Чтение онлайн

Я взял в руки свиток. Так... пенька, много пеньки... пять кругов воска общим весом... ничего себе, около тонны, шкурки белок... етить, три с половиной тысячи штук, куница, соболь, бобер... Почти полторы тонны рыбьего зуба... И все это за половину нашего железа? Пусть даже отличного качества? Да уж, Ульф прав, это Клондайк. Поганой метлой гнать ганзейских и устанавливать монополию.

– Как с пошлинами?

– Пошлины в разумных пределах.

– Что им еще надо?

– Свинец, олово, медь, квасцы, красители, – начал перечислять Шайншталлер. – Вино, сукно и качественное оружие. А если мы будем платить за их товар серебром, цены упадут в полтора раза.

– Как себя вел местный торговец?

– Он очень хитрый и опытный, – Ульф уважительно закивал. – Не достань мы список цен и правила, по которым Ганза торгует с русами, мне пришлось бы трудновато, а так, все произошло к обоюдному удовлетворению. Кстати, ваше сиятельство, от него поступило любопытное предложение.

– Какое?

– Видите ли, сир, – Шайншталлер изобразил на лице великое сожаление от того, что приходится докучать его сиятельству графу бюрократическими подробностями. – Местный торговец, он же... простите, сир, от того, что не могу выговорить его должность, буду называть таможенным чиновником, объяснил, что наша торговля здесь не вполне законная. В виду экстраординарности случая, своей властью, он закрыл глаза на сие нарушение, но для того, чтобы в дальнейшем законно торговать, требуется получить разрешение, некую «gramotu» в городе «Novgorod» у чиновника рангом выше. А получить сей документ, не принадлежащему к союзу Ганзейских городов торговцу, практически невозможно. Ганза предпримет все, вплоть до прямого подкупа и даже насилия, чтобы вынудить вновь прибывшего торговца распродать товар оптом по мизерным ценам. Они действуют в сговоре с местными властями. Так вот, таможенный чиновник берется решить эту проблему. А еще он пообещал помочь в кратчайшие сроки реализовать наши остатки товара прямо здесь. Но сказал, что все подробности доложит лично вам.

Я слегка задумался. Вполне похоже на правду. Ганзейцы с конкурентами никогда не церемонились. А проблемы коррупции на местах присущи как современным временам, так и Средневековью. С одним отличием, в двадцать первом веке мздоимцев просто садят ненадолго в тюрьму, а в пятнадцатом, в лучшем случае урезают на голову, а в худшем сажают на кол. Но и это особо не помогает. Я о такой проблеме подозревал и собирался решить ее кардинально, с самим государем Руси, но послушать приказчика не помешает, может чего толкового присоветует. Опять же, неизвестно, когда я вернусь из Москвы, а когг железа еще не распродан. Мурмане в самое ближайшее время будут возвращаться домой, так что будет лучше если они заберут весь вырученный товар, а не часть его. В Биаррице ускоренными темпами строится флот и пенька придется ко двору, тем более, на данный момент она гораздо качественней всех европейских аналогов.

– Хорошо, я выслушаю его.

Следующим заявился фон Штирлиц.

Закончив с докладом по делам службы, он слегка помялся, а потом выдал:

– Сир, до меня дошел слух, что кое-кому из наших повезло в делах любви с местными женщинами. Я провел расследование и выяснил, что этот «кое-кто» – Йохан Кривая Рожа. Он подтвердил, но клянется, что все произошло по доброй воле, с одной из женщин, которые готовят нам еду. Якобы он помогал носить воду из ручья, и там, в зарослях, все и случилось. Что будем делать? Предлагаю выпороть для острастки.

Я про себя усмехнулся. Отто воплощение немецкой педантичности, служака до мозга костей. Все что выбивается за служебные рамки сразу приводит его в тревожное состояние. Ну и что страшного случилось? Дама, наверное, вдовушка, коих сейчас везде полно, по любви и ласке соскучилась, мой боец тоже за время плавания застоялся аки конь блудливый, в чем грех? Будут бабоньки жаловаться, тогда другое дело, три шкуры спущу, а так, пусть блудят.

– Поступит жалоба, повесим стервеца прилюдно, а пока ничего делать не надо. Просто держи ситуацию на контроле. И еще раз предупреди, все только по согласию и только со вдовами. И поласковей, поласковей, не только юбки задирать, но и по хозяйству помочь, к примеру. Иначе, пусть сами вешаются, как и обещал, лично четвертую.

– Как прикажете, сир, – шваб поклонился и доверительно понизив голос сообщил. – Тут еще такое дело. Я специально ставил сторожить пленников нашего арбалетчика Кнута Красавчика, он из Швеции и слегка понимает их язык. Так вот, Кнут подслушал интересные разговоры. Пленники знают, что вы будете биться на поединке с их предводительницей. И абсолютно уверены, что она вас победит. Якобы, она зарубила уже десятки достойных воинов, и никто не может с ней сравниться, потому что на эту норвежку в битве снисходит благословление какого-то из языческих божеств. Я в подобную ересь не верю, но, все равно, сир, прошу отнестись к поединку с большой осторожностью. Женщины и в жизни приносят несчастья, а с оружием в руках и подавно.

– Благодарю, Отто, я отнесусь к поединку очень серьезно, – пообещал я. – Мы будем биться завтра утром. Вы с бароном Карстенсом будете моими свидетелями.

– Почту за честь, сир...

После вечерней мессы пообщался с падре Эухенио.

– Падре, я видел, вы нашли общий язык с местными священниками? Позвольте полюбопытствовать, как у вас это получилось?

– Чему вы удивляетесь, сын мой? – доминиканец улыбнулся. – Мы служим одному господу.

– Нет ли в ваших словах ереси? – я не удержался, чтобы не подколоть священника.

– Оставьте судить о ересях мне, сын мой – добродушно отпарировал доминиканец и тут же, перейдя в атаку, с ехидцей в голосе поинтересовался: – Я слышал, вы собираетесь завтра устроить поединок с пленницей?

– Именно.

– С дамой? Не ли в этом унижения вашего достоинства, сын мой?

– Оставьте судить о моем достоинства мне, падре. Эта дама способна изрубить без особых усилий нескольких латников и не факт, что мне удастся ее победить.

– Ну что вы, сын мой, – покачал головой доминиканец. – Господь вашей рукой искоренит сие непотребство, ибо сей сосуд дьявола есмь воплощением греховности и порока. Однако меня очень беспокоят слухи о том, что вы собираетесь после того, как повергнете сию грешницу, уложить ее к себе на ложе. Есть ли в этом правда, сын мой?

– Я сделаю так, как посчитаю нужным, святой отец... – буркнул я и поспешил ретироваться. Какая сука проболталась? Удавлю, падлу. Впрочем, чего тут гадать, у священника информаторы вся команда.

Ужинал с Логаном и Федорой, гревинду не пригласил, вместо этого отправил ей несколько блюд со своего стола.

Лег за час до полуночи, перед сном попытался понять, что меня привлекает в норвежке и понял, что просто хочу ее трахнуть, не более того. После чего заснул и спокойно проспал всю ночь. А с рассветом стал готовится к поединку.

– Сир, приподнимите руку... Готово, сир, пробуйте... – Луиджи закончил возиться с наплечником и отступил.

Я сделала несколько приседаний, покрутил торсом и удовлетворенно кивнул. В бою очень многое зависит от того как подогнан доспех: любой чрезмерно затянутый ремень может сильно ограничить подвижность, что чревато большими проблемами.

На мне стеганный поддоспешник из шелка-сырца, поверх него тонкая короткая кольчуга и полный латный комплект готического стиля. Пожалуй, на данный момент времени лучшая комбинация параметров: защита-подвижность из всех существующих видов личной защиты. Мой комплект старенький, не самой современной модели, но поединок не дворцовый прием, где вельможи щеголяют обновками по последней моде, здесь в приоритете совсем другое.

– Подними и закрепи забрало на саладе... – бросил я оруженосцу и постукивая сабатонами [33] по доскам пола подошел к стойке с оружием.

Салад [34] у меня тоже обычный, с сегментным назатыльником, а забрало очень сильно ограничивает обзор, что в индивидуальной схватке может стоить жизни. Я так и не привык сражаться, следя за противником в узкие прорези. Обойдусь, как-нибудь.

– Так... – я провел рукой по оголовьям и остановил свой выбор на мече работы мастеров из Толедо. Почти полуторник, гарда простая, с незамысловатым захватом под ней, клинок шире и толще чем у современных эспад, но уже пригодный для полноценного фехтования. И его соседа, почти близнеца, тоже возьму. Всякое может случиться, запасной клинок не помешает.