Чтение онлайн

Эта молитва показывает, что Гертруда была очень самокритична и в размолвках и ссорах с мужем была склонна больше винить саму себя, а не его.

С помощью молитв княгиня как бы анализировала сложную ситуацию, сложившуюся в семье, и пыталась найти выход из нее. Ей казалось, что Бог услышит ее просьбы и принесет всем покой, умиротворение и благополучие.

Золотые изделия из клада, найденного в 1887 г. в усадьбе Михайловского Златоверхого монастыря

Причиной конфликтов между Изяславом и Гертрудой было бедственное положение, в котором оказалась их семья за границей в период второго изгнания из Киева. Дело в том, что на этот раз польский король Болеслав не только отказался помочь беглецам, но и отобрал у них казну. В итоге почти без средств существования они оказались в немецком городе Регенсбурге и стали искать новых союзников. По мнению исследователей, Изяслав решил обратиться к своему дальнему родственнику германскому королю Генриху IV (позднее стал императором). Сестра короля была женой венгерского короля Шаламона, сына сестры князя. Правда, в это время Шаламон был тоже изгнан из своей страны и повинны в этом были племянники Гертруды. Очевидно, по этой причине Генрих решил лишь отправить в Киев посольство для выяснения сложившейся там ситуации. Характерно, что главой его он назначил настоятеля Трирской церкви Бурхарда, брата второй жены Святослава Ярославича Оды. Естественно, что тот не собирался действовать против сестры и, получив в Киеве богатые подарки, в 1075 г. вернулся в Германию. [387]

Возможно, Гертруда понимала, что обращение за помощью к Генриху IV не принесет успеха, поскольку тот был зол на ее сестру и сыновей, изгнавших Шаламона. Она, вероятно, пыталась найти иных союзников, но муж не желал с ней советоваться. Эта ситуация и нашла отражение в молитвах княгини.

В итоге, следуя примеру отца, польского короля Мешко I, Гертруда попыталась действовать самостоятельно и найти поддержку у папы Римского Григория VII, находящегося во враждебных отношениях с германским королем. Вполне вероятно, что для этого княгине вместе с сыном Ярополком и невесткой Кунигундой пришлось принять католичество и пообещать папе ввести католичество на Руси.

Григорий VII принял просителей и согласился оказать им помощь. О содержании его беседы с Ярополком известно из папской буллы от 17 апреля 1075 г. Ее адресатом был Изяслав, якобы отказавшийся от своих прав на киевское великое княжение: «Ваш сын, посетив могилу апостолов, прибыл к нам и смиренно молил нас, желая получить ваше государство от нас как дар св. Петра, давши клятву быть верным главе апостолов. Он уверил нас, что вы согласились бы на его просьбу. Так как она показалась нам справедливой, то мы и отдали ваши владения ему от имени св. Петра. [388]

Таким образом, из папской буллы следовало, что владения Изяслава передавались Ярополку, ставшему верным католиком. Взамен тот, видимо, обещал окатоличить Русь. Но у папы не было воинской силы, которая бы реализовала его постановление. Возможно оно было нужно лишь для того, чтобы в глазах европейской общественности представить действия Святослава Ярославича абсолютно незаконными и лишить поддержки в случае вооруженной борьбы с Изяславом.

Гертруда, желая запечатлеть акт получения Ярополком папской буллы, повелела изобразить встречу с Григорием VII на миниатюре и вшить ее в Трирскую псалтырь. По ее представлению, этот рисунок должен явиться документальным свидетельством происшедшего. В. Л. Янин высказал предположение, что вшитые в псалтырь миниатюры были изготовлены в 1075 г. регенсбургскими мастерами. [389] Но они могли быть сделаны и позднее, уже на родине, придворным живописцем княгини.

По-настоящему реальную помощь княжеской чете оказала вторая папская булла, которая была адресована польскому королю Болеславу. В ней содержалось требование вернуть казну Изяславу и снарядить для него войско. Через некоторое время оно было выполнено, хотя томительное ожидание изгнанников затянулось больше, чем на года. Вполне вероятно, что все это время Гертруда проводила в молитвах и паломнических поездках по местным монастырям. Особенно часто она бывала в монастыре св. Иакова, поэтому после смерти княгини в 1109 г. на ее пожертвования монахи воздвигли в обители храм в честь св. Гертруды. [390]

Только в самом конце 1076 г. Гертруда и Изяслав узнали, что их главный недруг Святослав скоропостижно скончался. Хотя на престол сел следующий по возрасту Ярославич, Всеволод, его уже изгнанники не боялись. У него не было сильных союзников среди европейских монархов. Летом 1077 г. с помощью Болеслава Изяслав вступил на территорию Руси и двинулся к Киеву. Всеволод вышел ему навстречу, но увидев сильное войско, предпочел заключить мир. В благодарность к своим владениям он получил черниговские земли Святослава. В «Начальной летописи», почти не освещавшей правление узурпатора, была четко зафиксирована дата возвращения изгнанников в Киев – 15 июля 1077 г. Ярополк, естественно, не стал оспаривать свои достаточно призрачные права на великокняжеский престол и довольствовался Вышгородом, Святополк получил Новгород. [391] Это должно было означать, что первый являлся соправителем Изяслава (можно вспомнить, что Вышгородом владела княгиня Ольга, когда правила вместе с сыном), а второй – их главным наследником.

Вполне вероятно, что по случаю счастливого возвращения князь и княгиня сделали богатые вклады в храмы и монастыри. Изяслав занялся обустройством своего Дмитровского монастыря, заложенного еще в 60-е гг. Гертруда, видимо, вновь стала покровительствовать монахам Киево-Печерского монастыря и помогла им окончательно завершить и украсить величественный Успенский собор, начатый еще в 1073 г.

Однако новое правление Изяслава Ярославича продолжалось совсем недолго. Князь был убит 3 октября 1078 г. во время междоусобицы, затеянной сыновьями Святослава с дядей Всеволодом. Для Гертруды и ее сыновей это стало огромным горем, поскольку они не только лишились близкого человека, но и великокняжеского престола. Нарушать завещание самого Ярослава Мудрого никто из них не посмел, поэтому в Киев без всяких помех въехал последний Ярославич, Всеволод. Изяслава с почетом похоронили в Десятинной церкви рядом с дедом Владимиром I. На этом, видимо, настояла Гертруда, желавшая объявить мужа святым мучеником, страдавшим от происков братьев и отдавшим жизнь за интересы младшего из них.

Некоторые исследователи полагали, что «Начальный свод» Никона был закончен в 1073 г., когда Изяслава второй раз согнали с престола. Однако его последующие статьи дают право предположить, что игумен вел летописание до своей кончины в 1088 г., поскольку никто, кроме Гертруды, не мог написать столь хвалебные некрологи по Изяславу и Ярополку. Первый помещен в годовой статье 1078 г., второй – 1086 г. Следует отметить, что в некрологе Изяслава перечислены не только черты его характера, но и описана его внешность: «Бе же Изяслав муж взором красен и телом велик, незлобив нравом, криваго ненавидя, любя правду; не бе льсти в нем, но прост муж умом, не воздал зла за зло». [392] Согласно этому описанию, князь был красивым мужчиной могучего телосложения, отличался добрым нравом, был честным, но и несколько простодушным, поэтому на зло не отвечал и за него не мстил. Последнее замечание мог сделать только тонкий психолог, хорошо знавший Изяслава. Им как раз и была его жена. Она же могла подчеркнуть внешнюю привлекательность князя, которую игумен Никон мог и не заметить, будучи духовным лицом.

После смерти мужа Гертруда, видимо, поехала в выделенный Ярополку Владимир-Волынский. С этого времени все ее молитвы были посвящены любимому сыну. Из-за начавшейся в 1079 г. междоусобицы его жизнь не раз подвергалась опасности. Поэтому княгиня обращалась с горячими просьбами о заступничестве к Богу, Богоматери и св. Петру. Вот отрывок из одной ее молитвы: «Усмири его недругов, внуши ему твердую надежду, истинные чувства, совершенную любовь. Освободи его от неприятелей, чтобы не попал к врагам, чтобы недруги не радовались его поражению, отведи от него гнев и негодование, защити несокрушимой стеной в битве, милосердной помощью обрадуй его сердце». [393]

Следует отметить, что Гертруда нисколько не идеализирует сына, она видит все его недостатки и знает о плохих поступках, поэтому просит святых отпустить ему все грехи, совершенные «сгоряча и по наущению давнего врага». Княгиня знает, что Ярополк «опускался в пучину пьянства и обжорства, был повинен в гордыне, хвастовстве, клятвопреступлении, злословии, алчности, тщеславии, нетерпении, лживости, воровстве, лжесвидетельстве и даже стал для всех посмешищем». [394] Но она все равно очень любит его и молится о нем.