Чтение онлайн

При этом юный султан Ибрахим, последний представитель династии Лоди, в 1517 году сменивший на престоле своего отца Сикандара, своими действиями только способствовал углублению общего кризиса. Правя в деспотическом стиле, он свысока и даже презрительно относился к провинциальным правителям и вообще к знати – часто лишал их вековых привилегий и жестоко карал непокорных, не жалуя и собственную родню. Одних по его приказу уничтожали за участие в заговорах, других по малейшему подозрению бросали в тюрьмы и тайно умерщвляли там, третьих убивали прямо в их дворцах. Все это вызывало возмущение и ненависть как среди феодалов, так и в народных массах.

Один из родственников султана, Давлат-хан, правитель Пенджаба, опасаясь, что Ибрахим может расправиться с ним, как с другими, обратился к Бабуру, стремясь с его помощью стать независимым государем. Для кабульского правителя, уже четырежды вторгавшегося в Делийский султанат, это был удобный и легитимный повод для новой экспедиции. Таким образом, в ноябре 1525 года Бабур начал пятый по счету поход в Индию. Он быстро занял Пенджаб, отняв его у Давлат-хана, Кашмир и приблизился к Дели.

Империя Моголов, 1525–1605 годы

Осознав нависшую опасность, Ибрахим Лоди собрал огромную армию и 21 апреля 1526 года дал бой войскам Бабура при Панипате, недалеко от Дели. Плохо обученная и наспех вооруженная армия Лоди, в которой к тому же было много лиц, симпатизировавших захватчикам, потерпела сокрушительное поражение, причем сам глава государства в числе других знатных военачальников был убит в бою. Дорога в Дели оказалась открыта, и вскоре Бабур вступил в город, короновавшись там как падишах.

Так на развалинах Делийского султаната возникло молодое и агрессивное государство Великих Моголов, основатель которого, считая себя карающей десницей Господней, стал продолжателем дела своего предка Тимура. Однако Бабур сразу же столкнулся с серьезными политическими трудностями, связанными с тем, что после смерти Ибрахима местные правители объявили себя независимыми государями, не подчинявшимися центральной власти. Моголы чувствовали себя чужаками в этой стране, их боялись и не любили.

Захир-ад-Дин Мухаммед Бабур родился 14 февраля 1483 года в Фергане, в семье правителя Ферганского государства Умара Шейха Мирзы. По линии отца он принадлежал к пятому поколению потомков Тимура, а по линии матери – к четырнадцатому колену потомков Чингисхана. В 1494 году, после скоропостижной смерти Умара, 11-летний Бабур стал единоличным правителем Ферганы.

Несмотря на юный возраст, он сразу проявил себя как энергичный и властолюбивый правитель, на первых порах пытаясь овладеть богатыми территориями Самарканда и Бухары. В течение десяти лет Бабур непрерывно воевал, то занимая, то вновь теряя Самарканд и Фергану, сражаясь с могущественными врагами – большей частью безуспешно. Но неудачи не сломили волю Бабура и только закалили ее, даровав ему бесценный опыт ведения войны, который он потом блестяще использовал.

Изгнанный после длительных войн из собственных владений, Бабур с горсткой верных людей скитался по Ферганской долине, подчас существуя на подаяние и не имея крова над головой. Поскольку на родине ждать ему было нечего, он в 1504 году проник в Афганистан, вотчину потомков Тимура, где в то время тоже происходили непрерывные междоусобицы. Воспользовавшись сложной обстановкой, Бабур сумел овладеть Кабулом и Газни, встал во главе афганского государства и в течение ряда лет занимался усиленным оснащением армии и укреплением государства. В 1507 году он принял титул падишаха, а в 1508 году у него родился сын Хумаюн, будущий наследник.

Вплоть до 1513 года Бабур пытался восстановить свое былое влияние в Средней Азии, откуда некогда был изгнан, в том числе с помощью иранского шаха Исмаила – однако так и не смог этого добиться. Поэтому взор Бабура вскоре обратился в сторону не менее богатой страны, переживавшей в те годы не лучшие времена – Индии. Еще в 1503 году он услышал рассказ о победоносном походе Тимура на Дели, закончившемся захватом огромной добычи. С тех пор мысль о повторении подвига великого предка запала в его душу. Начиная с 1519 года Бабур совершил в общей сложности пять походов на территорию, подконтрольную султанам Дели, вмешиваясь в распри местных правителей и укрепляя свои позиции. Умер он в 1530 году от дизентерии, оставив Индию на попечение своему старшему сыну Хумаюну.

Бабур не получил систематического образования, однако от природы был наделен великолепной сообразительностью, практической сметкой и умом. Он стал одним из самых блестящих полководцев, умея синтезировать практически все военно-технические достижения того времени и использовать разные способы ведения боя. Бабур владел несколькими языками, обладал незаурядным литературным дарованием: так, он написал по-тюркски сборник изящных стихов, прославил свое имя как автор «Записок» («Бабурнамэ»), которые до сего дня считаются одним из лучших источников по культуре и истории Северо-Западной Индии начала XVI века. Он сочинил также стихотворный трактат «Мубайин», посвященный управлению государством. Современники в один голос отмечали его благородство, щедрость, широту души, верность семье и друзьям – все это выгодно отличало Бабура от большинства тогдашних властителей. Тем не менее он оставался сыном своего века, что сказывалось, в частности, в его необузданном властолюбии и жестокости.

Рана («правитель») Санграм Сингх, владыка раджпутского княжества Мевар [23] , известный в народе как Рана Санга, был самым могущественным раджпутским царем того времени, выходцем из блистательной и влиятельной семьи. При нем Мевар достиг своего расцвета. Войско Санги наводило ужас на врагов своим абсолютным бесстрашием и презрением к смерти. Как и Бабур, с детства он хлебнул жизненных тягот и с ранних лет принимал участие в боевых действиях. Кроме того, Санга славился как искусный и хитрый дипломат.

Сменив на троне своего отца в 1509 году, Санга вел успешные войны с соседями, стремясь приумножить свои владения. Раджпутские князья Марвара и Амбара изъявили ему покорность, а раджи Гвалиора, Аджмера, Сикри, Калпи, Чандери, Бунди, Гограона и Рампура стали его данниками. Санга был близок к тому, чтобы объединить под своим началом все земли раджпутов. Он являлся давним недругом Ибрахима (дважды их армии сражались друг с другом, причем оба раза раджпутское войско становилось победителем), сильно раздражая того своей агрессивной политикой, направленной на свержение мусульманского и образование индуистского центра власти на Индостане. Будучи естественным врагом Лоди, он заключил соглашение с Бабуром, по которому не препятствовал последнему продвигаться вглубь индийских территорий, а после занятия афганским правителем Дели обязался отвести свою армию, стоявшую близ Агры, в Раджастан.

Санга хранил нейтралитет во время сражения Бабура с Ибрахимом при Панипате, и этот поступок повлиял на исход битвы – нетрудно представить, каким бы стал исход сражения в случае действенной помощи Санги Ибрахиму. Но в конечном счете он оказался серьезным политическим просчетом. Бабур, в отличие от многих своих предшественников, покидавших Индию после грабительских походов, в действительности не собирался уходить после захвата столицы, на что втайне надеялся Санга, заключая с ним договор.

Увидев, что его дипломатия потерпела крах, Санга отказался уходить в Мевар и обосновался недалеко от Агры, постепенно наращивая там свое военное присутствие. Разумеется, это вызвало недовольство Бабура. Отношения между ними стали быстро ухудшаться, пока в конце концов не переросли в открытый конфликт. Бабур, понимая, что без победы над Сангой ему не видать прочной власти над Индией, стал готовиться к решающей битве. В своих «Записках» он неизменно отзывается о Рана Санге как о «нечестивом» – имея в виду не только то, что тот отстаивал индуистскую веру, но и то, что он не сдержал свои первоначальные обязательства; однако вряд ли Великий Могол был здесь до конца беспристрастным.