Чтение онлайн

По серому небу бежали облака, серые вверху и сизоватые по своей нижней кромке, из которых сыпал снег. Ни единого луча солнца не проникало сквозь их густую пелену, довершая мрачную картину разрушений, причиненных недавним землетрясением.

Горестно вздохнув, он выбрался на дорогу и пошел в сторону райцентра, по пути ограбив местный продуктовый магазин. Надо было выживать и этическая сторона такого поступка отошла на второй план. Тем более что тетя Зина, дородная продавщица, которая работала в нем еще с тех пор как он с такими же как он сам бедными друзьями-студентами закупался дешевой и забористой водкой, носившей в дачной компании емкое название «Убей память», ничем не могла ему помешать. Трава превратила ее в немыслимых размеров куст, усыпанный чем-то похожим на незабудки и росший прямо за прилавком.

Райцентр лежал километрах в тридцати к северу и по пути Сергей миновал пять вымерших деревень. Вернее, жизнь в них, конечно, была, но только растительная.

А первых людей он встретил как раз в пятой деревне, когда до города оставалось несколько километров через огромное поле.

В принципе, пригороды начинались еще раньше, но Сергей абсолютно не хотел входить в город через «парадные» ворота — по автостраде. Несколько дней хаоса вполне могли привести к тому, что в райцентре уже хозяйничали мародеры, а попадать им в руки совсем не хотелось.

Да и трава, хотя имела растительные мозги, вполне могла держать главную дорогу под контролем.

А вот через поле, которое практически упиралось в старые двухэтажные бараки на окраине, в город можно было проникнуть практически незамеченным.

Поэтому Сергей прошел через всю деревню и только собрался тихонько зайти в палисадник крайнего дома, как ему навстречу, выставив самодельные копья, выскочили двое мужиков.

— Стой! Куды прешь?

От неожиданности Сергей чуть не поперхнулся копченым сыром, палочку которого как раз старательно разжевывал.

Мужики, увидев его замешательство, чуть опустили копья и уже более миролюбиво заметили:

— Огнестрельное не фурычит, так что, если с собой есть что, можешь смело выбрасывать!

— Я знаю, — согласился Сергей. — поэтому считай только кнут с собой и ношу.

Про пару ножей и набор звездочек-сюрикенов он решил пока не распространяться.

— Кнут — это дело! — одобрительно хмыкнул один из сторожей. — У нас, видишь, кто чем смог, тем и вооружился.

Он подкинул в руке копье из черенка от грабель с привязанными веревкой парой столовых ножей разной длины.

— Зато длинное и замаха не требует, — похвалил оружие Сергей. — А вот щиты и доспехи у вас…

Он поцокал языком, пытаясь подобрать нужное слово, но только развел руками.

Искусству ивоплетения у этой парочки действительно можно было поучиться! Щиты были сделаны из скрепленных вместе донышек корзин. Тело спереди, сзади, руки, ноги и бока были тоже защищены ивовыми ветками, а голова каждого прикрыта низко надвинутой кепкой у одного и бейсболкой у другого.

— Это Петрович у нас такой молодец!

Тот, что был помоложе, в бейсболке, хитро прищурился и кивнул на второго.

— Ему дай волю, он армию ивовой лозой обернет!

Тот, который был Петровичем, отвесил молодому легкий подзатыльник.

— Вечно ты, ексель-моксель, Лешка, балаболишь попусту!

Он еще раз зыркнул глазами на Сергея, повернулся и махнул рукой.

— Пойдем, с Федор Николаичем познакомлю. Он тут у нас главный, погутарите о делах…

Затем обернулся еще раз и уважительно добавил, подняв к небу указательный палец с грязным ногтем:

— Енерал!

…«Енералом» был мужик плотного телосложения с ежиком седых волос на шишковатой голове. Одет он был не по военному, в растянутые на коленях треники и теплую рубаху в клетку, но отношение к армии точно имел — выправка кадрового офицера никуда не делась. Мужчина привстал из-за стола, за которым что-то писал в обтрепанной тетради, и протянул руку:

— Федор Николаевич.

— Сергей! А вы правда… это…

Мужчина внимательно посмотрел на Сергея, а потом засмеялся басом.

— Генерал, что ли?

Он встал из-за стола и подошел к окну, выходящему на заднюю часть участка.

— Полковник я, в отставке уже три года. Танкист. А это моя деревня. И дом мой.

Он еще раз посмотрел в окно, а затем обернулся к Сергею.

— Ты сам-то откуда?

— С Вохринок.

Отставной полковник присвистнул:

— Далековато забрался! В город идешь?

Сергей кивнул.

— А кто там? Родители?

— Нет, родители дальше проживают, в Мичуринске, в Тамбовской области. Связи никакой… Ни с ними, ни с девушкой, ни с друзьями…

Сергей часто заморгал глазами, пытаясь спрятать навернувшиеся слезы.

— Неожиданно все как-то…

Он виновато развел руками, подошел к чайнику, стоявшему у окна, вопросительно посмотрел на хозяина и, дождавшись согласия, прямо из носика сделал несколько глотков воды.

— Хочу сначала в городе узнать — что да как? Там может хоть какая власть сохранилась. А уже потом к родителям. Если эта проклятая трава их уже не превратила…

Полковник хмыкнул.

— К родителям — одобряю! Девушку, жалко, конечно, но крепись, может и встретитесь. А в городе, насколько я знаю, анархия!

Сергей нахмурил брови.

— Уже? Так быстро? Там же, вроде, и милиция, и военная часть была?

— Вот именно, что «была». Один из деревенских там в снабжении работал, так он рассказал…

Полковник сцепил руки и некоторое время просидел, уронив голову на грудь. Было видно, что он тяжело переживает крушение цивилизации и армии, как одного из ее столпов.

— Эти чертовы сорняки появились на плацу до построения… Ночью что ли выросли, хрен их разберет… И комполка не забеспокоился, уж не знаю, решил, наверное, что его замы решили сюрприз к дню рождения устроить — украсили зелеными насаждениями плац по периметру… Она ж красивая, трава эта, простая и красивая. Как оружие…

Он тяжело вздохнул.

— Украсили… Там такой ливень из семян начался, что весь полк выкосило за полминуты.

— А односельчанин ваш как спасся? — поинтересовался Сергей.

— Так он же не военный, его на плацу не было! От КПП построение наблюдал, поэтому и спастись успел, убежал просто.

— Н-да, — сокрушенно помотал головой Сергей. — Грустно все это… Федор Николаевич, а здесь-то вы почему прячетесь?

— Понимаешь, какое дело, — зыркнул на него глазами полковник. — Не прячемся мы. Вот это поле, что на задах, сорняк вроде как спальню использует.