Чтение онлайн

Зато в их доме вскоре появляется режиссер МХАТа Леопольд Антонович Сулержицкий, близкий друг Ольги Леонардовны. Он уговаривает Оленьку съездить к Ольге Леонардовне, чтобы обо всем спокойно поговорить. Михаил отпускает молодую жену к тете, взяв с Сулержицкого слово, что тот вернет ее законному мужу не позднее, чем через час.

Спокойного разговора между тетей и племянницей не получилось. В полной мере проявился упрямый характер молоденькой Ольги, отказываться от своего замужества она не собиралась. Ольга Леонардовна, махнув рукой, предоставила родителям разбираться со своевольной дочерью. А молодую жену вернула в объятия мужа.

Надо сказать, что Константину Леонардовичу и Луизе Юльевне в конце концов пришлось смириться с выбором дочери. Через некоторое время они приняли Михаила Чехова в семью и даже вполне были довольны зятем. Через полгода после этих бурных событий Оля пишет из Петербурга тете в Москву: «Живем мы у моих родителей. Папа к Мише очень и очень хорошо относится. Мир полный».

А что оставалось делать? Исправлять случившееся уже поздно. Раньше нужно было думать, когда выпускали дочь-красавицу из-под своего крыла в веселую Москву.

Более определенно о поступке Оли Книппер скажет ее старшая сестра Ада: «Я от Оли всегда ожидала такой поступок, не с Мишей, так с другим… Ну что ж, дай Бог счастья. Миша мне не кажется плохим человеком, и, по-видимому, он ее любит. Потом, мне кажется, что любит она не его, а в нем человека талантливого, любящего и понимающего искусство, музыку. Ведь ей 17 лет только, и беда ему, если она прозреет, в чем я и не сомневаюсь».

Вот того, что «она прозреет», боялась и мать Михаила Чехова, Наталья Александровна. Недавно потеряв мужа, Александра Павловича, старшего брата великого писателя (он умер в 1913 году от рака горла), она всю свою любовь обрушила на сына Мишеньку. А тут появляется жена. Да не просто жена, а красавица. «Уж больно красива!» – жаловалась она.

Что можно рассказать о первом браке Ольги Чеховой (так она стала зваться после замужества)? С трудностями она столкнулась сразу. Поселившись в квартире Михаила, тесной, маленькой, затхлой, не идущей в никакое сравнение с огромным домом родителей в Царском селе и роскошными апартаментами тети Ольги Леонардовны в Москве, Оля отмечала: «Я тосковала по свежему воздуху моей девичьей комнаты в Царском селе».

Нельзя не отметить и то, что Михаил Чехов, человек творческий, был тяжелым партнером для жизни. Богемный, экспрессивный, избалованный мамочкой, он требовал к себе постоянного внимания. К тому же Михаил пил. К спиртному его сильно пристрастил отец, Александр Павлович – по всем сведениям, законченный алкоголик. А поклонницы? У Михаила как артиста определенно талантливого их было полно. Причем окружали они его не только в театре, но и дома, чему в большой степени способствовала его же матушка.

А потом Ольга забеременела. Беременность протекала тяжело, обстановка в доме Чеховых не способствовала успешному протеканию беременности. Бывали нервные срывы, во время которых Ольга подумывала о прерывании ее – принимала горячие ванны, прыгала с большой высоты.

Но все завершилось успешно. В августе 1916 года в семье Чеховых родилась девочка, которую по традиции назвали Ольгой. Вот как об этом событии в своих воспоминаниях писала Ольга Леонардовна Книппер, чувствовавшая себя крестной матерью этой семьи: «Наконец-то наши дети разродились. Ах, как мучительно было ждать и так близко ощущать, как Оля страдала. Часов 15 она кричала, выбилась из сил, сердце ослабело – тогда наложили щипцы и вытянули 10-фунтовую здоровую девочку. Мы уже решили, что губы Олины, нос Мишин, а раскрывающийся левый глазок в меня. Миша с любопытством рассматривает незнакомку и говорит, что пока никакого чувства не рождается – конечно, пока».

Рождение дочери, которую все стали называть Адой, не принесло покоя в семью Чеховых. Михаил, избалованный и капризный, стал ревновать свою жену к дочери. Ему хотелось, чтобы все внимание было обращено только на него. Плач маленькой девочки его раздражал, он нервничал, кричал на жену и ребенка.

Ольга, чтобы наладить и нормализовать отношения с мужем, которого, несмотря ни на что, продолжала любить, отдает ребенка няне, некой мадам Лулу. Но и это не спасает их отношений.

Свой первый брак Ольга Чехова всегда называла «сумасбродством, за которое впоследствии пришлось дорого расплачиваться».

Через четыре года после того, как она обвенчалась в маленькой церкви с любимым Мишенькой, Ольга решает от него уйти.

Свою версию распада семьи Чеховых приводит близкий друг Михаила, Валентин Смышляев, работавший вместе с Чеховым во МХАТе: «Миша Чехов разошелся со своей женой. Это не так неожиданно, как может показаться на первый взгляд, но, тем не менее, удивительно. Дело в том, что Миша очень любил Ольгу Константиновну, и она его. Вероятно, тут сыграла некрасивую роль Мишкина мать – эгоистическая, присосавшаяся со своей деспотической любовью к сыну, Наталья Александровна. Бедный Миша, вся жизнь его последних лет протекала в каком-то кошмаре. Накуренные, непроветренные комнаты, сидение до двух-трех часов (а то и до 9 утра) за картами. Какая-то сумасшедшая нежность старухи и молодого человека, ставшего стариком и пессимистом».

Сама Ольга не выдержала тягот брака или свекровь поспособствовала в этом деле, все это не столь важно. В декабре 1917 года Ольга, собрав вещи, покидает дом Михаила. На прощание, видя, как муж сильно переживает разлуку, она погладила его по щеке и сказала:

– Какой ты некрасивый! Ну прощай. Скоро забудешь.

Не все так просто было в их разрыве. Не надо представлять Ольгу Константиновну жертвой, которая долго и безропотно терпела выходки пьяницы-мужа и издевательства деспотичной свекрови. Скажем так: сама Ольга тоже времени зря не теряла. Ведь ушла она от Михаила не в одиночество, не к маме и папе, а к другому мужчине, к некоему Фридриху Яроши, бывшему австро-венгерскому пленному, неизвестно почему до сих пор обитавшему в Москве.

Михаил Чехов знал, куда уходит его жена с дочерью. Вот как он пишет в своих воспоминаниях: «После четырехлетнего замужества жена моя Ольга ушла от меня с человеком, о котором я хочу сказать несколько слов. Это был авантюрист того типа, о котором мне так много и занимательно рассказывал мой отец. Изящный, красивый, обаятельный и талантливый, человек этот обладал большой внутренней силой, неотразимо влиявшей на людей. Он безошибочно достигал всех своих целей, но цели эти всегда были темны и аморальны. Он выдавал себя за писателя и часто увлекательно излагал нам темы своих будущих рассказов.

Когда на улицах Москвы еще шли бои, когда через несколько домов от нас артиллерия расстреливала здание, в котором засели юнкера, когда свист пуль слышался не переставая днем и ночью и стекла в окнах были выбиты и заложены изнутри подушками, авантюрист, о котором я говорю, свободно ходил по улицам, ежедневно посещая нас, был весел и очарователен, как всегда. Смеясь, он говорил, что его не могут убить.

– Если ты умеешь презирать жизнь до конца, – говорил он, – она вне опасности.

Под его влиянием Ольга ушла от меня».

После развода Ольга оставила себе фамилию первого мужа – Чехова. «Она предпочла разделить со мной мою славу», – пошутит по этому поводу Михаил Чехов.

В 1921 году Ольга Константиновна Чехова обращается к Луначарскому, народному комиссару просвещения, с просьбой разрешить ей поездку в Берлин «для поправки здоровья и продолжения театрального образования». Разрешение было получено, и Ольга вместе с Фридрихом Яроши, который к тому времени уже стал ее мужем, и дочерью выезжает в Германию. Возвращаться в Россию она больше не собирается.