Чтение онлайн

Бизоль с Роже отправились на "рыбную ловлю", а мессир с Зегенгеймом и Гораджичем ушли в крепость Фавор. Сандру заинтересовало то, что оставшиеся в цитадели оруженосцы как-то странно переглядываются и перемигиваются между собой. Она увидела в зеркальце, как Раймонд сделал за ее спиной знак остальным оруженосцам, и они стали по одному незаметно покидать цитадель. Ушел высокий англичанин Гондемар, согнувшись перед низкой дверью пополам; пятясь задом и непрестанно улыбаясь, вышел маленький китаец Джан; затрещал пол под огромным венгром Иштваном; надменно, как петух, ушел испанец Корденаль; незаметно выскользнул бесцветный Аршамбо; пробормотав что-то, удалился косоглазый Нивар; протиснулся в двери толстяк Дижон; взглянув на девушку и смущенно покраснев, споткнулся на ровном месте и выбежал Раймонд Плантар. Все это было очень странно. Сандра поправила одеяло на постели Монбара и подошла к двери. В зарослях мелькнул плащ Раймонда; нагнувшись, он исчез у входа и пещеру. Не долго думая, Сандра последовала за ним...

Могильный холод пронзил ее тело, когда она вступила под низкие своды пещеры; где-то впереди засветился огонек свечи. Идя по направлению к нему, девушка чувствовала, что пол уходит из под ног. Коснувшись рукой осклизлой стены, содрогнувшись от отвращения, она двинулась вперед. Узкий коридор сворачивал влево, затем - еще один поворот, и перед ней открылась просторная подземная зала, куда пробивались слабые пучки света сквозь трещины в горной породе. С высоких потолков свисали ледяные глыбы, а в глубь залы уходило широкое озеро, напоминающее серебряное блюдо. Восемь человек - оруженосцы рыцарей - разместились на его берегу, рассевшись на камнях или опершись на мечи. Голос Раймонда, хотя он говорил шепотом, звонко разносился по всей зале. Сандра притаилась возле стены, скрытая полумракам, и прислушалась к разговору.

–  ...мессир сказал: постоянно тревожить сельджуков, и я думаю - не дело, если мы будем отсиживаться в цитадели. Все ли вы согласны совершить со мною ночную вылазку?
– фигура Раймонда, вытянувшегося и возмужавшего за последнее время, выглядела еще по-юношески угловатой, а твердостью голоса он старался подражать Гуго де Пейну.

–  Я не прочь!
– согласился Дижон, который был старше его на два года, а комплекцией уже напоминал Бизоля де Сент-Омера.

–  Но прежде всего надо выбрать руководителя, - уточнил кабальерос Корденаль.
– Я из вас самый опытный, значит, мне и выпадет эта нелегкая задача. Увы!
– и он надменно сложил на груди руки, считая вопрос решенным. Иного мнения придерживался оруженосец графа Норфолка.

–  Позвольте, - поправил его Гондемар.
– Я ничуть не уступаю вам в летах и опыте. Кроме того, мой дедушка приходился двоюродным братом самому графу Кенту.

–  Не знаю такого!
– отрезал Корденаль.

–  Естественно. Не в каждой захудалой провинции Испании знают это имя.

Готовый вспыхнуть спор остановил оруженосец Андре де Монбара - Аршамбо:

–  Давайте бросим жребий, - предложил он.
– И на кого он падет, тот в возглавит нашу вылазку в лагерь сельджуков.

–  А ежели это будет Джан?
– и Корденаль презрительно ткнул пальцем в сторону маленького китайца.

–  Что вы имеете против нашего друга?
– подал голос молчаливый гигант Иштван, из тела которого умелый портной смог бы выкроить четырех Джанов.

–  Действительно, рука судьбы - рука Бога, - произнес косоватый Нивар, который за время службы у Роже де Мондидье так научился играть в кости, что не сомневался в своих способностях выбросить любую цифру. Слазив в карман, он подбросил на ладони игральные кости.
– Нас здесь восемь человек. Начнем?

–  Девять!
– выступила из тени Сандра.
– Я познакомилась с вами как оруженосец Виченцо Тропези; им и остаюсь до сих пор по собственной воле. Или есть возражения?

Она вышла в круг и пронзительно посмотрела на ошарашенных мужчин; лишь Джан тотчас же заулыбался и закивал головой.

–  Очень хорошо!
– сказал он, уступая ей место на камешке.

–  А что бы у вас больше не было разногласий - то я беру руководство всей операцией на себя, - продолжила она, взяв из рук Нивара кости и швырнув их в озеро.
– Кто желает знать, сколько у меня выпало цифр - может слазить за ними на дно!

–  Была охота, как же!
– недовольно пробормотал Гондемар, зябко поежившись.

–  У меня будет меньше, - согласился Дижон.

–  Ну и я не полезу, - промолвил, смирившись, Корденаль.

И лишь один Раймонд, вспыхнув, расстроенно проговорил:

–  Это нечестно! Идея принадлежит мне, я собрал вас всех, а она...

–  Успокойся!
– положил свою тяжелую руку ему на плечо Иштван.
– Никто не сможет упрекнуть сеньору в отсутствии смелости. Я так просто был бы рад служить под ее началом...

Сандра насмешливо смотрела на Раймонда, который под ее взглядом стал таять, как восковая свеча возле камина.

–  А ты?
– спросила она его прямо.

Раймонд покраснел еще больше и пролепетал нечто невразумительное.

–  Значит - и ты тоже, - утвердительно кивнула она головой.
– Итак, а теперь посвятите меня в свой план...

2

Конный разъезд из пяти сельджуков показался между деревьями: оглядываясь, они медленно продвигались вперед, вступив на запретную полосу, которую покрывала своей тенью гора Синай. Затаившийся в расщелине Бизоль рассмотрел соломенную шевелюру Роже, прикрытую листьями кипариса, и приготовился. Едва копыта лошадей пересекли линию, соединяющую оба укрытия, как он потянул за веревку и гигантская сеть опустилась на головы сельджуков. Кони всхрапнули, заметались, всадники пытались вытащить мечи, но запутались в ячейках и попадали на землю; кроме того, Бизоль протащил несколько метров всю сеть за собой, не давая им подняться. Потом он подхватил свою дубинку и поспешил в самую кучу, щедро раздаривая удары. Оглушив турок, он перетащил их вместе с Роже в ближайший овраг, где уже "загорали" с десяток пленников, связанные одной веревкой.

–  Принимайте в компанию, - сказал им Бизоль, вытирая со лба пот. Трудился он с раннего утра, поскольку ясно даже младенцу, что лучший клев идет на рассвете. Затем он и Роже заняли исходные позиции. Место для "рыбалки" было выбрано очень удачное: отсюда шла единственная прямая дорога к Син-аль-Набру, а до крепости Фавор было достаточно далеко, и сельджуки, отправляясь на разведку или за пропитанием в ближайшие селения, не слишком заботились о безопасности. За три последующих часа Бизоль и Роже выловили еще два десятка колючих ершей, попалась даже зубастая щука в лице начальника конной сотни, который чуть не прокусил сеть и не уплыл обратно.

–  Достаточно, что ли?
– спросил Роже, которому надоело каждый раз взбираться на ветку кипариса и сидеть там, подобно попугаю.

–  Полезай, полезай!
– напутствовал его Бизоль.
– Я чую - к нам плывет жирный налим...

И он оказался прав. Но на сей раз к ним приплыл целый косяк рыб. Налима в малиновых шароварах и остроконечной шапке, украшенной серебряными звездами, окружало человек тридцать охранников. Ехали они плотной группой, с обнаженными кривыми саблями и выставленными пиками. Роже из ветвей сделал Бизолю предостерегающий знак.

–  Как же!
– проворчал Сент-Омер.
– Стану я их упускать...

Когда отряд въехал в отбрасываемую горой тень, Бизоль рванул веревку и сеть взвилась в воздух. Она покрыла конников, заметавшихся в ее плену, режущих острыми клинками ячейки. Поднявшийся гвалт спугнул птиц с деревьев, а Роже кубарем слетел на землю. Вдвоем с Бизолем они стали успокаивать сельджуков, обегая по краям сети, чтобы самим не запутаться в ячейках. Несколько человек сумели перерезать веревки; подхватив налима в шароварах, они потащили его за собой, стараясь выбраться на твердую почву. Все лошади валялись на земле со спутанными копытами.