Великий поход
Шрифт:
— Ежели княжича нашего не отпустишь, чудище темное, то немедля к бою смертному готовься!
Что уж там почудилось моим подчиненным, что они решили покончить жизнь самоубийством, я не знал, но в ответ послышался гулкий смех откуда-то из толщи ствола. Мгновением позже, земля под ногами дружинников вспухла множеством корней, а через несколько секунд они уже все сидели на плетеных креслах. Вот только не таких комфортных, как у меня.
— Хватит! — глядя на медленно сжимающиеся удавки на шеях моих бойцов, воскликнул я. Вся дружина оказалась прикована к деревянным подобиям стульев тонкими корешками. Вот только разорвать их не получилось даже у Прохора, — Они просто беспокоятся. Без моего приказа атаки не будет. Отпусти их…пожалуйста.
Последнее слово велетело из меня как-то неожиданно. Я удивлённо замолчал, а на черной коре лысого дерева впервые прорезались гротескные очертания лица. Куст торопливо заскрипел и замахал веточками. Помощь фамильяра была очень кстати. По всей видимости, маленький леший обладал достаточным авторитетом, чтобы лесной исполин к нему прислушивался.
Гридней гигант отпустил. Вернее, убрал удавки. Дружинники так и остались сидеть. Больше никто из них не кричал и не возмущался ситуацией. Щекочущие бока корешки надёжно пресекали лишний шум и неуместные порывы к восстановлению справедливости.
— Спасибо, — решил поблагодарить я дерево, — Утром мы уйдем. И вы сможете дальше наслаждаться одиночеством или соседством с местными обитателями.
В моих словах не было сарказма или насмешки. Если честно, я просто не знал чем может заниматься гигантское живое дерево посреди измененного нечистью леса в своей обычной жизни. Может за звездами наблюдать? Или оценивать скорость бега вечных туч?
Наверное, именно это меня спасло от недовольства древесного великана. Он что-то проворчал в ответ, а потом проскрипел длинную фразу и на сцену вышел Куст. Именно вышел, как опытный артист на сцену огромного концертного зала. Чтобы провести своё главное в жизни выступление.
К сожалению, сколько ни старался мой питомец, разгадать эту шараду мне не удалось. Слишком многое было непонятным, а некоторые мои предположения вызывали дикий хохот у местного хозяина и приступы ярости у Куста.
В какой-то момент наши весёлые посиделки закончились. Куст сдался, наскрипел на меня благим матом и угрюмо уселся на свое кресло. Возникла неловкая пауза, во время которой каждый делал вид, что с нетерпением ждёт слов собеседника.
— Да ладно тебе, Куст, — первым не выдержал я, — Давай ещё раз попробуем. Ну не понимаю я вашу речь! Хочешь я тебя писать научу? Гарантированный способ!
Фамильяр недовольно покосился в мою сторону и сделал вид, что не понимает о чем я говорю. Великанское дерево хрустнуло ветками и коротко заскрипело. Из темноты показалась тонкая ветвь с уродливой шишкой на конце. Нарост слегка пульсировал и вызывал у меня смутно-тошнотворные чувства.
Куст заметно оживился и быстро перебрался ко мне на колени. Перед моим лицом появилась мордаха лешего и теперь двояко истолковать его жесты было невозможно. Куст усиленно тыкал одной веточкой себе в рот, а второй тёр живот.
— Нет! — возмущённо воскликнул я, — Я не буду это есть!
Питомец разразился гневной тирадой на древесном наречии, а его старший родич что-то недовольно проскрипел. Не знаю почему, но я отчётливо понимал эмоциональную окраску этого скрипа, но смысловая нагрузка полностью проходила мимо.
Куст повторил свою пантомиму более требовательно и в конце ткнул веткой в болтавшийся рядом со мной нарост. Больше всего он был похож на паразита, прилепившегося к ветке мёртвого дерева.
— Я понимаю о чём ты говоришь! — резко ответил я, — И знаю, что вы оба меня тоже понимаете. Я не буду это есть!
Куст отошёл на пару шагов и недовольно всплеснул веточками, всем своим видом показывая, что снимает с себя всякую ответственность за своего бестолкового хозяина. Почти минуту я слышал обмен скрипами между представителями фракции леса, а потом все внезапно стихло.
Я подозрительно посмотрел на счастливо потряхивавшего кроной лешего и попытался поудобнее устроиться на кресле, потому что выражение хитрых светящихся глаз фамильяра мне очень не понравилось. Как оказалось, не зря.
Изменить положение я не смог. Множество отростков незаметно сковали всё моё тело, а ветка с уродливым плодом зависла в десятке сантиметров от моего лица. Рядом появилась сосредоточенная физиономий Куста и в этот момент я понял, что головой шевелить тоже не могу. По лицу неприятно скользнули тонкие корешки и челюсти, помимо моей воли, начали разжиматься.
— Вы не посмеете! — жутко коверкая слова, прохрипел я, — Я наследный княжич! Вам это так просто с веток не сойдёт!
Мой Фамильяр выглядел, как опытный строитель, руководящий с земли оператором башенного крана. Леший изредка выдавал команды и корневая система великана начинала действовать активнее. Самое отвратительное во всем этом было то, что я не ощущал никакой агрессии по отношению к себе.
Обе деревяхи старались действовать максимально осторожно. Ситуация осложнялась тем, что внизу тревожно переговаривались дружинники. Мои вопли они слышали и теперь отчаянно раздумывали как быть дальше.
Выбора особого не было. Я глубоко вздохнул, резко подался вперёд и впился зубами в бугристый нарост, навязчиво качавшийся перед глазами.
Ощущения оказались крайне необычными. Вернее, совсем не такими, каких я ждал. Вместо тухлой вони испорченого дерева, ноздри защекотал запах свежих цитрусовых. Кислый сок приятно освежил пересохшее горло, а в голове как-то разом посветлело. И вокруг посветлело. И даже какие-то птахи зачирикали неподалёку.
— А неплохо, — еле ворочая языком, пробормотал я и понял, что речь быстро становится невнятной, а я сам проваливаюсь в разноцветную пустоту, — Хорошо даже… Душевно так…
*********
Смоленск. Зал совета рода.
— Не можно такие решения без общего схода принимать, — категорично покачал головой Искра, — Вы как знаете, а я в этом принимать участия не буду!
— Соглашусь с Искрой, — неспешно произнёс тихо сидевший в сторонке лекарь, — Где это видано, чтобы ворога, смерть и разорение на нашу землю принесшего, на честной пир звали?! Этот злыдень князя нашего погубил, а вы ему ворота Смоленска открыть хотите?
— Да не о том речь, Весемир, — едва заметно поморщился Храбр, — Не в гости мы Валдиса звать надумали, а на совет. Как соседа своего. Всякое между княжествами случалось. Ростислав тоже не раз тевтов бивал. И ничего — торговали потом, да сватов за жёнами слали.
— Конунг нашего князя и всю дружину его смертью лютой убил, — продолжал гнуть своё лекарь.
— Не убил, а в чистом поле одолел, — неожиданно возразил Демид и коротко взглянул на Храбра, словно ожидая поддержки своего покровителя, — И не только его, а всё войско великого князя. Подвиг это огромный и честь великая такому воину положена.
— Вы ли это, родичи? — неверяще покачал головой Искра, — Седмицу тому головы ломали как от этого злодея Смоленск уберечь. Княжича молодого на верную смерть отправили, чтобы отсрочку себе выиграть, а сейчас с вами что приключилось?