Великие советские фильмы. 100 фильмов, ставших легендами
Шрифт:
Это прежде всего относится к Юрию Георгиевичу Богатыреву (02.03.1947—02.02.1989), которого Михалков открыл для кино и снял почти во всех своих фильмах. Он снимался также в фильмах: «Два капитана» (1977), «Объяснение в любви» (1978), «Открытая книга» (1977–1979, сериал), «Отпуск в сентябре» (1979), «Нежданно-негаданно» (1983), «Чужая жена и муж под кроватью» (1984), «Мертвые души» (1984, сериал), «Дон Сезар де Базан» (1989) и др.
В своей первой режиссерской работе Михалков снял и Александра Кайдановского. В 1973 году, когда актер проходил службу в армии в кавалерийском полку при «Мосфильме», позвал его в новый фильм. И Кайдановский сыграл свою первую звездную роль — ротмистра Лемке. Александр Леонидович Кайдановский (23.07.1946—03.12. 1995) свои самые известные роли сыграл в фильмах: «Пропавшая экспедиция» (1975), «Золотая речка» (1976), «Кто поедет в Трускавец» (1977), «Дознание пилота Пиркса» (1979), «Сталкер» (1979), «Рафферти» (1980), «Десять негритят» (1987), «Исповедь незнакомцу» (1994) и др.
В упоминавшемся режиссерском дебюте был занят и Александр Пороховщиков. В новом фильме Михалкова у него была роль председателя ГубЧК Кунгурова. Поскольку артист сразу же свалился с лошади, режиссер милостиво разрешил ему в кадре передвигаться на автомобиле.
Сергей Каюмович Шакуров (p. 01.01.1942), сыгравший Забелина, сам скакал на лошади и мастерски выполнял трюки, потому что с детства серьезно занимался спортом. Он много снимается в кино: «Сибириада» (1978), «Спасатель» (1980), «Всем — спасибо!..» (1981), «Любимая женщина механика Гаврилова» (1981), «Портрет жены художника» (1981), «Парад планет» (1984), «Личное дело судьи Ивановой» (1985), «Друг» (1987), «Француз» (1988), «Две стрелы. Детектив каменного века» (1989), «Собачий пир» (1990), «Армавир» (1991), «Антикиллер» (2001), «Тайны дворцовых переворотов. Россия. Век XVIII» (2001–2002), «Антикиллер-2» (2003), «Брежнев» (2005, сериал), «Консервы» (2007) и др.
Фильм «Много шума из ничего» (1971) сделал популярным Константина Райкина. В картине Михалкова Райкин все трюки тоже выполнял сам, без дублера, что стало возможным благодаря занятию в детстве в спортивных секциях. Его герой по ходу действия картины падал с 12-метрового берега в ледяную горную речку Аргун. Актер едва не погиб в водовороте бешено мчащейся реки, когда его стало затягивать под скалу. Но игра со смертью стоила свеч: роль татарина Каюма стала большой удачей картины и принесла Константину Райкину заслуженную популярность.
Режиссер Никита Михалков почти всегда снимает в своих фильмах актера Никиту Михалкова. Его есаул Брылов, в широкополой шляпе и длинном пальто, невозмутимо грызущий яблоко на пути мчащегося поезда, как никто другой внешне ближе к героям классического вестерна. Только в этом фильме он — главарь банды, а посему персонаж резко отрицательный, несмотря на харизму и аристократическое обаяние.
Произошел на съемках и курьез, едва не обернувшийся для молодого режиссера уголовным делом. Помещенное объявление о привлечении местного населения для массовых сцен было кем-то понято с точностью до наоборот: что сами люди должны платить деньги за возможность сняться в фильме. Кто-то стукнул руководству республики, и оттуда на разборки приехала комиссия. Слава богу, недоразумение благополучно разрешилось.
Хотя официально фильм не получил наград и собрал в первый год проката не очень небольшую (по тем временам) зрительскую аудиторию — 23,7 миллиона человек, «Свой среди чужих, чужой среди своих» вошел в золотой фонд отечественного кино.
Фразы из фильма, ставшие крылатыми
Нехорошо, Шурик, совсем нехорошо. Это что же такое получается-то? Я золотишко собрал, приготовил, а ты все себе захапал (Шилов).
Неблагодарное это занятие — бить красных (есаул Брылов).
Лемке. Господи, ну почему ты помогаешь этому кретину, а не мне?
Шилов. Потому что ты жадный, а даже Бог велел делиться.
Вот она, моя бумажная могила! Зарыли, закопали славного бойца-кавалериста (Забелин).
А Коля-то у нас воздержанный стал (Забелин).
Забелин. Махнемся не глядя: ты деньги считать, я — контру ловить, а?
Кунгуров. Патронташ забыл.
Да-а! Хоро-о-ошая у нас компания! (Есаул Брылов)
Какие там дела?.. У нас делишки. Вот у Забелина — дела!
Ротшильд хренов! (Лемке)
Убей его, Шилов! Убей его! (Лемке)
Агония (2 серии) (1974–1981)
Режиссер Элем Климов
Оператор Леонид Калашников
Сценаристы Семен Лунгин, Илья Нусинов
Композитор Альфред Шнитке
В главных ролях:
Алексей Петренко — Григорий Распутин
Анатолий Ромашин — Николай II
Велта Лине — Александра Федоровна
Алиса Фрейндлих — Вырубова
Александр Романцов — Феликс Юсупов
Юрий Катин-Ярцев — Пуришкевич
Сергей Мучеников — Дмитрий Павлович
Леонид Броневой — Манасевич-Мануйлов
Борис Иванов, Павел Панков, Михаил Данилов, Михаил Светин, Нелли Пшенная, Борис Романов, Александр Павлов, Владимир Осенев, Петр Аржанов, Людмила Полякова, Анатолий Равикович, Валентина Талызина и др.
Производство: «Мосфильм»
Впереди маячила серьезная дата — 50-летие Октябрьской революции, на которое советские кинематографисты должны были ответить очередной «заказухой». И в 1966 году режиссер Анатолий Эфрос начал снимать фильм по пьесе А.Н.Толстого «Заговор императрицы». Работа шла трудно. Режиссера отстранили. Иван Александрович Пырьев — к тому времени из всесильных директоров «Мосфильма» ставший руководителем объединения «Луч», на котором была запущена картина, — на свой страх и риск доверил завершить картину Элему Германовичу Климову (09.07.1933—26.10.2003). Выбор странный, потому что два первых фильма этого режиссера — «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» (1964) и «Похождения зубного врача» (1965) — были весьма неоднозначными и с трудом пробили дорогу к зрителю через препоны кинематографических чиновников. Видимо, Иван Александрович своим тонким чутьем на таланты понимал, что пришло время давать дорогу новым творцам, иначе видящим, иначе воспринимающим материальный и духовный мир, иначе передающим свое восприятие. И опальный Климов получил картину. Но сразу понял, что по старому сценарию снимать не будет. Пырьев согласился и на это. Тогда два сценариста, работавшие с Климовым на картине «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен», написали совершенно другую историю «Святой старец Гришка Распутин» («Мессия»), которую Климов назвал провокационно «Антихрист». Руководство, прочитав новый сценарий, пришло в ужас, углядев в нем и «клубничку», и эдакую «былину» про народного старца. Картину от греха подальше вообще закрыли.
Но идея уже не отпускала Климова, и осенью 1967 года он представил руководству новый, переработанный вариант сценария под названием «Агония». Его утвердили, картину во второй раз запустили в производство, но… через десять дней опять закрыли.
Любой скажет, что этот фильм изначально преследовал злой рок. Возможно, потому, что героем был Григорий Распутин — странная, противоречивая, удивительная и до конца не разгаданная личность. Только Климов в мистику не верил, все ходил-ходил и пробивал идею. Лищь спустя шесть (!) лет по распоряжению нового начальника Госкино Федора Ермаша — человека неоднозначного, который помог появиться в нашем кино немалому числу талантливых произведений, — механизм производства был окончательно запущен.
Также в ходе съемок сценарий переделывался и переосмысливался, метраж картины увеличился вдвое. Съемки закончились в 1974 году, а в чистовой редакции фильм был готов в 1975 году. Однако к прокату допущен не был и в 1978 году возвращен Климову на доработку. Главным образом благодаря образу царя Николая II. Если Распутин был показан вполне ожидаемо, в ореоле разнузданного греха — маске дьявола, то Николай Романов явно вызывал симпатию.
Вот как вспоминает работу над фильмом исполнитель роли царя Анатолий Владимирович Ромашин (01.01.1931– 08.08.2000):