Чтение онлайн

– Молодец, Спирос, - Антонис был восхищен - То, что ты задумал, - просто замечательно Желаю тебе удачи.

– Спасибо, Антонис. Я знаю, что это искренне. Мне кажется, я уже на правильном пути.

НОВЫЕ ПЛАНЫ СПИРОСА

Прошло несколько месяцев, но Спирос не появлялся. Антонис сильно переживал - было обидно, что друг, которому Антонис спас жизнь, проявлял такое безразличие.

Однажды, раскрыв газету, Антонис неожиданно увидел набранное большими буквами сообщение, в котором говорилось "Греческий врач открыл чудодейственное лекарство против атеросклероза. Спирос Кандидис - великий незнакомец".

Антонис почувствовал гордость за друга, как будто в газете расхваливали его самого. Он вскочил с кресла, на котором собирался вздремнуть после обеда, и побежал разыскивать Наталью.

– Хочешь узнать последние новости о Спиросе? Ему удалось создать то лекарство, о котором он мечтал.

– Правда?
– спросила Наталья, которая в тот момент занималась уборкой - Я очень рада - не только за него, но и за тебя тоже, ведь и ты в какой-то мере причастен к его успеху А что пишут в газете?

– Там пишут об опытах Спироса, а дальше напечатана его биография Я тебе прочитаю, это интересно. "Удивительно то, что человек до несчастного случая, который с ним произошел, работал водителем автобуса. После операции, проведенной врачом-нейрохирургом Кирьякосом Викетасом и его братом Антонисом, недавно вернувшимся из Америки, Кандидис коренным образом изменился. Если раньше он не имел никакой склонности к науке, то после операции Кандидису удалось всего лишь за полтора года получить диплом врача, а вскоре защитить кандидатскую диссертацию. Сейчас он изобрел лекарство, над которым в течение многих лет безуспешно бились врачи всего мира. Говорят, что операция, сделанная Кандидису, заключает в себе какую-то тайну, но в чем именно она состоит, раскрыть до сих пор не удалось..."

Прочитав эти строки, Антонис побледнел. Возможно ли, чтобы тайна была раскрыта? Да и кто знал о ней?

– Неужели они что-нибудь пронюхали, Наталья?

– Что они могли пронюхать? Просто-напросто журналист не дурак и заметил, что тут дело нечисто. А что он еще может сделать? Отвечаю - ничего. Не беспокойся.

Звонок во входную дверь помешал им закончить разговор.

– Мама! Дядя! Это Спирос!
– услышали они из холла радостный голос Христоса.

Антонис помчался туда вне себя от радости и протянул Спиросу обе руки.

– Поздравляю, Спирос! Сколько лет сколько зим. Кирьякос то и дело вспоминает о тебе.

– Где уж Спиросу выкроить время и почтить нас своим присутствием, засмеялся Христос.
– Где это видано, чтобы сверхчеловек снисходил до простых смертных!

– Это ты мне все время твердишь. Только пеняй сам на себя, если я возьму и в самом деле начну смотреть на тебя, как на букашку. Впрочем, какая из тебя букашка? Ты уже меня перерос. Когда я первый раз тебя увидел, ты был раза в два меньше.

Услышав шум, доктор тоже вышел из кабинета.

– Привет, Спирос! Где ты столько времени пропадал? Скажи, тебе не стыдно, что мы узнаем твои новости из газет?

– Извини, Кирьякос, я знаю, что виноват, но, во-первых, был страшно занят - я ведь работал, а во-вторых, не хотел раскрывать тайну, прежде чем не проверю себя. Но сейчас я уже подал заявку на изобретение в Ассоциацию врачей, и меня не волнует, что об этом раструбили газеты.

– Итак, удача?

– Ну, конечно. Я могу остановить атеросклероз как при самом его зарождении, так и тогда, когда болезнь уже начала прогрессировать. На мое лекарство уже есть большой спрос.

– Ты что, его продаешь?

– Почему бы и нет? Я продал права на него нескольким фармацевтическим фабрикам, и между прочим за хорошие деньги.

– Ты и бизнесменом заделался?

– Ты бы, конечно, предпочел, чтобы я был совершенно бескорыстен. Нет, друг Кирьякос, мне нужны деньги.

– Столько денег? Зачем они тебе?

– Мои открытия не закончатся на этом лекарстве. Я хочу проникнуть в другие сферы.

– В космос?
– вмешался в разговор Христос.
– Спирос, ты хочешь завоевать космическое пространство?

– Нет. Космос меня не интересует, по крайней мере в данный момент. Это будет следующий этап. Я не спешу завоевывать другие планеты, пока наша собственная исследована не до конца.

– Ты говоришь о белых пятнах на карте, где не ступала нога человека?
– в восторге закричал Христос.

– Не только о белых пятнах, если, конечно, они еще существуют. В данный момент я имею в виду моря. Обрати внимание, Христос, моя идея не оригинальна, но я поставил себе целью пойти дальше других и воплотить свои мечты в жизнь. Вы, наверное, знаете, - продолжал Спирос, повернувшись ко всем остальным, что океаны занимают семь десятых площади земного шара, но известно о них очень немного. Наши познания ограничиваются почти исключительно поверхностью морей и небольшой глубиной.

– А разве так нужно знать все остальное?
– воскликнул Христос.
– Какое дело нам до того, что происходит в морских глубинах, когда столько планет остается неосвоенными?

– А почему мы стремимся завоевывать планеты, Христос? Во-первых, из простого человеческого любопытства, если хочешь, из любознательности и, конечно же, из тщеславия - посмотрите-ка, мы были на Марсе. Есть и другие цели, например, поиск новых источников сырья и территорий для заселения. А почему бы не заселить море?

– Мне кажется, Спирос, ты несколько преувеличиваешь, - улыбнулся Кирьякос.
– Как это можно заселить море?

– А как можно заселить Марс? Или Луну? Или Венеру, наконец? Думаешь, условия жизни на Марсе больше подходят человеку, чем морское дно, откуда в любой момент можно связаться с сушей? И здесь, и там нужно адаптироваться к условиям с помощью сложной аппаратуры.

– Что же ты собираешься делать, Спирос?
– спросил Христос, который с горящими глазами слушал их разговор.

– Кусто уже осуществил несколько экспериментов в этом направлении. На деньги, полученные за лекарство, я для начала построю батискаф, но батискаф современный - он будет выдерживать высокое давление - и спущусь на дно. Прежде чем начать освоение морского дна, надо выяснить, какие оно таит опасности.

– Ты что же, сам будешь строить батискаф?
– Не без иронии поинтересовался профессор.

– Конечно, сам. Ты что-то имеешь против?

– Но это же дело инженера. А ты учился на врача.