы открыть огонь во всякую минуту. Ждут "Гебена".

В 5 ч. 15 м. с моря раздался тяжелый выстрел, за ним другой, третий, все чаще и чаще - то "Гебен" стрелял по Севастополю. А его сотоварищи в то же утро, но часом раньше обстреляли Одессу, Евпаторию и Новороссийск. "Гебен" бомбардировал Севастополь минут двадцать. Крепость открыла по нем огонь и он ушел. Говорили, что пострадал. Но говорили и то, что он был даже на минном поле, но его почему-то не взорвали. Это почему-то связывали с именем Эбергарда. Ему будто бы кто-то докладывал, просил разрешения, он не позволил. Такие поползли слухи... Говорили и среди офицеров, даже среди матросов. Дошло до Ставки. Назначили дознание, но все затихло. Эбергард оставался на своем посту. Теперь уже в разгар войны второй немецко-турецкий крейсер "Бреслау" 26-го января дал по Ялте сорок выстрелов. И опять заговорили об Эбергарде: Что же он делает?

Среднего роста, худощавый, чистенький и аккуратный, адмирал был педантичен, строг, требователен и джентльмен в полном смысле. Офицеры его любили, но он плавать, по слухам, не любил.

Наши миноносцы и при нем рыскали по Черному морю и то и дело топили у турецких берегов их лайбы. В Ставке, в синематографе, все время показывали, как наши миноносцы работали под турецким местечком Зунгулдак. 28-го января флот вернулся с моря, а 29-го Государь приехал в Севастополь. С местными властями Государя встретил и Морской министр Григорович. Государь посетил флагманский корабль