Чтение онлайн

Глаза вождя сверкнули недобрым огнём, ноздри его нервно вздрагивали. Он замолчал, справляясь с собой. Настроение хана передалось воинам.

Великий хан! – воскликнул Гурк, поднимаясь на ноги и сжимая кулаки. В его глазах бушевало пламя, – разреши ударить прямо сейчас!

Разобрав последний завал, передовая часть рати Тёгюнчи кагана вышла из узкого ущелья в небольшую долину. Основная часть войска осталась в широкой долине ниже по реке. На землю опустились сумерки. Уже в темноте ставили шатры и разводили костры. Уставшие за день воины наспех поужинали вяленым мясом, запив водой из ручья, и повалились спать. Звёзды высыпали на небе. К середине ночи костры потухли и только красные угли иногда светились в темноте, раздуваемые ветром. У дозорных слипались глаза. Усталость брала своё. У одного из костров, расположенного ближе всех к дороге, стояли двое. Они вглядывались в темноту ночи, осматривая каждый камень.

– Где этот баран? – спросил один из них, раздраженно переступая с ноги на ногу, – скоро утро, а его всё нет!

– Кажется, идёт, – поднял другой ладонь, призывая к молчанию.

Действительно, со стороны лагеря послышались шаги. Они приближались. Вскоре в свете костра появился чернобородый воин, одетый в шкуру на голое тело. Его руки, плечи и грудь покрывали татуировки. Он нес на плече женщину.

– Уф! – человек бросил ношу на землю и вытер пот со лба.

– Ты, похоже, через все Бездны прошёл, прежде чем вернулся! – набросился на него товарищ, разглядывая молодую девушку, на которой почти не было одежды. Обрывки платья совсем не прикрывали её тело и ноги, связанные в двух местах. Руки тоже были связаны за спиной. Рот был заткнут лоскутом от ее же платья и завязан сверху полоской ткани.

– Сам попробуй, – огрызнулся человек, сплюнув на землю. Он указал на девушку лезвием ножа, – смотри, какая она пухлая. У нею одна сиська с твою тупую башку. Я её через всю поляну волок. Ну че, – предложил он, присаживаясь у ног девушки, – сначала ноги ей раздвинем, потом жрать будем? Или наоборот, сначала черепушку вскроем, потом ноги раздвигать?

– Не-е, – протянул один из дозорных, выпучив глаза и отстраняясь ладонями, – я сначала залезу на неё. Дохлых щупать как-то не по мне.

– Да пошёл ты…, срань нежная, – чернобородый воин сплюнул на землю, – мозг, он и у обезьяны мозг. Мне лично без разницы. Я сейчас больше жрать хочу. От этой вяленой конины блевать уже хочется!

Он опять сплюнул, затем продолжал, разрезая верёвки на ногах женщины:

– Ну, раз вы такие нежные, пусть будет по-вашему.

Женщина мотала головой, пыталась кричать. По щекам её текли слёзы. Вдруг она перестала извиваться и издавать звуки. Воин удивленно взглянул ей в лицо. Женщина с ужасом смотрела куда-то мимо него. Воин медленно встал и развернулся. Вместо товарищей, которые должны были находиться за его спиной и ждать, пока он закончит свое дело, на их месте стоял человек в длинном темном плаще до колен с надвинутым на глаза капюшоном. Лица не было видно. В руках он держал занесенный меч, с которого капала кровь.

– Что за…

Договорить чернобородый не успел. Свистнул меч, и голова дозорного отлетела в сторону, а тело, выбрасывая фонтаны крови, упало на колени, затем повалилось на бок. Человек в капюшоне склонился над женщиной.

– Тсс, – подставил он палец к губам и в одно мгновение растворился в темноте. Женщина не успела даже кивнуть головой в знак согласия. Со стороны лагеря послышались шаги нескольких человек.

– Здесь что-то происходит. Я видел, как сверкнул меч, – раздались голоса.

Блестя сустугами на щитах и шлемах, на освещённое пространство вышли четверо.

– Что это? – один из них схватился за рукоять меча.

Вытащить его он не успел. Лежащий рядом камень вдруг ожил и поднялся в воздух. Перелетев через группу воинов, он приземлился с другой стороны, ударив остриём меча одного из стоящих в затылок. Тот упал, не издав ни звука. Другой воин, попытавшийся вытащить меч, вдруг закачался, одной рукой держа рукоять меча, а другой сжимая своё горло, из которого ручьем текла кровь. Оставшиеся в живых обнажили мечи. Человек в плаще внезапно оказался рядом с одним из них и приставил ему меч к горлу. Второй воин сделал резкий выпад, пытаясь проткнуть мечом незнакомца. Но острие рассекло лишь воздух. Человек в плаще молниеносно обернулся вокруг своей оси, уходя от удара, и одним движением отрубил одному противнику голову, а другому – почти наполовину. Он исчез в темноте еще до того, как тела упали на землю. Когда из-за горы взошла луна, осветив долину, на поляне, где расположился передовой отряд Тёгюнчи кагана, появились всадники в рогатых шлемах. Рыча и изрыгая проклятия, они на полном скаку ворвались в лагерь, размахивая огромными топорами. Синий свет луны отражался на широких лезвиях, которые вращались вокруг всадников, то справа, то слева нанося противнику смертельные раны. Заспанные люди метались по поляне в поисках убежища, но везде их настигала смерть. Дозорные основной рати услышали звон мечей и крики раненых. Где-то там внизу, за узким ущельем рог затрубил тревогу.

– С этими что делать? – крикнул Заригор Равару, указывая рукой на две клетки, битком набитые молодыми женщинами, – их нельзя здесь оставлять. Эти твари их сожрут.

– Забрать с собой. Каждый возьмет по одной, и пусть уходят, – ответил Равар.

Заригор кивнул и спрыгнул с коня. Одним ударом топора он сломал дверь клетки.

– Эй, братва, давай сюда! – крикнул он, – здесь женщин дают!

Запрыгнув в клетку, он стал подносить к двери упирающихся женщин, передавая их своим воинам.

– Не ронять! Везти как драгоценность! – кричал он, смеясь, – выдаются только по одной штуке на руки.

– Мне покрасивее выбери, – хрипло крикнул пожилой воин, подъезжая к дверям клетки.

– Здесь все красавицы, – ответил Заригор, – не привередничай!

– И то правда, – согласился воин, усаживая девушку рядом с собой и рассматривая ее, отчего та чуть не лишилась чувств.

Воин откинулся в седле и засмеялся.

– Все, – махнул топором Заригор, – кончились. За мной, к следующей клетке!

Сверху, откуда спускалась дорога, появились всадники. Равар поспешил к ним.

– Спешивайтесь и прячьте коней, – крикнул он, – занимайте позиции на скалах и разводите костры.

– Все, – раздался над поляной голос Заригора, – девки кончились. Кому не досталось, все ко мне.

– А вы, – подтянул он за ворот воина, которому передал последнюю девушку, – гоните в лагерь Шонкора. И чтобы все женщины были в целости и сохранности!

Заригор поднес к его лицу свой огромный кулак. Глаза их встретились. Тот понятливо закивал и тронул коня. Вождь варваров собрал своих воинов и повел их вверх по тропе. Туда же, куда увезли женщин. Отъехав от долины на значительное расстояние, он развернулся и остановился.

– Все, – поднял он руку, – стоим. Ждем.

Поравнявшись с передними рядами, он положил топор на круп коня и, внимательно глядя на разгорающиеся костры, правой рукой взял притороченную к седлу увесистую кожаную флягу. Отпив из нее несколько глотков, он довольно крякнул и вытер тыльной стороной ладони рот.

– Что это? – наклонился к нему Гурк. Он обратил внимание, что некоторые воины сделали то же самое.

– Это напиток силы, – потряс флягой Заригор, – твои предки много сотен лет используют его. Перед хорошей битвой стоит принять несколько глотков. Попробуй.

Гурк взял флягу. Понюхал. Пахло чем-то резким и пряным. Он поднес флягу ко рту и сделал несколько глотков. Потом, вдруг быстро отстранив флягу, втянул голову в плечи.

– Хо, – выдохнул, наконец, он, – ничего себе напиток силы! Это же жидкий огонь!

– Хо, – выдохнул он еще раз и вернул флягу.

– Ничего, скоро этот огонь проникнет в твои жилы, и ты почувствуешь его силу, – сказал вождь варваров, привязывая флягу к седлу. Взгляд его был устремлен на поляну.

Там горели костры, освещая пространство, горели сломанные клетки, горели шатры. В лунном свете было видно, как по ущелью поднимается отряд.